Друзья

Ирина Георгиевна Черняева. Филолог.

Друзья
Дворик московский, некрашеный дом-
Здесь жили два друга когда-то,
Один — на четвертом, другой— на втором,
Задорные были ребята.

Задор пригодился на фронте, в бою,
А выдержка и сила воли,-
Когда проводили роту свою
По черному минному полю.

Друзей-добровольцев, как ветер шальной,
Война в жерновах своих вертит,
Но дружба мужская на передовой
Сильнее прожорливой смерти.

В Москву треугольники-письма летят...
В них пишут подругам солдаты,
Что ждет их обоих победный парад
Герои достойны награды...
.........................

Сирень, словно мать,той победной весной
Украсила дворик московский
И ждет каждый год возвращенья домой
Детей, что погибли геройски.

Непрошеная гостья
Без регалий, без чина, без звания
К нам является гостья нежданная.
Без звонка и без приглашения
В дом влетает, как оглашенная.

Кто Беду в доме ждет с угощением?
Прогоняют ее с отвращением:
"Вон из дома, Беда ненавистная,
Чтоб над нами вовек не нависла ты !"

Провожу я Беду на окраину,
Посажу ее в избу крайнюю.
Пусть сидит себе там в одиночестве,
До скончанья дней в злобе корчится.

Не разгуливай ты,проклятая,
Не гуляй ночами над хатами,
Не стучи в окно смертной весточкой,
Не плоди вовек злобных деточек.


Позову я ее подруженьку,
Что с косою ходит под рученьку.
Напою ее тяжким зелием —
Пусть она свое дело сделает...

Не помянет никто убиенную...
Смерть наденет рубаху смиренную...
Злу и горю ,двойняшкам-сестреночкам,
Путь закажет в людскую стороночку...


Божье чудо
Я опять родила —
Раз, наверное, в сотый...
Непростые дела-
Эти роды до пота.

Мое дитятко вес
День за днем набирало...
А в итоге— привес,
Да, как вижу, немалый.

Его сердце в моем
Столько времени билось,
Мы хранили вдвоем
Эту Божию милость..

Ты явилось на свет,
Многотрудное чудо!
Свой законный декрет
Оформлять я не буду.


Пусть завистники вновь
Холят черную зависть:
Им небесных даров
От Творца не досталось.

Нарожаю еще
Сотен пять или десять...
И закрою свой счет
Новых текстов для песен!

/А вы что подумали?/


Учитесь видеть чудеса
В привычном поиске чудес
Лишь я замечу,
Как разговаривает лес
С соседкой-речкой.

Как утки к радости детей
Играют в поло
Со стаей диких лебедей-
Жаль матч недолог.

Здесь под корягою речной
Рак-сторожил, хитрюга,
Из рыбьей каши торт печет
На день рожденья друга.

Вот лист кленовый на пеньке
Брейк-данс танцует,
Ему кукушка вдалеке
Судьбу кукует.

Смотри внимательней вокруг,
Ведь у природы
Не для царей — для верных слуг
Чудес так много!

Спешите видеть чудеса!
В луга, в леса идите,
Наедине глаза в глаза
Друг другу посмотрите!..
  
Сегодня в поисках чудес
Поймал мгновенье,
Как разговаривает лес
С моею тенью...


Центр мирозданья
Услышал как-то глупый крот
Про то, что наверху народ
Под солнцем летом тело нежит,
Вдыхая воздух чистый, свежий.

"Не слышал я, чтоб наш народ
Сушил на солнце шевиот,-
Подумал крот, шубейку гладя,-
-Первопроходцем стать мне надо".

Пытались объяснить слепцу:
Кротам беспечность не к лицу.
За легкомыслие такое
Платить придется головою.

Но он на дружеский совет
Ответил вдруг упрямо: "Нет.
Чтоб разрешить свои сомненья,
Я должен сделать восхожденье".

За дело принялся дедок —
От шубы шел густой парок.
В работе пронеслось полгода...
Не знал он, что не спит природа...

Когда заветный час настал
И наш колумб на землю встал,
Подземным слухам подтвержденья
Он не увидел, к сожаленью:

Чужим,негреющим ковром
Покрыто было все кругом.
Закрыв от ветра лапой рот,
Успел подумать: "Идиот!

Совсем не та теперь пора!
Куда теплей моя нора —
Там сексуальным шевиотом
Жену ласкал не без охоты,

Детишек вырастили мы.
Вполне почтенные кроты.
Чего мне, дурню, не хватало?
Теперь точняк пойду на сало,

А мой бесценный шевиот
К ногам красотки упадет...
-----------------------------

Кроты неглупые созданья
Лишь в норах,в центре мирозданья.


Блокада. Память детства
Белая палата, белая постель,
За окном беснует дикая метель,
Белой чайкой память кружит надо мной,
Возвращает в детство, в город над Невой.

В сорок третьем, лютом, бедственном году
По сугробам в валенках стоптанных иду.
На спине крест-накрест шаль торчит узлом,
Словно всей судьбы моей страшный перелом.

На завод к станочку в минус двадцать пять
Километра три еще с группой мне шагать...
Все сугробы мягки, как моя кровать,
Но сугробик каждый может гробом стать...

Мы плетемся кучкой сквозьсугробов строй...
Санька , лет двенадцати, среди нас старшой...
Сиротам-трудягам за не детский труд
Черного, промерзшего хлебушка дадут.

Скудные блокадные двести пятьдесят
Тайными слезинками дети оросят.
А в домах нетопленых младшие не спят —
Ждут с работы с хлебушком старшеньких ребят.

Им, малым, неведомо, где теперь лежат
Папа, мама, дедушка, самый старший брат...
Ставят, как солдатиков, похоронки в ряд...
Режет сердце лезвием блокадный Ленинград.

Белая палата, белая постель...
За окном стихает мирная метель.
Только память-чайка кружит надо мной,
Возвращает в детство, в город над Невой.


Виноват...
Ты пришла январским маем —
Стал весь мир не узнаваем,
И каспийский норд суровый
Укротил свой лютый норов.

Он в тебя влюбился тоже:
Притаился средь прохожих
И следит за нами всюду,
Не стучит в свой дикий бубен.

А Зима — седая бабка-
Призвала детей к порядку:
Всем буранам и метелям
Приказала спать неделю...

Все вокруг преобразилось,
Только ты свой гнев на милость
Не спешишь сменить, родная,
За измену не прощая...

Ты ушла июльской стужей,
Понял: я тебе не нужен...
Гилавар стал норда строже —
Бьет песчинками до дрожи.

Солнце — радости мерило
В полдень резко закатилось.
Даже чайки на причале
Так внезапно замолчали.

А на все "почему" невпопад
Я твержу : "Виноват Виноват"...







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0