Выбранные места из украинской летописи

Игорь Николаевич Шумейко родился в 1957 году. Кибернетик по образованию, специалист в области внешней торговли, общественных связей.
С 80-х годов прошлого века пуб­ликовал стихи, рассказы, очерки в журналах «Дружба», «Юность», в «Литературной газете» и за рубежом. В 1994 году издан его роман «Вартимей очевидец» (радиопостановка в 1995 году на «Радио России»).
В новом тысячелетии — постоянный автор «Независимой», «Литературной», «Новой» газет, а также многих журналов.

«Краш-тест Украины» — это...

...название 1-й главы моей книги 2009 года. Собственно, я планировал так назвать ее всю, но с «ЭКСМО» не поспоришь, да и некогда было: хотел успеть с ней на избирательную кампанию декабря 2009-го — президента Украины выбирали в первых числах 2010 года... Хоть и с банальным титулом «десять мифов об Украине», но книга поспела, после харьковских выступлений несколько штук принесли на подпись. Обстановка в аудиториях Харьковского политехнического была идиллическая, помню лишь пару-другую «свидомых», стояли в дверях, потом присели на скамьи, вопросы задали почти корректные. Впрочем, главный из вопросов той агитационной борьбы и так витал в воздухе, пункт № 1 Ющенко: тот самый список претензий к СССР, России. «Голодомор», «эксплуатация Украины»... Сегодня, в 2014-м, эти «обиды» суммированы в майданном бестселлере Павла Штепы «Московство». Всех пунктов не перечислить, потому я начинал с одного глобального итога, неожиданного для многих. В 1990 году «Дойче Банк» (ФРГ глубже всех была включена в советскую экономику) провел комплексный анализ: что ждет союзные республики в случае распада СССР? Никакой пропаганды, ученые, банкиры писали своим, немецким бизнесменам: где будет перспективнее, где плачевнее. Результаты того анализа уровней промышленности, сельского хозяйства, образованности и однородности населения, многого прочего в прессе тогда едва мелькнули (газета «Виртшафтсвохе», Дюссельдорф) и напрочь заслонились громадами всех последующих событий. А жаль, рейтинг 1990 года был совершенно замечателен. Весь «забег» угадан, если следить снизу: Таджикистан, Киргизия... За одним исключением: на первом месте не РСФСР, а Украинская Советская Социалистическая Республика!

То есть можно бесконечно выбирать отдельные факты, колоть ими глаза соседу. Например, за Чернобыль и другие республики могут предъявить претензии Украине: «Ураномор!» Но вот интегральный итог совместно прожитых столетий. Главный рефрен антироссийской пропаганды это вроде закрывало, но оставалось много других тем, сказавшихся сегодня.

Как был избран Янукович? Помню за неделю до выборов общий вздох русскоязычных харьковчан: «Голосовать будем за Януковича, а за кого ж еще?»

Именно вздох. Но его соперника встречали... 5 декабря 2009 года в Харькове торжественно открывали стадион «Металлист», реконструированный к чемпионату Европы. Ющенко и Янукович сидели в разных vip-зонах. После исполнения гимна положено слово президента, и... пять минут беспрестанного свиста всего стадиона... И это при том, что глава обладминистрации, нынешний вождь Майдана Арсен Аваков — ставленник Ющенко, полумиллиардер, кстати, сам «мовы не разумевший». А заместитель главы — тут уж «ющенковец» в буквальном смысле, родный племянник, сын президентского брата Петра. Того, что проболтался, что их батько к кофе пристрастился в немецком лагере... Вот так, между свистом и вздохом, прошли выборы президента.

 

Кто возвел водораздел?

В те спокойные дни выступлений я и получил вопрос журналиста ведущей харьковской газеты «Время». Даже не вопрос, «подводку» к само собой разумеющемуся ответу: «Считаете русских и украинцев братскими народами?» — и вопрошавший корреспондент обернулся к аудитории. Скамьи харьковского политеха. Интеллигентные лица, говор, круг интересов абсолютно тот же, что в Москве, Питере... Провести между нами черту любого цвета, хоть самого розового, рука не поднималась, готовый штамп застрял в горле... Я ответил: «Не считаю. — И после тяжело нависшей паузы пояснил: — Считаю русских и украинцев одним народом». В контексте общего разговора ясно было: под «русскими украинцами» имелся в виду Восток, горящий сегодня.

Книга, которую я тогда представлял, как раз и раскрывала то, что «галицаи» — другой народ, выведенный, что примечательно, вокруг синтезированного языка.

И в статьях, разных ТВ-радиошоу я предлагал вдуматься, обратить внимание на почти забытое признание главного «самостийника» Михаила Грушевского в его «Истории Украины»: «Московские послы домогались, чтобы на Переяславскую раду созвано было все войско — дабы подданство Москвы было принято общим решением всего войска». Понимаете? Решения могут принять келейно, сговором нескольких лиц, давлением какой-либо партией или всенародно. Споры накануне Переяславской рады были по поводу, как сегодня говорят, «формата». Зная волю народа, опасаясь частных влияний некоторых вождей... московские послы с Бутурлиным и домогались созыва всего войска! А для чего б, по-вашему, еще? Для списания своих «представительских расходов» на большее число участников, как это теперь называют — «оупен эйр» в Переяславе?

Рада 1654 года соединила разорванные в XIII веке части русского народа, «шов» быстро зарастал. Мазепа как раз и пытался сделать то, чего опасались в Переяславе: навязать решение нескольких лиц народу. Украинские священники (Феофан Прокопович, Стефан Яворский, еще десятки имен) заняли ведущее положение в Русской Православной церкви. В правящей элите Безбородко, Разумовский... В итоге слово «малоросс», приложенное к кому-то, значило не больше чем «сибиряк», «волгарь» — дополнительное географическое уточнение к «русский». В правовом отношении — полная однородность малороссийских и центральных губерний. Крупное испытание от «Евросоюза начала XIX века», наполеоновское вторжение — идентичное поведение: сбор средств, ополчения.

Профессор Киевского университета Св. Владимира Т.Д. Флоринский («Лекции по славянскому языкознанию»): «Малорусский язык есть не более как одно из наречий русского языка... составляет одно целое с другими русскими наречиями... Факт целости и единства русских наречий в смысле принадлежности их к одной диалектической группе считается в современной науке истиной, не требующей доказательств. Жители Малороссии в этнографическом отношении представляют не самостоятельную славянскую особь (в противоположность, например, чехам, полякам, болгарам или сербохорватам), а лишь разновидность той обширной славянской особи, которая именуется русским народом».

Но начиная с 20-х годов XIX столетия запускается долгий процесс, я его называю вторичная украинизация. Духовное формирование, образование Украины было сдано полякам. Со вздохом признает Данилевский: «Восстание ничем другим не объясняется, как досадою поляков на неосуществление их планов к восстановлению древнего величия Польши, хотя бы то было под скипетром русских государей. Но эти планы были направлены не на Галицию и Познань, а на западную Россию, потому что тут только были развязаны руки польской интеллигенции — сколько угодно полячить и латынить. И только когда, по мнению польской интеллигенции, стало оказываться недостаточно потворства, или, лучше сказать, содействия русского правительства, ибо потворства все еще было довольно к ополячению западной России (курсив мой. — И.Ш.), тогда негодование поляков вспыхнуло и привело к восстанию 1830-го, а также и 1863 года» («Россия и Европа», 1871).

Но главным мотором «вторичной украинизации» стали галицийские полиция и интеллигенция. «Лоскутная империя» Австро-Венгрия, смертельно боясь отпадения этой области, доставшейся от польских разделов, превратила Галицию в уникальный полигон. Вековая селекция была дополнена настоящей «зачисткой» в Первую мировую: знаменитые концлагеря Терезин, Таллергоф, где «неогаличенных», носителей русского духа, австрийцы уничтожали даже с большей интенсивностью, чем их последователи во Вторую мировую.

 

В начале было слово...

Два грандиозных эксперимента известны в новой истории: воскрешение 2000 лет как официально «мертвого» языка иврита в Израиле. И... внедрение галицайской «мовы» на Украине. Примеры для интеллигенции поучительные, может, даже лестные, свидетельства силы, возможностей: нации создавались вокруг языка.

Хитрый конструктор Михаил Грушевский, глядящий на нас со страниц украинских учебников и 50-гривенной банкноты, вместе с Иваном Нечуй-Левицким упорно создавали в противовес русскому языку новый, украинский язык. Современный харьковский филолог Георгий Геращенко приводит простые, доказательные примеры. В начале XIX века украинское наречие было понятно русскому на 90%. Михаил Коцюбинский в статье «Иван Франко» приводит украинское стихотворение 1838 года на не прооперированном языке:

Пріятным чувствомъ упоенный,

Вхожу в отечественный градъ:

Се холмъ я вижу возвышенный,

Где церковь — матерь русских чадъ.

Днесь мѣсце горде, где предъ вѣки

Стоялъ монаховъ бѣдный домъ,

Котри, покинувъ человѣки,

Творца превозносили въ немъ.

Филологи-синтезаторы перебирали словарь, слова, близкие великорусскому наречию отбрасывались, взамен выдумывались или переписывались кириллицей польские. Итог работы, векового галицайского впрыскивания: «мова» стала понятна россиянину на 20–30%. И процесс искусственного удаления продолжается.

Цинично прикрывались Тарасом Шевченко, но его лексикон прооперировали столь же жестко. Вот Грушевский хвалит своего сторонника Я.Загоруя: «Он критиковал своих сограждан, признающих лишь “язык Шевченко” и отбрасывающих литературу на украинском языке из-за хотя одного незнакомого слова, с иронией заявляя: “Мова Шевченка — на меншім вони не помиряться. Треба полишити їх так. Нехай чекають, аж Шевченко встане и буде писати їм в газетах, перекладати популярні книжки, писати историчні чи критичні праці... Тим більше, що Шевченко не встане”». Радостная пляска на могиле формального «отца-основателя»: «Нехай чекають (ждут), а Шевченко не встане

 

Язык до Киева доведет, а «мова» — до Варшавы

Сегодняшняя работа. Вячеслав Панфилов (вполне кацапская фамилия) в статье «Украинская терминология должна иметь собственное лицо» (Киевский вестник, 1993) требует заменить все термины, похожие на русские.

Вместо привычных слов внедряют якобы исконно украинские: «спортовець», «полициянт», «агенцiя». Все взято из польского: sportowjec, policiant, agencia...

Музыкальное «группа» (по-украински «група») дерусификаторам тоже неприемлемо. И польское звучит слишком по-москальски: grupa. Взяли скотоводческий термин «гурт» (стадо). Правда, нынешний львовский ансамбль «Океан Эльзы» все десятки лет своих гастрольных чесов по России стеснялся указать на афишах, что они (на языке поддержанных ими националистов Майдана) гурт.

Термины, совпадающие с русскими: виток, гайка, генератор, катушка, коммутатор, реостат, статор, штепсель... заменили «истинно украинскими»: звiй, мутра, витворець, цiвка, перелучник, опiрниця, стояк, притичка...

Откуда? Откройте польский словарь: zwoj, mutra, wytwornica, cewka, przelucznick, opornik, stojan, wtyczka.

Да, «свидомый лингвист», лезущий в польский словарь и ксерящий оттуда целые страницы, смешон. «Спортовець» вместо «спортсмен» — убогое польское заимствование. Но... само русское «спортсмен» — не есть ли такое же заимствование? Конечно же это английское слово sportsmаn. Тут-то мы подходим к самой сути. Русский язык, как и другие, полон заимствований. Но смотрите, какая разница — два типа заимствования.

По приоритету создателя, по времени появления предмета. Англичане дали нам большинство спортивных игр. Что ж, назвались «спортсменами», побежали играть в «футбол»! Нет принуждения! Генератор, коммутатор, реостат, статор — не мы первые их сотворили, что ж, возьмем с благодарностью и Вещь и Имя. Включим их в Жизнь! Зато уж если мы первыми запустим спутник — его так же, с Именем возьмут и у нас!

По времени получения бюрократическими «языкотворцами» государственной и полицейской власти над носителями языка. Получили своего президента в Киеве — и посыпались: звiй, мутра, витворець, цiвка, перелучник, опiрниця, притичка...

В первом случае даже сами даты появления заимствований в языке — это даты свершений, даты развития, жизни, обновления. Не по вражде к русскому языку при царе Петре внедрились астролябии, бушприты... Даты этих заимствований — тут и солено-йодистый запах моря, и вкус Гангута, Чесмы, Синопа. Вехи роста, жизни. По дате заимствования того же генератора можно точно узнать дату прочтения на Руси первой книги без посредства свечи и лучины!

Но... по датам явления опiрници, притички мы только вычислим год, когда застарело-обиженные незалежники дождались-таки своего полициянта в Киеве, залезли в польский словарь и наксерували оттуда дюже много усяких словечек. То есть заимствования из чужих языков (культур, генофондов, религий) бывают на восходящей и нисходящей исторических линиях.

Дух народа, выбор, исторический оптимизм — или отсутствие такового. Духовно здоровый русский москвич или харьковчанин только усмехнется на парламентских или академических борцов за чистоту языка да и возьмет в руки циркуль или даже штангенциркуль или побежит на хоккей, теннис.

А если «взять выше»...

Частный, ракетно-авиационный случай. Только вдумайтесь: потомки Кожедуба, Грицевца, ракетного гения Глушко, Поповича, Антонова (принципиально не заглядывал в Интернет по его 5-му пункту, достаточно, что делал свои «Антеи» в Киеве), создателей самых страшных южмашевских (Днепропетровск) ракет должны переучиваться на... польский язык, язык абсолютно нетехнической нации. Абсурд! Все равно что британские морские уставы переводят на монгольский или тибетский язык. Картина видится такая.

К варшавскому «вченому пану» робко тянется какой-нибудь щирый Верстюк (дописавший за Грушницкого окончание «Истории Украины») или тот Вячеслав Панфилов:

— А извольте, ясновельможный пан, оглядеть свою телегу, на коей вы сейчас изволите сидеть, дай боже всяческого здравия вашему заду. Урозумейте все ее технычные тонкости, колесы, дышло там, рессоры или еще чи шо... и сообразно тому придумайте нам уподобну замену цыим москальским: «шасси», «элерон» и «камера сгорания»...

Хороший бизнес может образоваться у вченого пана (если опять не сдаст, как шинкарство или как сдавал когда-то православные церкви в аренду, и не пропьет)...

Книга «Сто сталинских соколов» — о самых выдающихся наших летчиках Второй мировой войны... Никогда ранее я не тасовал, тем более героев войны, «по 5-му пункту», но тут уж сама идея сопоставления захватила, и я пробежал, выхватывая только самые показательные фамилии. Кого-то наверняка пропустил, но уж по всем выбранным специально заглянул в «личные дела», удостоверился, что все они — украинцы, все асы, Герои Советского Союза. Итак, в сотне лучших летчиков: Горбачевский, Архипенко, Мотуз, Кожедуб, Катрич, Коломоец, Химич, Балюк, Назаренко, Глинка, Каравай, Ковачевич, Беда, Мыхлик, Чепелюк, Брандыс, Кирток, Недбайло, Мирович... Примерно половина, какая-то прямо «авиационная мания» русских украинцев.

А на другом журналистском вираже мне довелось познакомиться, долго беседовать, потом и опубликовать серию статей о наших космонавтах. Космонавт-4, Павел Романович Попович, по совпадению глава украинского землячества в Москве, рассказывал, как украинские песни, что он пел на орбите, получается — транслировались на весь мир. А в году эдак 2003, задолго, поверьте, до начала сбирания «украинского досье», я опубликовал в энциклопедии «Люди нашего тысячелетия» рассказ об Анатолии Павловиче Арцебарском, Герое Советского Союза, украинце из маленького поселка Просяное на Днепропетровщине, командира именно того космического экипажа, что взлетел в мае 1991 года из СССР... Англичанка из их экипажа, Хелен Шарман, вернулась скоро, еще в СССР, а они работали на станции «Мир» до глубокой осени, получая «веселые» вести и размышляя, в какую именно страну им придется приземляться. Сегодня он полковник российских ВВС (в отставке), отец пяти прекрасных детей, работает в Москве...

Нация открытая, растущая, собирающаяся жить, покорять и море, и небо — она возьмет и штурмана, и пилота, вставит их и в штатные расписания, и в песни. А зарывшиеся обиженными кротами будут перебирать-перещупывать: аэропорт... aeroport...лэтовыще. Им-то эти перелицовки не для дела, не для жизни! Им-то неважно, что незалэжный оператор, вставший к старой советской зенитно-ракетной системе, сшибет ей над Черным морем рейсовый авиалайнер или лэтовик, запутавшийся со звiйями, сорвавший мутру з цiвкой и перелучником, или опiрницю з притичкой... врежет свой («Мыг-29»? — нет, то был «Су-27») в толпу людей, собравшихся на лэтовищный праздник...

Но самое унизительное «творчество» синтезируемой нации — изыскания «корней украинства», жалкие попытки набиться в потомки к маленькому племени укеров, живших на берегу речки Укер, близ Эльбы.

Хотя «История Украины» Грушевского, «Библия» украинскости, свидетельствует: жители и правители Киевской Руси и далее украины (окраины) Польши называли себя — русскими. Украинцами их называют задним числом — в авторском тексте историков XIX–XX веков. Правда, нужно признать, слова «Украина», «украинцы» имели хождение как поэтические образы в думах и песнях. И в этом смысле Грушевский дает все же пояснение слову «Украина». Пройдя хронологически три четверти своей «Истории» (если строго считать от антов и прочих племен — до 1917 года), на странице 172 он приводит песню и сразу комментарий:

«Зажурилась Украiна, що нiде прожити... Поднепровье обратилось в пустыню. Но именно эти роскошные, дикие пустыни, этот край крещеного мира, потому и получивший специальное название Украины, привлекал к себе население своим диким привольем...»

Это и есть первое (и последнее!) пояснение происхождения слова «Украина» в их главной книге! Но согласитесь, это пояснение этнографа, собирателя фольклора, песен, к тому ж неизвестного, неуказанного периода происхождения. Как если б из комментария на «Камаринскую» вывели новую нацию. «Камаринский бойкий мужик»? — значит, национальность  «камаринец».

Может, это пояснение ученого: ...край крещеного мира?... («и на весь крещеный мир — приготовила б я пир»)... И можно ли вообще указать какой-нибудь документ со словом «Украина», подобно тому как в приведенных документах даже и гетманской эпохи стоит: «Россия», «российский» — кроме польских служебных бумаг, где говорится об их, польской украине.

Но вот часть 4 (страница 375), где от невинного чередования «русский»/«украинский» Грушевский переходит к тяжеловесному пояснению подписи на даре Мазепы. Классически ясный случай, Мазепа дарит в Иерусалим антиминс, серебряную доску с надписью от... «Мазепы, российского гетмана».

Грушевский комментирует: «“руського”, того, что теперь называется украинским, — смешение названий, не вредившее тогда, но давшее себя почувствовать в наше время...»

Вот так. Теперь он, термин, будет нам служить, но о происхождении — ни слова. Собственно, и во всей 700-страничной «Истории Украины». Правда, последняя глава — «Украина под игом тоталитаризма» — дописана доктором исторических наук Владиславом Верстюком.

Ну как оспорить этот факт: известная часть в прошлом (Киевской) Руси — первый раз была названа Украиной... поляками. Когда во время — недолгое, в общем, в сравнении с протяженностью всей истории страны — это была действительно часть (край, окраина, украина) государства Речи Посполитой. Позже эта часть Киевской Руси называлась Окраиной-Украиной Российской империи.

Украинный, окраинный — географическое понятие. В нем есть служебность, функциональность, но нет — оценки. Управляя страной или даже... футбольной командой, просто необходимо различить, словесно разграничить центр, окраину, север, юг, право, лево. Например, крайний защитник, крайний нападающий. Ну, попробуйте вообразить спор:

— Как успехи? Меня признали лучшим полузащитником «Спартака»!

— Да? А меня признали (у)крайним полузащитником «Динамо»!

До вхождения части (Киевской) Руси в Речь Посполиту термин «Украина» для нее имел бы смысла не больше, чем «выработка электроэнергии», «синхрофазотрон».

Только в XIX веке появилась группа людей, которые стали более акцентированно произносить слово «Украина». Потом появились люди, выкрикивающие это слово, потом и сопровождающие его произнесение стрельбой...

А пока варилось это галицайское филологическое зелье, Россия, СССР упорно наращивали «тело» Украины. Гигантская Слобожанщина, Харьковская, Донецкая, Луганская, часть Запорожской, Днепропетровской областей, Новороссия (Одесская, Херсонская...), Крым — сугубо российские приобретения, данные малороссам под расселение. И впрыск галицайщины в итоге осуществлен в государство, в 7–8 раз превосходящее богдан-хмельницкую Украину.

 

«Сравнительная антропология»

Но... языковый яд Грушевского, взращенная на нем интеллигенция не были бы всесильны без политических болезней, к которым и возвращаемся. Почему маленькая вотчина Степана Бандеры оседлала Украину?

В том и актуальность «слова», что в некий момент ряды букв обращаются — рядами бойцов. Если это не случайное словцо, словечко — над «словом», веет дух, движущий массы... и нельзя не признать, что ареал «галицайщины» со времен Бандеры расширился неимоверно, по Днепр и далее. «Мова» сильнее? Или ее носители?

О сравнении сил народных движений комментариев пока не было. Такая проникающая, как радиация, толерантность: «все народы равны — значит, и народные протесты тоже». Хотя все прекрасно видят, что потенциал бунта тысячи западенцев зимой 2014-го пересиливал протесты ста тысяч левобережных.

В феврале–марте мы одновременно с Александром Прохановым выступали в Западной Сибири. С разными книгами приехали, но вопросы шли только об Украине. Александр Андреевич со вздохом констатировал: «Западенцы на Майдане — бешеная энергия, готовы бежать, стрелять, драться, а проходящий съезд в Харькове напоминал собрание пенсионеров. Русский народ после 1991 года разобщен, болен».

Вспоминая ту мартовскую антитезу «брутальных» галицаев, орущих, бегущих за Ярошем, и смирных харьковчан, переводящих вопрошающие взгляды с Добкина на Кернеса, во-первых, отмечу, как искренне, почти автоматически Александр Проханов ответил о восточных украинцах: «Мы, русские...»

Во-вторых, все ж уточню. Даже не в гигантском расколе 1991-го дело. И «западенцы» не здоровее. Просто украинцы левобережья, как и все русские (чем особо и важен пример!), народ государственный, давно вставший в строй. Достоинства в строю порой противоположны, чем у «вольных»: дисциплина, ожидание приказов начальства и сопутствующий конформизм.

Миллион раз повторено: «Бремя империи истощило, придавило русский народ». Но... чем реально наполнена эта формулировка? Что, люди с «отдавленными» руками-ногами? «Истощенные», шатающиеся дистрофики? Нет же. Это «реактор империи» использует энергию расщепления общинных, семейных связей. Вылетевшие частицы легко мобилизуемы, перебрасываемы на стройки, целину, армии-флоты, «на помощь братским странам». И, отдавая всю свою энергию империи, они передоверяют ей то, что раньше было семейным, общинным делом, условно говоря: воспроизводство себя самих. Потому сегодня и спрашивают с правительства: где воспитанные (и в достаточном количестве!) дети? где достойная жизнь стариков? где безопасность? Видите, это уже в равной мере о Харькове и о Москве...

В больших войнах, правильных сражениях «государственные» выигрывали всегда, но в «индивидуальном (бандовом, общинном) зачете»... африканцы в Англии сильнее англичан, во Франции — французов. Тех французов, что несколькими тысячами легко покорили пол-Африки. Обидно? Но цыгане сильнее и всех их. Тысячи лет без помощи государства поддерживают свою безопасность, демографию, выхватывая порой самые доходные сферы деятельности. Непричастность к государственному строительству — сила «западенцев» в бунташный период. Ничего сложнее, чем «рядовой — сотник — вождь», не требуется.

Их удача, что они только декларировали построение своей «Бандерии», мечтали о ней — живя в русском государстве! Да попробуй они возвести выше второго этажа «здание государства» со всеми его правилами, сложностями, объемным (чтоб больше даже 150 слов!) законодательством, прокуратурой (вспомним Сашка Билого в стенах этой организации) — придавит не слабее других. Это не злорадство, наоборот, признание, что хоть и называют их за дикие поступки «бандерлоги» — они подвластны общим закономерностям.

Знакомый филолог Владимир Середин, киевлянин в 60–90-х годах прошлого столетия, фиксирует долгий процесс диффузии представителей галицайского меньшинства во все киевские структуры: жеки, главки, редакции газет, министерства. «Кумовство» — слово, хорошо понятное по обе стороны Днепра, но именно в случае меньшинства оно получает выраженный вектор. Как железные опилки в магнитном поле.

Я посвятил отдельную статью в «ЛГ» «Теореме меньшинств», доказывая ее действенность для религиозных, национальных, сексуальных групп. Понятно, какая именно из сфер «Теоремы» вызывает наибольший интерес, поток комментариев, но все ж не для стяжания титула «гомофоба» я старался доказать, что в современном обществе выигрыш меньшинств гарантирован соединением у них всех прав большинства (демократия!) и наличием дополнительных «прав меньшинств», лоббистских организаций.

Венчает этот процесс реализации «меньшинского ресурса» глава УССР Леонид Кравчук, родом с Волыни, «западенец» в квадрате, ненавидящий русских с детства. Осьмушка получила власть над семью восьмыми Украины. По мнению Джульетто Кьезы, именно Кравчук вырвал из пьяных рук Ельцина «беловежский развод».

И сейчас на восставших русских украинцев мы смотрим не только как на братьев, но и... как на самих себя в условиях «не дай бог никому». Прикидываем. И самый трагичный опыт — это опыт. И что наблюдается? При потере последних надежд на Киев, правительство, искомая «пассионарность» русских быстро растет. Ощутив себя «свободными атомами», меньшинством, мы ведем себя столь же энергично.

Ну и самое свежее, хотя и грустное подтверждение «русскости» той части украинцев, что была захвачена галицайской волной. 15-летняя девчонка, разливавшая в Одессе «коктейли Молотова», узнав о десятках жертв, покончила с собой (?). Точно не «бандерлог».

 

Зимние игры 2014 года

Тот вздох, с которым выбирали Януковича, обернулся стоном не сразу. Четыре года рейдерства, коррупции, «семейственности» родили протестную массу. Соцопросы на Майдане: 27% русскоязычны, 18% двуязычны. Явилась и целая колода лидеров, но, прежде чем раскладывать из них пасьянсы, нужно учесть важнейший факт. Майдан — пункт информационной войны. Главный стержень всех цветных революций (уже целый гербарий собрался, начиная с «Революции роз») — мировые СМИ. Назначенные ими в мирные демонстранты, народные массы могут спокойно использовать снайперов, «коктейли Молотова»... А у противников недопустимыми станут и водометы, и резиновые пули. Легитимность, так же как и степень вооруженности/мирности, распределяется. Назначается, у кого революция — у кого путч, законный президент — диктатор, народное правительство — режим. Именно мировые СМИ, а затем европосредники определили круг лиц, вдруг ставших равнозначными президенту страны, подписывающих с ним договоры (февраль 2014 года).

Степень серьезности этих «избранников»? Лучший пример дал Кличко, вызвавший на боксерский ринг президента Януковича. Кто кого нокаутирует, тот и в политике прав. Гениально! Будет-таки в/на Украине истинно легитимный президент... Пока какой-нибудь чемпион, а то и вовсе кандидат в мастера спорта по спортивной стрельбе не скажет: «Ну, Клич, становись в боксерскую стойку!» И щелк затвор: «Все равно ж тебя эта, Вика Нуланд, фак ее, в... правительство не брала...» Но, как давно заведено, после Олимпийских игр идут Паралимпийские... и тут появление Юлии Тимошенко... на коляске сгустило майдано-спортивные ассоциации до гротеска...

Недооцененный в потоке бурных новостей момент: националисты Яроша, оседлавшие Майдан, НЕ требовали освобождения Тимошенко. То было условие Рады, хотя и захваченной сугубо майданным методом. Из кипящей оппозиционной каши западом выхвачены Кличко, Яценюк, Тягнибок. Задание: вызволить Тимошенко, встать под ее начало. Потому первый шаг: главой Рады, врио президента сделать ее соратника Турчинова. Выполнено. Отдельная задача Тягнибоку: замкнуть на себя националистов. Не выполнено. (Выполнимо ли?)

Именно Тимошенко давно признанный Западом политик, поддержанный и в тюрьме, когда, надо признать, многим ее положение казалось безнадежным. Но... в числе пунктов достоинств, обеспечивших ей такой респект, — умение договариваться с Москвой, что она демонстрировала на всех постах, по всем пунктам. Эксперты просчитывают контуры новых договоренностей: контроль Киева над Востоком, «послабления» Крыму, и... Украина опять покупатель, транзитер российского газа. Ведь Россию она только в этом качестве и интересовала?

Сколько ни обличай «цинизм», но именно такой ход устроил бы майданных и российских политиков. Ведь все прошлые смены караула у «газо-транзитера» (Кравчук–Кучма–Ющенко–Янукович) проходили, а трубное статус-кво сохранялось. Принципиально новый козырь ожидался у России в 2015-м: пуск Южного потока. Но... последняя смена караула не обошлась без привлечения «западниками» (Кличко, Яценюк) «западенцев» (Тягнибок, Ярош) и, объективно говоря, «народных масс». Средние, в социальном, географическом отношении, украинцы, те самые тысячи киевлян, презиравших Януковича, те 27% русскоязычных, подсчитанных на Майдане.

А если смена власти на Украине впервые связана с народным движением, то и в России сейсмический толчок отзовется «народно». Как? Поможет он Путину или, наоборот, только сузит возможности дипломатического маневра?

Цинизм политики в том, что самое выгодное для России было выждать, дать ярошским майданерам показать себя. Кроме погромов, бандитства, естественно, не вышло бы ничего, убедились бы даже «европосредники».

Не говорите: «Это безнадежно». вспомните, как медленно, но все ж пробила информационную блокаду правда о том, «кто начал в Цхинвале».

Тогда и не «бандеровская» часть Майдана поверила бы — если уж паны из Евросоюза признают черное черным.

Но... дать ярошским майданерам проявить себя — значит пожертвовать тысячами людей.

Вот в чем главная сложность для российского руководства.

Комментарии 1 - 0 из 0