Полина

Геннадий Решетников. Родился и вырос в Сибири. Писать начал в начале девяностых. Публиковался в Киеве, в Санкт-Петербурге, в Москве. Живет в Киеве.

Свежа была Полина и юна. А возраст-то какой — девятнадцать. А она уже ждала. Ждала его с войны. С той самой, памятной, которую многие сейчас хулят. А для них она была великой и тяжёлой. Она ждала, а он не вернулся. И она знала — не вернулся не потому, что не хотел, а потому, что не смог. А тогда, при расставании, она шепнула ему: — «Я буду ждать тебя. И где бы ты ни был, и где бы я ни была — я буду ждать тебя. Ты найдёшь меня по цветам. По моим цветам».

И когда дом разбомбили, она поселилась возле железной дороги. И сразу же у дороги, по рельсам которой в обе стороны катилась война, появилась роскошная цветочная клумба.

Любовь к цветам была у неё с детства, она передалась ей по наследству от бабушки и матери. Сколько поколений порадовало их семейное, обыкновенное чудо — цветущая клумба. И теперь, уставшая от нескончаемой непосильной работы, она каждый день бегала к своей клумбе, чтоб ни один цветок не завял. И когда долгими ночами сердце любило, а молодое тело изнывало в вожделенной тоске по любимому, нёсся во вселенную крик души: — «Я буду ждать тебя!» И много, много ночей подряд она шептала в вечность: — «Я буду ждать тебя. И ты найдёшь меня по моим цветам. Я буду ждать тебя».

И вместе со всей страной, дождалась таки, конца войны. Только его не дождалась.

А потом стали возвращаться с фронта те, кому повезло и те, кто сумел схитрить. Но первых было значительно больше. А она ждала.

Уже переженились все те женихи, которые к ней сватались, после войны. А она ждала. И каждый день ходила к своей клумбе, ухаживать за цветами.

Уже прежние женихи внуков заимели, а она ждала. И внуки женихов выросли, и свои свадьбы сыграли, а её клумба, у железной дороги, не увядала. И все, кто ездил по этой дороге, видели огромную, неувядающую клумбу цветов.

Болели у бабушки Полины руки от тяжкого труда, а клумба цвела. И каждому цветку — свой срок. Уж ноги не хотели носить старческое тело, а её клумба и чей-то глаз порадует, и чью-то душу согреет.

Но однажды, в июльскую жару, увяли не политые цветы. А к осени, клумба совсем заросла травой. Так прошёл год. Потом ещё один. И от клумбы не осталось и следа.

Всё так же светило солнце и катилась по небу ночная луна, а клумбы больше не было.







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0