Крылатая рыбачка

Владимир Алексеевич Ермаков. Живет в селе АЯ Алтайского района Алтайского края.

Крылатая рыбачка

Заря только-только осветила верхушки деревьев, а Стёпка Удальцов уже устраивался на камне, что глыбой возвышался в десяти шагах от берега Катуни. Река протекала всего-то в километре от его родного села. Камень был плоским и очень удобным для рыбалки, и постоять можно, и если ноги устанут то и посидеть. Омывала его бирюзового цвета вода реки, создавая впечатление красоты природы и душевного покоя. За камнем начиналась самая глубина и иногда нет —нет он выхватывал оттуда крупную рыбу, леща, налимчика, когда везло и хариуса. До любимого места пробирался легко, закатив штанины, держа в руках свой небогатый рыбацкий скарб: баночку с червями, удочку, да кулёк с едой. Мама сунула на всякий случай.

— Возьми! Я тебе говорю. Мало ли чего. Задержишься или ещё как. Здоровье, а желудок, прежде всего надо беречь смолоду. А то быстро язву заработаешь, как твой отец. Тоже рыбак, — причитала она.

— Ладно, возьму, — нехотя отозвался Стёпка, зная, что от матери просто так не отделаешься, всё равно уговорит.

Стёпка, пристроив баночку и уложив мешочек с едой, стал налаживать удочку. Насадив червя на крючок, постарался забросить леску как можно дальше от камня, на самую глубину. Знал, что в это время на песчаном дне кормятся лещи.

— Эх! Поймать бы самого большого, можно было бы посолить и завялить, — подумал он и три раза сплюнул через левое плечо, как учила бабка Матрёна. — Если увидишь, что на тебя смотрят с любопытством, или появилось желание, загадаешь какое, скажи что хочешь и сплюнь через левое плечо три раза. Обязательно сбудется.

— Шутит, наверное, старушка, уже под девяносто, а тоже туда же. Старушка ведь уже, а гостинцы всегда ему перепадают. Всё-таки любит и балует, — с теплом в душе думал Стёпка.

 Поплавок мерно покачивался на воде. Стёпка стал наблюдать за ним. Уж кто-кто, а он мог часами не сводить с него глаз. Иногда он чувствовал усталость, и тогда специально щурился и устремлял свой взор вдаль, по поверхности водной глади. Тогда на воде появлялась рябь и солнечные зайчики, догоняя, друг дружку, устраивали забавные представления, отливая серебром до рези в глазах. Но про поплавок не забывал, искоса поглядывая на него, боясь пропустить едва заметной поклёвки. Тут зевать никак нельзя. Отец говорил:- «Если поплавок еле заметно начинает двигаться, то рыба рядом. Каждая берёт наживку по-разному. Карась, например, очень хитрый. Он начинает медленно всасывать червяка, при этом делает это так незаметно, что сначала и не догадаешься, что он у крючка. Затем медленно поведёт, поведёт поплавок по воде и только потом плавно утянет под воду. Вот тут — то и подсекай его. Очень интересно его ловить, особенно тащить из воды. Он упирается, делает это хвостом, удочка тяжело идёт. В этом и есть вся прелесть рыбной ловли. Душа начинает петь. Особенно когда он уже лежит на берегу, поблескивая свое чешуёй, красота! Мелкая рыбка, наживку дергает, объедает, и поплавок мелко дрожит на воде. Можно дернуть и подсечь, можно дождаться, когда рыбка его опять же утянет под воду. Есть такая рыба, которая сразу поклёвку берёт, без всякого разбора и тогда поплавок, конечно же, сразу идёт под воду, тут уж не плошай, тяни. Опять же тяни плавно, а не выхватывай рывком. Тяни, но слабины леске не давай. Как только слабину почувствует, так сразу рванёт и уйдёт».

Прошло часа полтора. Поклёвок не было.- Видно, что-то с погодой не так, подумал Стёпка. Может что с давлением, на небе показались облачка, подул слабый ветер. Вода покрылась рябью. Он, как всегда сидел на корточках, спина и ноги затекли и чтобы как — то расслабиться, он опять прищурил глаза, а затем, чуть-чуть приоткрыв, посмотрел на воду. Вода стала снова казаться серебряной, будто состоит из маленьких — маленьких звёздочек. А когда он открывал их полностью, всё это исчезало. Затем эта игра ему надоела, и он стал посматривать в небо. Высоко в небе кружил коршун.

— Парит себе. И как он так летает, крыльями не машет, только чуть- чуть хвостиком себе пошевеливает. И надо же с такой высоты всё видеть. Мне бы такое зрение? — мысленно размышлял Стёпка.

— Вот чайка летает. И эта тоже с такой высоты видит рыбу в воде. Слой воды приличный, а она всё-таки видит. Как? Летает кругами, головкой своей маленькой вертит туда- сюда, туда- сюда. Вдруг складывает крылья и прямо штопором летит в низ. Коснётся воды, крыльями замашет, поднимет каскад серебристых брызг и опять вверх. Присмотревшись внимательней, Стёпка заметил, в её цепких лапках маленький светлый предмет.

— Интересно, как она умудряется что-то выхватить из воды? Сделав круг, белокрылая птица вновь вернулась и неоднократно повторяла одни и те же действия.

— Очень интересно!- Подумал Стёпка и стал наблюдать за чайкой.

 Он сопровождал её глазами и всё старался заметить всё: как она летает, как посматривает вниз, вертя головкой и кого то, высматривая внизу, в воде. Вот она сделала круг. Потом ещё один и вдруг Стёпка явно увидел, что от неё что-то отделилось и падало вниз к воде. Это отделившееся упало в воду, а через некоторое время она сама стремительно сверху понеслась вниз к этому месту и, коснувшись воды опять взлетела. Поднялась на высоту и опять от неё что-то отделилось.

— Но, что это такое? Что это могло быть? Ведь не плюёт же она сверху на воду. Что к чему? — размышлял он. Он не переставал наблюдать за чайкой на время, позабыв об удочке. Вот она опять повторяет всё то же, что и в первые разы. Всё до самой малой точности. Но обратно она уже взлетела с маленькой рыбёшкой в коготках. Стёпка хорошо это видел, его осенила мысль: — « Это чайка испражняется. Всё это летит с высоты и плюхается вводу. А рыба то глупая какая, думая, что это падают букашки, подплывает к упавшей в воду «приманке», а она-то этим и пользуется. И ту как тут. Рыба и понять ничего не успевает, а уже поздно, сверху-то чайка её и хватает своими цепкими и остренькими когтями. Вот тебе и чайка. Вот так «рыбачка», — думал Стёпка, удивляясь тому, как чайка нашла способ рыбу подманивать и ловить.

Взгляд на мгновение вернулся к своему поплавку, и Стёпка увидел, что его на воде то и нет. Он осторожно потянул удочку и почувствовал тяжесть улова. — Лещ! Точно лещ! Смотри ка, как сердце забилось от радости.

С особой осторожностью, не давая слабины леске, потянул, как учил его отец, и действительно, как тот не упирался, всё — таки сдался и вскоре оказался в садке.

— Точно граммов на восемьсот потянет, вот так надо ловить! — Обрадовался Стёпка, и с гордостью посмотрел в небо. Но рыбачка-чайка уже улетела. Стёпка от леща не отводил глаз. Широкий, блестящий тот лежал в садке и шевелил плавниками.

— Вот это удача! Вот это удача! Всё, пора заканчивать. Небо затянуло. Вот- вот и дождь на пороге. Он быстро собрал свои рыболовные снасти, добрался до берега и зашагал домой, предчувствуя с какой радостью, встретят дома родители, и он им расскажет, как ему с большущим трудом удалось вытащить такую большую рыбину. А ещё он удивит их своим открытием и расскажет, о том, как ему удалось подглядеть все рыболовные хитрости чаек, которые постоянно кружат над любимой берёзовой рекой Катунью.

— Ну что рыбак, поймал рыбу? — Спросила мама и как всегда улыбнулась.

— А как же смотри, — с гордостью ответил Стёпа.

— Поймал хотя и мал. Да какого удальца вытащил, — похвалил сына отец.

— Я вот какое открытие на рыбалке сделал, — выпалил Мишка. — Оказывается, чайка тоже может свободно и со смыслом ловить рыбу.

— Как это? Объясни? — с любопытством уставился на сына отец.

— А вот как! Поднимается высоко в небо, сделает круг, какнет в воду и тут же вниз. А поднимается уже с рыбкой в коготках. До этого же додуматься надо. Неужели они соображают, как люди.

— А ты как думаешь, — подхватил мысль отец. Муравей и тот голову имеет, и соображает неплохо. А посмотри на муху, мала птаха, а… поди поймай!

— Как это они соображают, — не понял Стёпка.

— Вот представь себе, что ты в лесу. Деревья большие, а ты маленький. Заблудиться в два счёта. А он ведь в высокой траве от своего муравейника, как в лесу уползает? Вот! Довольно далеко. Ты же знаешь, что они тоже живут большой общиной, как мы, например, но своей конечно.

— Знаю, не раз в лесу такие кучи — дома попадались. Мы ещё брали мелкие палочки и клали на них. Муравьи их облепят и ползают по ним. Потом мы эти палочки берём, отряхиваем муравьёв и сосём, сок с такой кислый-кислый.

— Это правда. Но находит же обратно дорогу. Да ещё добычу домой тащит, для строительства или еду какую.

— У них, что чипы стоят?

— Что за чипы такие, — не поняла мама.

— Ну,.. это программы такие в компьютерах, да в мобилах сейчас ставят.

— Ни каких программ у них нет, они, так же как и мы, живут своей жизнью. В голове у них свои программы, у каждого своя.

— Давай отец, посоли леща, да на ветерок, завяль. Уж больно хороша рыбка, молодец, умывайся и за стол, проголодался ведь.

— Да нет, не настолько я голоден, как озабочен.

— Чем это? — воскликнула мама.

— Да тем, что оказываются все звери, птицы, рыбы и остальные, как и мы думают. Значит, у них есть мозги?

— А как же, у всех есть мозги, даже у захудалого червячка, которого ты на крючок насаживаешь, чтобы поймать рыбку. Ты его на крючок, а он выворачивается, жить бедняга хочет, ведь правда?

— Да есть такое, — потупив голову, задумчиво ответил Стёпка.

— Вот так то, а вы всё рогатки, да по птицам стрелять. А вы понаблюдайте, как они своих птенцов выхаживают, кормят, на крыло ставят, и всё со временем поймёте какова она жизнь!? Чем она отличается от людской?

Стёпка не ответил, наскоро перекусив, пошёл на сеновал досыпать. Долго ворочался думая: — «…ишь ты! У каждого! Это ж надо быть такому! А я и не знал. А в школе говорят рефлексы, рефлексы…, а на самом деле вон оно как оборачивается. Если бы не чайка так бы ничего и не узнал. Надо бы впредь по жизни быть более наблюдательным.

Сон взял своё и через несколько минут рыбачок уже посапывал, видя прекрасные детские сны.

Месть

Славка и Павлик стояли за оградой. Павлик собирался, засунув пальцы в рот и надув губы, свистеть, когда друзья увидели, выбегающего из дома Стёпку.

— Ну…, ты что так резину затянул. Мы тебя уже как полчаса выманить не можем, — возмущённо высказался Славка.

— Задумался сильно, — огрызнулся Стёпка.

— И было над чем так заморачиваться? — Спросил Павлик.

— Было. Да ещё как было.

— Расскажешь, — в один голос вскликнули друзья.

— А то! ещё как расскажу. Пошли уже, — и они весело зашагали к россыпям, так называли место, где драга, плывя по небольшой речушке, вымывала в отвалы сплошной галечник. Ходить там жителям запрещалось, но на местных пацанов, никто внимания особого не уделял.

— Топор взял? А то и костёр не сможем развести, -вдруг всполошился Славка.

— А ты что слепой совсем, или у тебя зенки повылазили, что не видишь? — И Стёпка, развернув полы пиджака, кивком голову указал маленький топорик.

— А ты что взял?

— Хлеба взял, огурцов немного, да соли, — с живостью ответил Славка.

— А я помидор, —гордо вставил Павлик.

— Я тоже прихватил немного, того и другого. С голодухи не замрём, — деловито пробасил Стёпка.

Друзья скоренько дошли до отвалов, задрав штанины брюк, в брод переправились через речку.

— Вы видели, вы видели, — закричал Славка. — И в этой речонке большая рыба есть. Как дёрнула у меня из-под ноги и под корягу.

— Домой пойдём, проверим. Хорошо здесь, тихо то как. Они отошли от берега и разлеглись на галечнике. Камни были горячими, от лучей солнца, и тепло приятной волной растеклось по телу ребят.

— Так о чём ты так задумался, что про поход наш чуть не забыл?- Напомнил Славка про обещание Стёпки рассказать о своих думах.

Стёпка рассказал друзьям всё как на духу и о сороке, и о муравьях, и о голубях, да и вообще о чём он сам думает по этому вопросу.

— Как это у них есть мозги? Они что тоже думают как мы что ли? — с удивлением произнёс Славка.

— А то, представь себе, не только думают, но и соображают что и как! — С гордостью выдавил Стёпка. — А я вам сейчас докажу, — и он стал осматриваться кругом.

— Вон, видите обрубок сгоревшего дерева, в виде высокого пня торчит. Помните, там гнездо шершней было. Вот пойдём и посмотрим что к чему.

Стёпка быстро вскочил на ноги и пошёл к пню. Славка и Павлик последовали за ним. Они подошли к пню и действительно убедились в том, что там есть дупло. Стояли они не долго, разговаривали, как вдруг из дупла появился шершень. Он суетливо бегал по краю дупла, шевеля усиками, но попыток вылететь не делал, что укрепило в ребятах уверенность в своих силах.

— Видишь, бегает, но не вылетает. И больше никого не видно. Но он же там не один? — выдавил из себя Стёпка.

— Так остальные, наверное, на заготовках продуктов на зиму, —подытожил Славка.

— Ты и скажешь, же, на заготовках продуктов скажешь ещё: картошки, сала, масла, варенья наварят? — Рассмеялся Стёпка. —Они же как и пчёлы мёд себе на зиму готовят.

— Вот мы и посмотрим, что они там натаскали себе, пусть поделятся, — усмехнулся Пашка. —А как брать то будем?

— Чего брать-то, —переспросил Славка.

— Чего, чего, мёд конечно!

— Его ещё надо достать. Ведь, неспроста, этот типус около входа крутиться. Сторож, наверное, охраняет пока все на работе.

— Эх, давай так сделаем, пока все шершни в отлучки, мы этого постараемся устранить, — предложил Стёпка.

— Как это устранить?- Не понял Славка.

— Как, как! Я его сейчас топориком то оглушу, а потом видно будет, как и что нам предпринять. Понятно?

— Что уж тут не понятного, — угрюмо проворковал Славка.

— А кто его глушить будет?

— Кто, кто, раз у меня топор. Я его и сниму, — тихо проговорил Стёпка.

— Прямо как в разведке, — хихикнул, Павлик. —Постового снимать будешь?

— А то! — Ответил Стёпка и стал медленно подходить к пню.

 Стёпка медленными шажками подходил к пню с дуплом, в котором сидел огромного вида шершень и шевелил усиками.

— Смотри-ка, смотрит! И, наверное, же видит меня. Интересно, что он думает? Он один, против меня. В дупле как видно никого кроме него нет. Это и хорошо. Ну что ж вот и сразимся, — подумал Стёпка и стал медленно поднимать топорик. — Я охотник, а ты добыча.

— Ещё один шажок, ещё один шажок, -шептал охотник. Друзья стояли позади него, наступила гробовая тишина. Парни трели птиц не слышали, все ожидали исхода этого коварного замысла, и неожиданного нападения на целую семью шершней. А там был мёд, лесной и вкусный.

— Взрослые говорят, что два или три укуса этой твари для коня смертельно, — тихо проговорил Славка.

— Да ты что, такое говоришь?- вскликнул Павлик. — А ели они все вылетят, тогда что будет.

— Что будет! Улепётывать будем! А там кому как повезёт.

— Пора, ты посмотри на него, смотрит на меня прямо в упор, — подумал Стёпка и поднял топорик над головой. Он ещё раз прицелился по дуплу и зажмурив глаза ударил по нему. Мгновенно открыв глаза, он понял, что промазал, так как след от топора отчётливо отобразился на гнилушке совсем рядом с дуплом, а шершень был готов к полёту.

— А…, а…, Стёпка уже не бежал, а летел по едва заметной дорожке. Ноги сами несли его подальше от места добычи лесного мёда. Впереди была большая лужа. И в этот самый момент он почувствовал не укус, а сильнейший удар ниже поясницы, прямо в левую ягодицу, который перенёс его через лужу, не промочив ноги. Он ещё некоторое время бежал, ягодица зверски ныла, но погони не было. Он обернулся. На дорожке был один, Павлик и Славка бежали в противоположном направлении, нелепо размахивая руками.

Вместе они собрались минут через двадцать, может чуть более.

Некоторое время никто не говорил и не о чём друг друга не расспрашивал, а просто тяжело отдуваясь, завалились прямо на галечник.

— Ну, ты, Стёпка и даёшь? Как же ты мазанул так, — набирая в грудь воздуха, прошептал Славка.

— Как, как! Видно не дотянулся чуток, а он и воспользовался этим. Догнал меня и как жахнул в зад, я через лужу не помню, как перелетел. У меня чуть сердце не выскочило от боли. Сейчас ещё болит, просто ноет безбожно.

— А ну-ка покажи, — попросил Славка.

 Стёпка снял штаны и показал.

— Ничего себе шишка?

— А ты думал, я блефую!

— Ты знаешь… хи…, хи…, хи, как увидел что ты лупанул, а за тобой этот мохнатый полетел, ноги сдвинуть с места не мог, — выпалил Пашка. — Вижу только, что летишь к луже, а потом брызги и ты уже на той стороне. Только тогда меня осенило, что тоже надо бежать, и я побежал. Не помню, как через отвал перевалил и укрылся там. Сижу, воздуху не хватает, еле-еле отдышался. Только потом выглянул, а ты уже обходишь это место.

— А…я, а…я! Как увидел, что ты побежал, да как заорал, у меня дух перехватило. Думаю всё, налетят тучей и, каюк тебе Стёпка. А что тут сделаешь, чем поможешь?

 Ну да ладно! Всё вроде бы обошлось, — с уверенностью ответил Стёпка.

— А ты знаешь, что укусы этих шершней убивают лошадь. Может и ты, ещё почувствуешь чего? — Настороженно вставил Славка.

— Да слышал, если что со мной случиться, так вы уже не поминайте меня лихом, — промычал Стёпка, кривясь от боли. Я же вам говорил, что у них тоже мозги есть. Думают заразы, раз своё барахло охраняют. Видишь, на их охранника напоролись. И видишь, что получилось.

— Ну, я бы не сказал, что барахло, всё-таки мёд, который мы уже не попробуем, а так хотелось!- съязвил Пашка.

— Шутник, — вспылил Стёпка. —Тебе бы так, за вас же пострадал.

— Ладно, не обижайся. Нам ещё рыбину поймать надо.

— Может быть, костёр разведём?- предложил Пашка.

— Какой костёр, когда у меня всё тело ноет. Давай перекуси по быстрому, с рыбой разберёмся, и домой, — огрызнулся Стёпка.

А вообще клёво всё получилось, ты Степан молодец, не побоялся сразится с этим мохнатым чудовищем, —и ребята дружно рассмеялись.

Припасы были съедены до грамма и быстро. Через некоторое время мальчишки были уже на речке.

— Снимай майку, — предложил Стёпка Славке. Тот сеял и протянул её другу.

— Я сейчас с Павликом зайдём по течению, а ты Славка палкой под корягой пошуруди, когда мы тебе знак дадим.

— Какой знак, — не понял Славка.

— Какой, какой, давай шуруди!

 Когда все были на месте, Славка сначала ударил палкой по коряге, а затем сунул её под корягу. Рыбина была ещё там. Она метнулась по берегу и попала в майку. Это был среднего размера хариус.

— А…, а…, а…, закричал Славка, есть! Поймали!

— Ну, хоть что-то к вечеру.

— А ты говоришь мозги? Чего он там делал до сих пор. Нас ждал, что ли?- Выкрикнул Пашка.

— Отдыхал он там, в холодке, вот что он там делал. Он же не знал, что мы тут рядом крутимся, да задумаем рыбу ловить. Не ждал, одним словом. А под корягой сидел, что бы его ни кто не увидел. — Пошли домой что ли, — выдохнул Стёпка.

— Незаметно, за разговорами, друзья подошли к дому друга.

— Как делить добычу будем, — спросил Славка.

— А что его делить, рубить что ли? Бери Стёпка всего себе, ты у нас сегодня самый что ни на есть пострадавший. Вот и забирай добычу.

— Не в обиде будете пацаны, — обратился Стёпка к товарищам.

— Да какая тут может быть обида, заслужил, — в один голос воскликнули Славка и Пашка.

— Бери. Медок, конечно, был бы лучше!!! Если бы у шершней не было мозгов. А смотри-ка отомстил же тебе зараза! — съязвил Славка.

— Ладно тебе ёрничать, спасибо, парни! Ну что до следующей встречи. Пока, пока, пока и друзья, пожав друг другу руки, разошлись по домам.

Дома Стёпка не стал рассказывать о своих с друзьями приключениях.

— Ничего всё обойдётся. Мама не будет растравиться и отец не скажет: «…я же тебе говорил, что прежде чем что-то сделать сто раз подумай и опять со своей поговоркой... семь раз отмерь, … один раз отрежь…» — Всё заживёт как на собаке. А эти мелкие твари всё-таки имеют мозги и думают. Наверное, сейчас сторож хвастает, что такую атаку отбыл, пока рой мёд собирал. Ладно, пусть живут, скоро зима, им тоже выживать надо.







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0    

Мирослав Эйер
Это горный Алтай
Подробнее...