За верность не благодарят…

Ольга Суханова в 1998 г. окончила Литературный институт им. Горького (семинар прозы Л.Е. Бежина). Работает в небольшой туристической компании, занимается нестандартными маршрутами по Норвегии, Исландии и другим скандинавским странам. Были публикации стихов в приложении к "Литературной газете", альманахе "Кольцо А", журнале "Работница". Лауреат первой премии "Поэт года" за 2015 г. от портала stihi.ru
В 2015 г. вышел небольшой сборник моих стихов "Невозвратный тариф".
Живет в г. Химки (Московская область).

***
Взмах платочком кораблю —
Мне ли плакаться?
Нитки алые куплю,
Вышью платьице.

Подбородок высоко,
Пава павою.
А кораблик далеко
Ходит-плавает.

Пусть хоть к черту уплывет,
Хоть в Америку.
Ночью волнами прибьет
Щепки к берегу...

Есть ли кто меня милей,
Свет мой, зеркальце?
Много в море кораблей,
Мне ли вешаться?


***
Электричка ползет осторожно.
Грязный тамбур. Чужой разговор.
Чья-то девочка смотрит в окошко,
Теребя светло-русый вихор.
Пальцы так беззащитны и тонки,
На косынке тесьма по краям...
Я придумаю, что у девчонки
Твой вихор. А улыбка - моя.


***
Проклянешь всю силлабо-тонику —
что в ней толку — скулить в тоске? —
и устанешь висеть на тоненьком,
долго рвущемся волоске.
Счастье шагом спешит улиточьим,
мир качается на оси.
Ты устала висеть на ниточке?
Ну сорвись уже, не виси.


***
…а тоска — не омут, тоска — стена:
утонуть бы к черту, да нету дна.
Пропадать с улыбкой — хороший тон.
Вот тебе стена — разбегись в бетон.
Если мир за стеклами сер да хмур —
вот тебе огонь и бикфордов шнур.
Не забудь — с улыбкой! Давай, вперед.
Утром выйдет дворник и уберет.


***
Все вернется другим сюжетом,
Мойры спутают нить свою:
Мы простимся, спасаясь, в этом —
И столкнемся в другом краю.
Будь, как будешь, — женат ли, холост, —
Но скажи мне хоть слово вслед.
Обещаю узнать твой голос
Через несколько тысяч лет.


***
А от школьной любви мне осталось смешное послание
Круглым Вовкиным почерком. Май, самолетик в окно…
Мы сопели вдвоем над несносным домашним заданием
И, не выучив стих, убегали с продленки в кино.

Все бывало. Швыряло порой от небес до бессилия.
Я прощала, терпела, но втайне хотела тепла.
А от взрослой любви мне осталась чужая фамилия
И кольцо. Я с фамилией свыклась, кольцо продала.

А от этой любви даже пепла, и то не останется:
Все развеется ветром, пройдет, заживет по весне.
Снимут швы, все забуду, пойду удивленною странницей.
Ничего-то и не было. Не было, не было, не…


Кораблик
…и, не дождавшись от тебя письма,
я твой ответ придумаю сама,
и почерком стремительным твоим
все напишу. На штампе будет Рим,
а может, Кёльн, а может, Амстердам.
Я никому письма прочесть не дам, —
но стану, правду ото всех тая,
носить с собой. Истреплются края,
потом с годами выцветут слова,
но будет подпись, видная едва.
Когда пройдет последняя зима,
я сделаю кораблик из письма
и в сторону случайную, ничью,
по звонкому апрельскому ручью
его пущу. В Америку, в Тибет,
в Европу ли, — он выплывет к тебе.


***
Ржавая вода прибывает, льется —
По холодным стенкам, сырой земле.
Говорят, что звезды со дна колодца
Всем и ближе кажутся, и светлей.
Я звезду окликну, но дрогнет голос.
Может, хоть на цыпочках дотянусь.
А вода все выше — уже по пояс,
А звезда все ближе — вот-вот коснусь.
И колодец тянет на дно, как омут,
И вверху так ярко горит звезда.
Я ее успела губами тронуть,
Прежде чем мне хлынула в рот вода.


***
А слово будет острым, как игла, —
Ты скажешь мне — спасибо, что ждала,
Что даже не смотрела на других.
Ударит ветер, холоден и лих.
Я промолчу и просто спрячу взгляд.
Дурак. За верность не благодарят.


***
Просто времени нет для геройства —
Поздно. Пользуйся шансом. Любым.
К черту гордость. Отплачься, умойся.
И хоть раз попроси у судьбы.
Твой виш-лист из единственной строчки —
Только то, без чего не прожить.
…Странный номер — не цифры, а точки,
Странный голос — скрипит, дребезжит...
Там — за далью, за высью, за дверью —
Повторяют в бесчисленный раз:
— Ожидайте на линии. Верьте.
Ваш звонок очень важен для нас.


Ибсеновское

Peer Gynt
...Hvor var jeg som den hele, den sanne?
Hvor var jeg, med Guds stempel på min panne?


Solveig
I min tro, i mitt håp og i min kjærlighet.

H. Ibsen, «Peer Gynt»

Какой же ты разный! Какие дороги
сплетаются встречным узлом:
рыбацкие села, чертоги, берлоги.
А ты — напролом, напролом.

Далеких красавиц недолгая милость:
наскучит — так сразу уйти.
…за тысячи миль я тихонько молилась
последнею стать на пути…

Иссохший песок, непролазная чаща,
и штиль, и раскатистый гром.
А спросят тебя, где ты был настоящим, —
скажи им, что в сердце моем.
_______
Пер Гюнт
Тогда назови
Место, где сам я собой оставался,
В духе, который от бога достался!


Сольвейг
В вере, в надежде моей и в любви!

Х. Ибсен, «Пер Гюнт», пер. П.Карпа


***
Где у других луга — мне снега белые,
Где у других трава — мне коварный лед.
Господи боженька, что я не так делаю?
Как ни вздохну — то промах, то недолет.

Нет, не жалею, — дорогу сама выбрала.
Как выбирала — в дурмане была, в бреду?
Господи боже, зачем ты меня выдумал?
Если хотел проверить — так я дойду.

Знаешь, пугает дорога тысячемильная,
Страшно, когда не видишь конца пути.
Я бы сдалась. Но уж раз ты меня сильною —
Что остается? Отплакаться и идти.


***
Привычный путь, стотысячное лето,
Бескрайнее дороги полотно.
По пересадкам, по багажным лентам
Любовь моя изношена давно.
Истрепана на паспортном контроле, —
Куда ни ткни, повсюду синяки, —
Но держится, и притерпелась к боли,
И дышит — всем прогнозам вопреки.
И ждет с надеждой ласкового слова,
И знает про запретную черту.
Я прилетаю ночью, в полвторого.
Никто не встретит в аэропорту.


Кольцо
И поется мне звонко, и смотрится вдаль,
И не снится никто, и нигде не болит.
У меня на плечах васильковая шаль,
И кольцо на руке, и в серьгах лазурит.

Пусть бескрайней разлукой пугает судьба,
И тревожной дорогой, и близким концом, —
Темный локон рукою отброшу со лба,
Улыбнусь и тайком поцелую кольцо.

Поцелую кольцо — исчезает печаль.
И задорна улыбка, и легок мой шаг.
На плечах у меня васильковая шаль,
А в серьгах лазурит, а в колечке мышьяк.


Луховицы
Давний узел развязала — и свободная, ничья,
Я стою у трех вокзалов и рыдаю в три ручья.
Убежать, в нору забиться, — к черту, к тетке, в глушь, за край.
Чемоданы, люди, лица. Три вокзала — выбирай.
Стану птахой перелетной, юркой рыбкою в воде.
Мне билет куда угодно. Луховицы — это где?
Удержаться бы — но поздно. Я держалась, я не вдруг.
За окошком елки-сосны, да колеса тук-тук-тук.
Не рыдается, не спится. Как ни рви, не рвется нить.
Проезжаем Луховицы — надо было выходить.
Электричка, стой, зараза! Ладно, выскочу во тьму.
Полустанок, будка кассы. Мне билет. Куда? К нему.
И опять пойду по следу. Чуть бы сил и куражу.
Ты прости меня. Приеду — снова узел завяжу.