Лукин Борис. В путь

Лукин Борис

Борис Иванович Лукин — поэт, эссеист, литературный критик. Родился в 1964 году в г. Горьком (Нижний Новгород). Автор нескольких книг стихов. Автор-составитель пятитомной Антологии современной литературы России «Наше время». Редактор-составитель десятитомной Антологии поэзии о Великой Отечественной войне «Война и Мир». Сопредседатель Комиссии по Творческому наследию поэта Николая Дмитриева. Лауреат Большой литературной премии России. Печатался в альманахах, журналах, сборниках в России и за рубежом, в том числе в журнале «Москва». Член Союза писателей России. Живёт в Подмосковье.

В путь

*Из романа*

Проснувшись, Маргарита не заплачет.

— Сегодня, наконец, произойдёт,
я верую, — шептала, — знаю, значит,
за что страдать я буду, наперёд.

Мне послана пожизненная мука.
Сознаюсь в том, что я жила таясь,
но счастливо; нельзя нам друг без друга,
душа моя.

А сон, вообразите, сон был вещий.
Сквозь тот же серый, серый, серый день.
Там местность есть. Корявый мостик с речкой
и огород, и банька сквозь плетень.

Ни дуновенья… Может быть, осинка.
…И тянет сделать, чёрти знает что.
Какой, скажи, неведомой тропинкой
сюда забрёл бы человек живой?

Но это он. Его узнаю сразу.
В какой бы век нас не забросил рок.
На языках я поняла бы разных —
ты звал меня, но сам придти не смог.

Довольно далеко — и вот ты рядом.
Живой иль мёртвый приходил за мной?
Я всякому тебе, поверишь, рада —
и это счастье женщины земной.

В тот самый день Москва уже шептала
нелепости. (Представьте, кутерьма
И шуточки.) Ей штучек мага мало.
Страстная Пятница. Текла над миром тьма.

В течение трёх суток градом правят;
Такое, да в России — навсегда.
И как тут не воскликнуть: Боже правый!..
Осталось верить, сам хоть не видал.

Тьма опустилась с неба. Бездна Богом
рожденная пропала. Дальше тьма
столь много поглотила, о так много,
что заново века пришлось назвать.

Всё, как и было сказано, свершилось.
И с той поры, представьте, смерти нет.
И с этим счастьем жить в Ершалаиме…
Нет безнадёжней места на земле.

Хотелось бы узнать, что было дальше,
но всё осталось и погребено
под болтовнёй красавицы Наташи.
О, женщины! О, тот ещё бином.

Пред зеркалом в передней хохотала
над ерундой, а мысль веретеном:
— Да жив ли он? Я всё бы в раз отдала
хоть дьяволу… и душу заодно.

— Изволите ли видеть, это можно;
и так же просто как арестовать.
Жив человек и, в сущности, ничтожен,
внезапно смертен, вам пора бы знать.

Как странно, никакой надежды в мире
тем, кто остался, больше ни на что.
Поверите? как дважды два четыре:
за нас с тобой всё в жизни решено.

Луна одна в вечернем чистом небе
была видна — свободна и легка.
«Прости меня... Пора. Забудь о ведьме.
Навек забудь. Прощай же… на века».

— Скорее, милый, милый Азазелло;
как столько я могла прожить томясь?
В ночь перед воскресеньем вспомнит тело
душа моя.

Теперь уже возможно... что угодно.
...Заплатанный, заштопанный, кривой —
свой переулок. Будь она свободна:
Арбат, Москва… весь мир — над головой.

— Куда теперь? Невидима! Свобода!?
Летит она куда-то из Москвы
сорокового рокового года,
где жили вы, и где родимся мы.

Так отпускают созданных героев —
по узенькой дорожке от луны;
спасибо музам, может быть, не скоро,
но непременно встретятся они.

На этом не кончается история…



Рейтинг: 6.2
Голосов: 2564






Сообщение (*):



Введите символы, изображенные на картинке (*):


Игорь

20.11.2016

Так конкурс стихотворения или поэм? У Б.Лукина - 19 четверостиший! Это, батенька, поэма! А как же "краткость - сестра таланта"?

Комментарии 1 - 1 из 1