Заярский Виктор. Какую-то печаль вселяет в душу осень...

***

Какую-то печаль вселяет в душу осень.
Давно кукушка, надрываясь, не кричит.
В полях курчавится, дымясь от изморози оземь.
И поседевший лес загадочно молчит.

Молчит река, как в рот воды набрала.
О чём-то потаённо шепчут камыши.
А наспех сшитое туманом покрывало
Мне кажется, что над водой, как шёлк шуршит.

Мне не сидится дома, я бегу туда,
Где явно заплуталось и застряло лето.
А вслед мне тихо шепчут холода,
Что его песенка уже давненько спета.

Морозом пахнет подворотня иногда.
Зима мне видится за деревенской далью,
А вздохи ранней осени всегда
Наполнены, житейскою больной печалью.


***

Я шёл по жизни, не склоняя головы.
Не гнул спины, не лебезил лукаво,
Испил коктейль людской молвы.
Той, что как сладкая отрава.

Я к власть имущим не просился на постой.
В друзья не лез — как и поныне.
Россия для кого-то звук пустой,
А для меня Россия, как святыня.

У праведных блюстителей закона
Удобно — тёплых не искал я мест.
Вот потому без ропота и стона
Я свой несу по жизни крест.

Жизнь, безусловно, тяжела,
Но я привык к её ненастью.
Судьба помочь мне не смогла,
Теперь живу назло несчастью.

Доволен тем, что мне досталось.
И не скулю от всяких бед.
Казалось бы, такая малость,
Но пальцем мне не тычут вслед.

Я по-другому жить не мог.
Всё потому, что не был гибок.
Мной мало пройдено дорог,
Но много сделано ошибок.

Презираю своё одиночество,
И, унявши постыдный зуд,
Я подальше держусь от пророчества
И от грязных людских пересуд.

Во времена душевных мук
Хочу, чтоб люди знали,
Что к чистым пальцам моих рук
Чужие деньги никогда не прилипали.

Гнетущий стыд кипит во мне.
Я возмущен, не веря кривотолкам.
Мне жаль, что в замордованной моей стране.
Придётся жить обкраденным потомкам.


***

Гуляет по России воровство и кровожадность.
Воров не испугает даже страшный божий суд.
Они, как танки, по России ромбом прут.
Их остановит только Сталинская беспощадность!
Или они нас разорят и в порошок сотрут.

Пусть звёзды с неба падают, отжившие свое.
Их всё равно не удержать за хвост.
Тем временем российское безмерное ворьё
Подняло головы и встало во весь рост.

Воры порою думают, что Русь перевелась,
Но им не загубить в её душе исконные устои.
Плотина для реки совсем не всласть.
Она её когда-нибудь прорвёт и нечисть смоет.

Но не надеть штаны мне через голову.
Я плетью обух не смогу перешибить,
Как и не взять ежа рукою голою.
В России нам нельзя с ворами вместе жить.

Я не хочу жалеть о быстро уходящем.
Ведь чему быть, того не миновать.
Смертельный миг не может быть щадящим.
И на него не стоит сильно уповать.

Нас время часто лечит и калечит
Под вой пурги и дикий ветра свист.
Но больно мне смотреть, как догорают свечи,
Как, падая в саду, кружит последний лист.


***

Мне не пристало время веселиться,
Когда смотрю на этот лживый белый свет.
Я, видно, упаду, как опадают с веток листья.
Они, как пожелтевшие страницы
Моих давно прожитых и бесцветных лет.

Со временем у ближних тоже увядают лица.
Безволен взгляд, припрятанный в глазах.
Им тоже, видно, не пристало время веселиться.
Они листают, как и я, свои страницы,
И прячут горький привкус на обескровленных губах.

От этих лиц и окаянных мыслей стыну я.
Видать, о прожитом не надо вспоминать.
Вокруг меня все матом кроют свою жизнь постылую.
Мне этим голову не стоит забивать.
Иначе мои мысли меня могут доконать.

Из сердца и души их колом нужно гнать.
Чтоб не сочился гнев из провалившихся глазниц.
Пусть обреченность не сквозит из-под ресниц.
Что было, то прошло, его не стоит проклинать.
И на кресте себя не надо распинать.
Найдутся те, кому на Русь плевать!


***

Ах, Россия, мать ядрёна,
Сила духа и добра.
Будь, Россия, непреклонна,
Терпелива и щедра.

Ах, Россия, мать ядрёна,
Расправляй-ка свою грудь!
Для меня ты, как икона,
Есть, была и дальше будь!

Ах, Россия, мать ядрёна,
Ты до ужаса скромна.
Будь всегда вечно — зелёна,
Что б не сглазил сатана!


***

Нас уносит от берега детства
Неизбежным течением лет.
Сзади тень, как придаток соседства,
Это старость, бегущая вслед.

Не к лицу мне рядиться великим.
Слава богу, я этим не болен.
Своего нет лица у безликих,
Как у ветра гулящего в поле.

Не гонюсь я за призрачной славой,
Не вскружить ей моей головы.
Слава пахнет опасной отравой,
Грязной сплетней досужей молвы.

Насолили мне в жизни немало.
И не знаю, что ждёт впереди,
Ведь судьба на меня наплевала
И шепнула: «Пощады не жди!»

Жизнь моя оказалась загадкой.
Не хочу я по ней и тужить.
Больше горькой была, меньше сладкой.
Скрепя сердце приходится жить.

Удалась ли мне жизнь? Сомневаюсь.
Состоялась ли жизнь, не могу утверждать.
Не молю я судьбу и не каюсь,
Потому и прощения нечего ждать.

Мне с досадой хотелось отметить,
Что ушло, не хочу ворошить
И касаться давнишних отметин
В зарубцованных ранах души.


***

Родные россияне, я боюсь за вас.
С тревогою гляжу на мир отныне.
Когда-нибудь проснётесь с пьяных глаз,
А нашей родины уже и нет в помине.

Беречь Россию надо для потомков,
Которые на смену нам придут.
Если пойдут они по миру вдруг с котомкой,
Тогда в гробу нас проклянут.

Мы русские, мы мирные славяне.
Да, мы привыкшие к покорности, страданиям и нищете.
Ведь христиане мы, да, мы, конечно ж, христиане.
Единоверцы мы и братья во Христе.


***

Под бодрящий общий смех
Прошу без заминки.
Приглашаю к столу всех
На мои поминки.

Путь-дорожка нелегка,
Горд я был без меры.
Помяните ж казака
Христианской веры.

Несъедобная судьба
В жизни мне досталась.
Ошибался иногда,
И совсем не малость.


Виктор Никитович Заярский. Новороссийск.







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0