Поэту

Светлана Сергеевна Размыслович. Образование высшее. Родилась и живет в Псковской области, в городе Великие Луки.

Поэту

Не нам с тобой вершить судьбу,
Не нам с тобой верстать проклятья
Едва услышавшим стрельбу —
Исподтишка менявшим платья.

Не нам с тобой ссужать в ответ
На зла желания — обеты.
Не нам с тобой во цвете лет
Младым сердцам давать советы.

Нам жить. Во имя, вопреки,
Насилу, всласть и доли ради.
Нам славить с жаром сквозняки,
Смывать с листов скопленья пади*,

До скверны склеивших живот**,
Слепивших взгляд, сковавших души.
И нам творить. Из века — в год,
Чужие храмы не разрушив.

Нам сеять, нам и пожинать.
Юдоль свою — принять любою.
И всё ж спокойствие познать
Увы, дано не нам с тобою.


На рубеже Великих Лук

Разгулом лет и провидений,
Смятений, странствий и разлук
Я отмечаю день рожденья
На рубеже Великих Лук.

Что мне крикливая эпоха,
Что мне силлабы* в тираже,
Когда я бережно, по крохам,
На вдохновенном рубеже

Сбираю в горсти строки. В грале** —
Храню покой и тишину.
Когда б в запас мне жизней дали,
Я прожила б ещё одну

У этих тёменных окраин.
Пройдя до ближнего светла,
Взлетела бы пушковой*** стаей,
А в мае — снова б расцвела...

Престольный град не чует даже —
Не там творится естество,
Где блеск позёрства в авантаже,
Но здесь, где девственно родство

С началом мира. Что мне грозы?
Погод пугаться — недосуг.
Бегу, счастливая, к берёзам —
На рубеже Великих Лук.
*силлаб — от греч. Слог
** граль — от франц. большой сосуд, в котором смешивали вино с водой. По средневековым сказаниям, чудесный сосуд из цельного светящегося драгоценного камня, употребленный Иис. Христ. за Тайной Вечерею
***пушица, пушок, пушки — народные названия одуванчика.


Дорогами Бродского

Лениво плещется в волнах
Слепящий луч чужого края,
Где счастье видится во снах.
И где рукой подать до рая,
Какому нету ни конца,
Ни обрамленья, ни начала.

Когда же благостью гонца
Вдруг задохнётся у причала,
Сглотнув солоноватый вкус
Морской безбрежной томной дали,
Телец*,
Я вспомню наизусть
Что мне когда-то предсказали
Строками Бродского.

Тогда
Палящий жар, спустясь на плечи
Своим гриснецом** золотым,
Остынет в море. И под вечер
Всё станет ясным и простым —
Смешаясь с ароматом специй,
Уйдёт закат.
Как в поездах
Сбегают люди от сиротства,
Ещё не зная, может быть,
Что эту степень превосходства
Лишь только было б с кем делить.

Когда тягучий слой жары
Вместит вечерняя прохлада,
Неясным привкусом хандры
Остынет кофе.
Сонным взглядом
Взойдёт презрительно луна.
Что ей моря — она видала
Признанья страсти у окна,
Блеск расставаний у вокзалов.

И ляжет острою тоской
На сердце, вышедшем за грани
Своей обыденности, той,
Что в словесах подобна брани,
Воспоминание.
Не вдруг,
Грустя по северному лету,
Так близко подойду к ответу,
Что разомкну блаженства круг:

Раскинув по небу залив,
Зюйд-Вест, пройдясь по побережью,
Сверкнёт отточенностью рифм
К родным краям любви безбрежной.
*Телец — или телёнок символизирует процветание, жертвенность и чистоту. В некоторых источниках телец стал воплощением самого Христа, хотя позже его образ сменился ягнёнком, более подходящим символомжертвоприношения. Огромное значение телец, как символ стремления к богатству, предпочтение материального блага духовному имеет в Библии.

**Гриснец — арх. Загар, смуглость от солнца и ветра.


По Отчеству

Не в святцах прозвище Скобское,
Но с ним в веках вставала рать.
Дано мне Отчество такое,
Каким по случаю не стать.

В нём тягость вёрст, и лес дремучий,
И октябри, и феврали.
И яркий свет речных излучин,
Венцом изогнутых вдали.

В нём стар и млад, добро и сила,
И крепость духа, и смола.
Здесь начинается Россия!
И я впервые назвала

Себя по Отчеству. Отныне
Да будет так! Прими, земля!
И вы, от Ольгинских, святыни,
Благословите Скобаря.

Какое ж в имени благое
Звучание избрала мать:
Дано Отечество такое,
С каким не страшно умирать!


Своя рубаха

Своя рубашка: сыть к обеду,
Устройство дачи, новь белья.
Уплата по кредиту — в среду.
Машина и ремонт жилья.

Там — распродажи, здесь — рассрочки
Накрутки без, на пару лет.
В молочке — скидки на просрочку.
В платёжках — газ, вода и свет.

Оклад в работе, и надбавки —
Непостоянны, но вполне —
На меховую безрукавку
Всё в моде сведущей жене.

Сервиз — для тёщи к юбилею,
Подарки к празднику родным.
На море тур — мечтою всею,
И сериал по выходным.

И всё "в ажуре" в жизни, в целом.
Кому мышления нужны?
Своя рубаха ближе к телу,
Чем одеяние страны.

Смотрите ж, глаз не опускайте,
Стыдясь. Крестясь от сатаны,
Идёт девица в рваном платье
С родимой русской стороны.

Что говорю? Простите, люди,
Тяжёлый сон — страшнее жил.
На ужин, верно, чёрт на блюде
Кусок жирнее положил.

Глаза раскрою — тут рубаха,
На стуле — глажена, проста.
На завтрак — тосты, кофе, сахар,
И планы
С чистого листа.


Последнее в осени

Опоздала к осени. Последний
День ноябрьский убегает вдаль.
Каруселью снежною к обедне
Наступает новый календарь.

И стою одна на остановке
Под слепящим блеском фонарей.
Сколько уж, летящих на зимовку,
Было в моей жизни декабрей.

Я с руки кормила их. И ветви,
От снегов клонясь, качаясь в такт,
Мне шептали: "Это только четверть,
Не грусти, не кончился спектакль."

Из метели снежной благочинно
Седовласый выбрался старик.
Улыбнулся встрече беспричинно,
И удачей показалась вмиг

Россыпь звёзд в морозной окантовке.
В этой суматохе городской
Приближаясь к светлой остановке,
Мой автобус шёл по кольцевой.


Проба на допинг

Реют волненья в мире,
Да не за радь потех.
Русские списки ширя,
Пробы собрать у всех!

Тесты проводит WADA —
Допинги ищет, но
В бравых своих докладах
Им не учесть одно:

С младу беречь учились
Родину, честь и мать.
Так в молоко Россия
Нам добавляла стать.

Травы сминая в поле,
Ноги купать в росе.
Если о русской доле —
Да, мы виновны. Все.

Этот, ломая прозу,
В море искал изъян.
Тот обнимал берёзу,
Будто девичий стан.

Тесты признать бессильны
То, что, не помня зла,
Тысячи лет в России
Вера в добро жила.

Жалобы больно редки,
Сдюжим. На том стоим.
Да, и весной в таблетки
Нам добавляли Крым.

Время пускай рассудит,
Не разжигая рать*.
Как терпеливы люди —
Лучше бы проб не брать.

Колос, хулой гонимый,
Не преломил остей.
Если Россия — стимул,
Значит — виновны все.

Правдой в смешном поклёпе
Громко звучит успех:
Если Россия — допинг,
Значит — найдут у всех!
*Рать — от старорусского: брань, ссора, реть с побоищем, война


Самовары Сталина

Юго-западный ветер гуляет по Ладоге,
В забытьи предрассветном лежат острова.

...Ему снились опять очертания радуги,
Хоть со светом он стены увидит едва.

Валаам. Дивный край
Стал последним пристанищем
Неживых, но немертвых —
"Позоров страны".
Изжитых к юбилею товарища Сталина
Из культурных столиц самоваров войны,

Что когда-то вскипали враждой благородною,
Что бросались под танки и шли на таран.
Ставших кодлой вчера, к торжеству непригодною.
Он сказал: "Нету тела — не будет и ран".

Монастырской судьбой от мирян отделённые,
Безфальмильную сырость вдыхают. В ответ —
Желтизна простыней да ведро закопчённое,
Да корзины, в которых выносят на свет.

Это их оконечности под Сталинградами
Полегли каменистостью в той мостовой,
По которой Победа шагала с наградами
На грудине, оставшейся в битве живой.

Это их подо Ржевом контузило, вспомните:
Хоть "ни дна, ни покрышки", ни шагу назад.
А теперь по какой-то предательской скромности
Им кидают пятак, опуская глаза.

Они гибли не раз.
Так зачем же ты, Господи,
Снова в тыл доставляешь их души в таких
Безобразных телах, под колодку обтёсанных?

— Чтобы память опомнилась в нравах людских.

...Будь неладен пиджак, под здорового скроенный,
И подшипник гудит, починить не успел.
А в бессмертном полку расступаются воины,
Чтобы он на тележке проехать сумел.

Юго-западный ветер гуляет по Ладоге...







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0