Вечно влюбленным

Антонина Ветлугаева. 19 лет. Живет в Москве.

Вечно влюбленным
Написать бы мне что-то прям
эдакое,
В эстетическом плане
премерзкое.
Истерично
метафоры едкие
Встанут всем уж приевшейся
«лесенкой».
Написать бы
Стихи смертоносные,
Неумелые, этим прекрасные,
Долетят пусть до неба,
до звезд они
И знакомые внукам похвастают:
дескать,
«знал одного забулдыгу я,
был пропащий, но в чем-то талантливый»,
И моими заполнятся книгами
Магазины любые...
да ладно вам!
Что там книги,
все рифмы вот эти вот
С мировыми бы справились войнами,
Наизусть
заучили их дети бы,
Сильных мира не сделав довольными.
А ещё
написал о любви бы я
Светло-грустно,
до боли пронзительно,
Чтобы сердцу когда-то родимые
Позабыли обиды губительные;
Чтобы тот,
кто так дорог немыслимо
Заикаться не смел о прощании
Потому что впервые так искренне
Я немые рифмую признания
Потому что влюбился бессмысленно.
Написал бы
о доме,
о матери,
О морской героической Родине:
невозможно из сердца изгнать её,
Хоть ничто не держало там вроде бы.
Справедливость, неравенство, ненависть
воспеваются громко поэтами
Я вколол бы себе их уверенность
и талант...
Обойдёмся без этого.
Ведь перо моё в жизни не выдало б
Рифмы меткой, достойной внимания.
В сигарету прерывисто выдохну
Своё жалкое
дарование.

* * *
Подобный морю добрый взгляд спокойный,
Улыбка, что спасти вольна миры —
Оставь ее прекрасным и достойным,
А мне, душе пропащей,
не дари.
Я усмехнусь, заметив откровенно,
Что стал с тобой немножечко юней.
Похожие стихи писал, наверно
В какой-то из далеких летних дней
Наивных, глупых и немного дерзких.
Но прошлое уже не теребя,
Признаю я, что в строчках будто детских
Всё, до последней буквы — про тебя.
Разоружён, зацеплен и повержен.
(Прости мне сей клишированный бред)
В небитом сердце не лелей надежды,
Со мною счастья не было
и нет.
Прокурен ведь страданьями и ложью.
И нам с тобой совсем не по пути..
Я сам бы рад поверить, что, быть может,
Спасение в тебе смогу найти.
(Тошнит от захудалых оборотов,
Поэтами избитых до костей.
Простите.)
Если вдруг придумал что-то,
Не смейся и не хмурь, прошу, бровей.
Лукавый чертов взгляд, руки касанья
За чувства мог ответные принять...
И всё ж, не награждай своим вниманьем,
Ступай в себя достойнейших влюблять.
И сам я убегу другой дорогой
Подальше от терзаний и потерь.
Но о тебе молиться буду Богу
И не забуду, солнышко,
поверь.

* * *
Не молчи.
Пусть взрываются звезды на взоре вечерне-небесном
И рождаются новые, ярче, громадней в сто крат;
Говори обо всем, низкий голос навязчивой песней через трубку смартфонную в сердце прольется, как яд.
Не пойму все равно я ни слога, ни даже простейшего имени,
Головою свихнувшись по взмаху обветренных рук.
Усмехнусь, захлебнувшись в твоих океанах:
прости меня.
Я, наверное, самый хреновый товарищ и друг.
А любовь моя будто корове седло — неуместна ужасно ведь,
Пригвоздилась к тебе нипойми за какие грехи.
Жить как раньше б, придурку: учиться, работать и пьянствовать,
Ну так нет, все туда же — клепать на обрывках стихи!
(Улыбнусь, только вспомнив о том, что тебе они, вроде бы, нравятся,
По какому-то милому, мне непонятному ряду причин)
Знаешь, что?
Если хочешь,
Попробую с чувствами справиться.
Об одном лишь, не слёзно, но сильно тебя попрошу:
Не молчи.

* * *
Милый мальчик — кислотный взрыв,
Растворись в моих внутренних органах,
Полусладким по венам разлейся, мне вскрыв хладнокровно запястья.
Не ревнуй: ты уж вытеснил всё,
что, казалось, так дорого,
Сумасшедшее,
вдребезги пьяное
счастье.
Улыбаешься радостно,
Будто бы тоже влюблен, ну а впрочем, оно так и есть:
до отчаянья искренен.
Но настанет момент и минёт гипнотический сон, ярких образов смесь —
Проиграю дуэль,
не дождавшись победного выстрела.
Ведь однажды уйдешь,
Без остатка растаешь виденьем в запутанных жанровых схемах,
Незаправленной нашу оставив кровать.
Я ждала тебя,
может быть,
с первой минуты рождения —
Тем сложнее окажется вдруг потерять.
На коленях прошу,
только смейся заливистым смехом звенящим своим,
Пусть навеки закрыты небесного рая пред нами немые врата.
Милый мальчик-кислотный взрыв, отравляющий медленно дым,
Бесконечно тебя
и до боли
боюсь, навсегда.

* * *
Верю чисто и пламенно: это — последние строки
из тебе посвященных
(ну да, были первые, третьи, десятые).
Так сыграйте же марш похоронный беспечной любви однобокой,
Поднимите бокалы, не чокаясь, за эфемерные клятвы!
Слишком просто звучит, не находите?
Будто, вцепившись в доверчивость,
шоколадный батончик у чада отнять легкомысленно.
Да и сам я такой же дурак. Ничего не обещано ведь.
С облегчением выдохни: совесть останется чистою.
И почти наплевать, не поверишь. Светила молчат об амнистии,
всё безжалостней боль, что коверкает существование,
передряги смертельней,
но все-таки,
редкими мыслями
возвращаюсь порою к весне,
к не озвученным, глупым признаниям.
С отвращеньем к себе понимаю: до жути банально соскучился
по теплу твоих рук, что могли удержать от падения.
Неуместны мечты, но, быть может, чуть меньше бы мучился,
Если б был в мире кто-то, кто дарит
на жизнь
вдохновение.
(Ну а впрочем, пошло всё,
я сам себе Бог и спасение.)
(нет)

* * *
Это лето пропахло тобой
поэтично красивым, немножечко пьяным,
с детским блеском в бездонных глазах-океанах, где не смолкнет прибой.
Вырывай сигареты из рук, пусть кометой летят с поднебесья балконов, сотню встреч отмени, притворись невлюбленным,
будто
даже не друг.
Мотыльками цветными в ночи
уплывут невесомые наши мгновенья;
замирай, оставайся родным вдохновеньем, хоть целуй!..
не молчи.
Может быть,
без раздумий снесём
континенты, в которых закованы тесно? Чтоб, как раньше, писать тебе глупые песни,
а не это вот всё.
Дочитай и сожги, пусть горят
истеричные строки; от лирики тошно.
Разрешаю из памяти вырезать то, что так люблю тебя странно, отчаянье.
(зря)







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0