Леониду Бородину

Ирина Александровна Прищепова. Родилась и живет на Байкале, в посёлке Байкал. Окончила Иркутский государственный педагогический институт. Работаю учителем русского языка и литературы.

Леониду Бородину
Прогрохотала дверь железом
И поглотил всё мрак тюрьмы.
Казалось, к миру путь отрезан
И он во власти полной тьмы.

Но во Владимирском централе
В нём жизни луч не угасал.
И там «Год чуда и печали»
Он вдохновенно написал.

В жестокой находясь неволе,
И в стужу, и в томящий зной
Писал не о тюремной доле, -
О детстве, о земле родной.

О том, как в завеси тумана
Искал он чудо из чудес.
И стали им цветов поляны,
Святой Байкал, весенний лес.

О славном море памятуя,
Писал о золотых лугах,
Благословенном Маритуе*
На милых сердцу берегах.

И о байкальских днях погожих
В краю, где детства был причал.
О людях добрых и хороших,
что в Маритуе повстречал,

Орешках, спелых и ядрёных,
О кочках в ягодной крови,
И о большой неразделённой
О первой трепетной любви.

Своей земли искал приметы,
Взлетая в мыслях выше скал.
И море радостного света 
Дарил ему живой Байкал.

Душа над синью волн летела,
Испытывала благодать…
Арестовать ведь можно тело,
Но душу не арестовать.
*Маритуй – посёлок на южном побережье Байкала.



Валентину Распутину

Байкал любил он, как отца, как друга.
Он здесь уединения искал.
И понимал, что если в жизни туго,
То легче там, где плещется Байкал.

Земную боль он сердцем знал ранимым.
И от мучений озера страдал.
Боролся он за то, чтобы родимый
Жил, полнился и процветал Байкал.

Хотел, чтобы он был незадымлённым,
Чтоб яд в хрусталь воды не проникал,
И доброй чтоб была, незамутнённой,
Душа людская, как святой Байкал.

Здесь покорял духовные вершины.
И образ плотью слова облекал.
Ему в свои незримые глубины
Дверь открывал с доверием Байкал.

Сложил, как песнь, «Прощание с Матёрой»,
 «Живи и помни» там он написал,
Где дивные раздумчивые горы
С небес глядят, как в зеркало, в Байкал.

На листвене вблизи крутого склона,
У дома, где шумит байкальский вал,
Живёт ещё, наверно, та ворона*,
Которую он «нашей» называл.

Он чувствовал Байкал. Внимая шуму,
Морскую книгу по волнам читал…
Теперь же, одинокий и угрюмый,
Скорбит о нём седой отец Байкал.
*Ворона – героиня рассказа В. Г. Распутина «Что передать вороне?»


Горестно ушла от нас Матёра

Горестно ушла от нас Матёра.
Всуе на закланье отдана.
Скрыта толщей вод навек от взора.
В чём перед людьми её вина?
Почему пошли в чужие дали,
Погасив последнее окно?
Брошена и выжжена, в печали,
Опускалась Мать-земля на дно.
Всё как будто и легко, и просто.
Нет земли. И что же? - Не беда!
Пепелища, память и погосты –
Всё схоронит стылая вода!
Только воды всё же сохранили
В памяти, как сирая земля
Погибала в грязном липком иле,
Тщетно о спасении моля.
Как берёзы тихо, со слезами,
Погружались в бездны круговерть,
И как рыбы мутными глазами
Видели жестокую их смерть.
И берёзы всплыли вдруг укором,
Зачернели в призрачной воде,
Чтоб напомнить людям о Матёре,
О нелепой смерти и беде.
На слезах земли не сделать счастья.
Не согреет мир огонь прикрас.
Но плотин незыблемых запястье
Руки рек обвило много раз.
Есть дешёвый свет. И год от года
Всё сильнее путы барыша.
Ослабев, великого народа
Дремлет неприкаянно душа.


Я иду прощаться с землёй

Невесёлый на завтра прогноз
И, наверно, не высунуть нос.
Завтра будет метель мести,
Заметать все тропы-пути.
И придёт не спросясь зима.
В шапках будут стоять дома.
И надолго, на целый век,
Землю скроет холодный снег.
Перед алой вечерней зарёй
Я иду прощаться с землёй.
Я иду прощаться с травой.
Я иду прощаться с листвой.
С тёплым солнцем, рябин огнём,
И с весёлым моим ручьём.
Благодатна небес синева.
Тонут в ней глубоко дерева.
Хорошо брести по земле,
Ощущать лучи на челе.
Ощущать под ногой песок
Ненадолго зайти в лесок,
Где упругость змеистых корней
Нас связует с землёю сильней.
Как прекрасен синичек свист!
Как шуршит под ногою лист!
Как уютна земля, тепла!
Завтра скроет всё снежная мгла.
И метели раздастся вой…
Я иду прощаться с листвой.
Я иду прощаться с травой.
Я иду прощаться с землёй.


Гроза прошла

Закрыла небо тёмная завеса
И серой стала свежая трава
И ветер налетел на дерева -
Лихой посланник грозного Зевеса.

Заволновались рощицы и нива -
Не убежать от мастера погонь!
И первый угрожающий огонь
Вдруг высекло небесное огниво.

Сотряс округу резвый резкий гром.
И капли били землю без промашки.
Заплакали весёлые ромашки,
Берёзы застонали за бугром.

И долго небо молнии метало
на лес, на речку, на смятенный луг.
Потом за даль неведомых излук
гроза, уставши, удаляться стала.

Затих последний призрачный раскат,
И солнце красит облачную лаву.
И разноцветьем, небесам во славу,
Чарующий наполнился закат.

И Зевс в высотах больше не сердит.
О мщении забыла вдруг Мегера.
И, сердцем просветлев, на Землю Гера
Сквозь радугу восторженно глядит.


Быть может, хорошо пожить на юге

Быть может, хорошо пожить на юге,
Несуетно, нехлопотно, без бед.
Не слышать, как ночами злятся вьюги.
Всё есть на юге… Но Байкала нет!

Балован юг. В любви цветёт небесной.
Там море плещет средь горячих скал.
Оно огромно, щедро, интересно…
Но не Байкал, конечно. Не Байкал!

Там цвета солнца спелые бананы.
И парус тает в дымке голубой…
Но мне милей студёные туманы,
И наш холодный волевой прибой.

Пусть олеандры высоки и броски.
И горд, и строен кипарисов ряд.
Но мне бы видеть сосны и берёзки,
Что над Байкалом в облаках парят.

На юге горы днями нежат спины.
Ночами воды греют лунный серп.
Там в тёплом море плавают дельфины.
Но в нём не встретить милых наших нерп.

И яхты, что белеют парусами,
Напоминают чистые снега.
И слышно, как родными голосами
Зовут к себе Байкала берега.

Всё для меня в краю тепла чужое.
Душой непостижимая цифирь.
Там сердце спит в томительном покое.
Ведь родина моя – Байкал, Сибирь.


Гимн Байкалу

Избранцем Вселенной он стал неслучайно,
Могучий, привольный, чистейший Байкал.
Сокрыта навеки великая тайна
Под блеском загадочных водных зеркал.

Здесь древних вершин золотятся седины,
И в сини холодной купается лес.
Бескрайни тут шири. Безмерны глубины:
Без дна этот кладезь великий чудес.

Здесь силищей ветры играют безмерной.
И солнце сквозь тучи шлёт света пучок.
Жемчужные воды от мути и скверны
Без устали чистит трудяга рачок.

Байкал – это рай для поэта-пророка.
И ангелов светлых земная купель.
Байкал – голубое открытое око.
Он многих народов земных колыбель.

Байкал – это сердце безбрежной Вселенной.
И звёзд негасимых любимый причал.
Всё в нём уникально. И всё сокровенно.
Байкал – это море. Начало начал.

Тайгу, лес и тундру, болота и степи -
Всю землю по капле в себе он хранит.
И крепостью встали здесь горные цепи.
И воду святую облёк их гранит.


Пусть прожил Байкал бесконечные лета, -
Всё так же могуч. И не будет он стар.
Беречь нам завещано всею планетой
Невиданной щедрости Космоса дар.


Природы частица

Я – частица сибирской природы,
Неприметный для глаза росток.
Там живу, где кусточки смороды
В чистоте сохраняют исток.

Стыну я, когда холодно птицам,
В дни морозов, жестоких с лихвой.
Если засуха в мире случится -
Засыхаю от жажды с травой.

И лечу с одуванчиком белым
Парашютиком в мир бирюзы. 
И страдаю с листочком несмелым
от ударов свирепой грозы.

С ветерком я в берёзах играю,
И грущу с безотрадной ветлой,
И с багульником в мае сгораю,
Осыпаюсь чудесной золой.

И нисколько себя не жалея, 
Вмиг волной разбиваюсь у скал.
И с Байкалом я вместе болею,
Очень болен любимый Байкал.

И живу всё любя, год за годом
У земли неустанно учась.
Я – частичка сибирской природы,
Нераздельная малая часть.


Два часа до весны

Какое утро! Снова веет счастьем
И радостным предчувствием тепла.
От близости весеннего причастья
Поёт синица, бросив все дела.

Она для песни выжила в морозы.
Теперь же сказку видит наяву.
Воскресшие от нежности берёзы
Пьют с наслажденьем неба синеву.

Умылось утро, заиграло солнцем.
Блестят озёр ледовые глаза.
И в маленькой сосульке-веретёнце -
Чистейшая весенняя слеза.

Снег ноздреват и потихоньку тает.
Идёт от крыш чуть видимый парок. 
С ним дух зимы, наверно, улетает
В далёкий свой заоблачный мирок.

И ветерка так сладко колыханье!
Нагие отогрелись деревца.
От воздуха легчайшего дыханья
Стучат опять взволнованно сердца.

Сегодня побежит ручей звенящий.
Воспрянет лес от сонма голосов.
И до весны, до самой настоящей,
Осталось уж не больше двух часов!







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0    


Читайте также:

Ирина Прищепова
Социальная защита
Подробнее...
Ирина Прищепова
Прости, Байкал
Подробнее...