Пятая колонка

Джулиан Барнс

Шум времени

В одном из своих сочинений замечательный, в самом деле очень талантливый прозаик Джулиан Барнс походя заметил в адрес знаменитого романа «Лолита», что это всего лишь «русская сказка об американском разврате». Мол, русскому писателю не под силу разобраться в темных сторонах англосаксонской жизни, именно потому, что он не англосакс.

Теперь талантливый англичанин, лауреат Букеровской премии пишет роман о недавней российской истории. Книга эта – своеобразная биография знаменитого русского композитора Дмитрия Дмитриевича Шостаковича.

 Как бы биография, «жизнь, изложенная не подряд».

Но важно не это, важно то, что Барнс оказывается в положении Набокова, в адрес которого была отпущена та шпилька про американский разврат.

Перед нами английская фантазия на тему «большого террора».

Автор предисловия утверждает, что автор прекрасно знает нашу жизнь, бывал в России, и даже учил русский язык.

Текст изобилует поговорками типа - тише едешь, дальше будешь, это напоминает мне манеру западных политиков, которые для того, чтобы произвести приятное впечатление на будущую аудиторию, просили своих помощников подбросить им пару-тройку русских пословиц. О том, что подготовка писателя Барнса неосновательна, ясно из такого примера:

«В Анапе с них тоже градом катился пот. Крым плавился от зноя, а он плохо переносил жару».

Анапа находится не в Крыму.

Можно сказать, что перед нами просто опечатка памяти. С этим бы можно было согласиться, если бы в тексте не было опечаток куда более принципиального характера.

Взять хотя бы фигуру композитора Хренникова. Много творческой силы и достаточно много песта Барнс тратит на то, чтобы преподнести Тихона Николаевича Хренникова в самом не презентабельном виде.

Он у писателя просто чиновник, кремлевский назначенец, не обладающий никакими способностями, кроме одной – всячески отравлять жизнь талантливым композиторам.

Здесь писателю изменяет его почти неизменная зоркость. Мысль движется по чужой, и главное, кривой колее.

Что я имею в виду? Да, Тихон Николаевич Хренников возглавлял Союз Композиторов в самые лихие сталинские годы. Но что характерно, за все годы его правления ни один композитор не был расстрелян.

Это немало.

Мне самому приходилось слышать рассуждения людей из музыкально мира на эту тему. И все они в один голос утверждали, что такой результат – следствие усилий Хренникова.

Книга вообще написана талантливо, образ вечно мучимого страхами, неуверенностью Шостаковича, создан в высшей степени выпуклым, живым. Что касается отношений с женщинами, у меня нет вопросов, автор здесь на высоте.

То же самое можно сказать и о том, каково было Дмитрию Дмитриевичу быть маменькиным сынком. Например, она воспротивилась переезду Дмитрия Дмитриевича из Ленинграда в Москву, хотя этого хотел и добивался такой человек как Тухачевский.

Что же касается отношений композитора с властью, сразу чувствуется «человек со стороны». Информированный, но все равно немного приблизительный.

Примерно то же самое можно сказать и об описании атмосферы 37-го года. Да, воронки, допросы, ожидания каждой ночью, что придут и заберут, все так, но все же чувствуется в этих описаниях «турист».

Вместе с тем книгу, конечно, стоит прочитать.