В зеркале фантастики

Алекс Громов — историк, радиоведущий, обозреватель Mail.ru, «Москвы-инфо», «Книжного обозрения», «Новостей литературы». Автор книг «Жуков: Взлеты, падения и неизвестные страницы жизни великого маршала», «Сталин и Берия», «Правда о штрафбатах и заградотрядах во Второй мировой».
Дипломант Всероссийской историко-литературной премии «Александр Невский».

Фантастика долгое время была любимым жанром интеллектуалов, иногда даже воспринимавшимся как своеобразный заповедник свободы, но в последнее время ее слава в этом плане изрядно померкла. Более того, теперь она часто воспринимается как один из ярко выраженных примеров попсового чтива.
 
 
Потухшие звезды
 
В чем одна из проблем фантастики? Пантеон отечественных мэтров жанра не часто обновляется. Одна из причин такого явления — при общем падении тиражей многие издательства не рискуют издавать «негромкие» имена. При этом на полках уже роятся не только целые серии и «паровозы»-завлекалочки с этими именами, но и в сборниках им всегда находится место. И читатель порой получает восьмой круг похождения т.н. мэтра по прежним местам боевой литературной славы. Но скудно орошенная читательским рублем такая «малая фантастическая земля» в будущем не даст всходов. Если пользоваться фантастической терминологией, то справедливо будет назвать таких персонажей «зомби-писателями». Да соотношение «количество–качество» или обилия серий-сериалов на потребу не рассчитано на любителей поразмышлять.
 
Глеб Гусаков, писатель и главный редактор издательства «Снежный Ком М»:
— Что потерялось в российской фантастике со времен советской? Профессионализм писателя: в Союзе, как ни странно, стояли жесткие барьеры на пути тех, кто не умеет облечь мысль в художественное слово. Для фантастики это теперь не критерий. Культура книгоиздания: отсутствие качественной (если вообще есть) редактуры, отвратительное качество издания книг. Отсутствие свежих идей и новых смыслов.
Почему хорошая интеллектуальная российская (русскоязычная) фан­тастика не пользуется спросом? Потому что интеллектуалы перестали считать фантастику интеллектуальной литературой, очевидно. Произошло это не сразу: сперва книготорговцы поняли, что наибольшая оборачиваемость «на полке» — у новинки. Это породило «гонку новинок», резкое увеличение количества авторов за счет непрофессионалов и даже графоманов, «выбивание» профессионалов, смещение аудитории в молодежную. Общий уровень образования, плавно падавший за эти годы, замещение создаваемой в сознании картинки (чтение) на готовую (компьютерные игры, примитивная киноиндустрия) потребовали снижения литературного уровня «новинок». Возник механизм с отрицательной обратной связью.
Хотя грань между фантастикой и современной прозой очень тонка, умные писатели не позиционируют себя как фантасты. Мало кто помнит, что Пелевин начинал как фантаст, но быстро ухватил, что до хорошего это не доведет. Фанттусовка до сих пор включает его книги в списки своих премий, отчего Виктору Олеговичу нехолодно и нежарко. Славникова, Рубанов, Иванов (тоже начинал как фантаст), Быков и многие иные могут и должны числиться как фантасты. Водораздел же проходит, как ни странно, по линии литературной тусовки. Если ты позиционируешь себя как фантаст, ездишь на «конвенты», о тебе пишут «профильные» критики — фантаст. Если печатаешься в «толстых» журналах, о тебе пишут в другом пуле критиков и номинируешься ты на «нефантастические» премии — современная русская проза.
В фантастике же тон задают так называемые «фэны» — ярые поклонники жанра, это почти секта, которая творит своих кумиров и зачастую не по литературным критериям, но потому что «человек хороший», а потом... роняет с пьедестала. Вот и не возникает ярких новых имен уже лет десять...
 
 
 
Инфантильность и сериальность
 
Изрядно раскрученное «русское фэнтези», по сути, представляет собой переосмысленный на современный лад старый народный русский фолк, где типичные для сказок персонажи существуют в новой реальности и с новыми задачами. Собственно даже задачи их остаются сказочно скромными, даже если заявлено некое спасение мира. Просто большие задачи они не потянут, даже в космосе... Это как уровень «взрослого детства», через который им не перепрыгнуть. А если и перепрыгнут, то им никто не поверит. А ведь настоящая фантастика должна быть построена так, чтобы в нее было легко поверить. И хотелось верить!.. Она стремится к правдоподобию. Включает в себя технические и прочие описания. Учитывает серьезные факты, опирается на открытия и теории, и многое другое. Она почти не имеет общего с мифологией или сказкой, а больше похожа на научный прогноз погоды.
Причем если книги, когда-то ставшие родоначальниками жанра фэнтези или литературной сказки, строились на глубоких познаниях авторов в области истории, лингвистики, мифологии, то современные сочинители не обременяют себя какой-либо интеллектуальной базой. У мало-мальски понимающего читателя вызывают изумление попадающиеся в тексте, претендующем на правдоподобное, а не поэтически-гиперболическое описание мира, фразы о том, как некто «скакал три дня без остановки»... Хоть бы лошадь пожалел или подумал, сколько она может реально проскакать и в каком темпе!.. Конный переход на большие расстояния — это рысь или шаг, а вовсе не сумасшедшая скачка по полям и лесам в любое время суток. Детали, скажете вы? Но именно внимание к деталям является отличительной чертой настоящей литературы. И достойной фантастики в том числе.
Какой же она должна быть? Думаю, точно не эротика с инопланетянами или триллер, и не скучная псевдонаучная психология. Раньше фантастика могла прогнозировать будущее. Например, открытия — полет на Луну, микрочастицы, технологии... Или взять моделирование нового общества — светлое будущее, человечество, решившее многие проблемы прошлого (то есть нашего настоящего) и решающее проблемы своего времени. Тут мы идем дальше и, изобретя паровой двигатель или монгольфьер, уже летим на нем открывать новые материки и предполагать, что из этого выйдет потом, какие варианты развития и к чему могут привести (пример «Эффект бабочки», «Были они смуглые и золотоглазые»). Настоящая фантастика позволяет размышлять, какими мы будем и даже какие мы есть.
А что мы видим сейчас в фантастике? Мы видим банальный перенос земной истории в неземную. Например — пираты, принцессы всякие с принцами, извращенцы и бандиты-наемники в свободном космосе. И еще хуже — всякий допинг, психо­средства контроля или «таблетки для счастья». Это всего лишь отражение нашего настоящего, помноженное на десять, но ничего нового. А фантастика — это новое, нечто. Не вчерашнее разогретое блюдо, а взгляд дальше собственного носа. Например, новые отношения между людьми, новые культурные ценности, новая психология и, наконец, новый мир. Иначе получается, что люди мечтают построить новый мир на новой планете, прилетают туда и снова строят ту же самую тюрьму и убогую столовую, от которой пытались убежать в своем старом мире. А фантастический антураж лишь маскирует внешне банальный боевик или любовный роман.
 
Дмитрий Громов и Олег Ладыженский (писатели-фантасты, работают под псевдонимом Г.Л. Олди):
— В фантастике (интеллектуальной или не слишком) фантастическое допущение является сюжетообразующим. Убери его, и все повествование рассыплется. В прозе с элементами фантастики это самое допущение можно убрать или заменить на реалистическое объяснение без особых потерь для текста в целом.
Для современной интеллектуальной фантастики характерна работа на стыке жанров и направлений. Ее очень трудно классифицировать, пользуясь общепринятыми характеристиками. Что же до тем, то они весьма разно­образны: от твердой научной фантастики до аналогов исторического романа.
Вот уже много лет наши издательства работают «в короткие деньги». Тираж надо распродать в кратчайшие сроки, не вкладываясь в рекламу, экономя на переводчиках, редакторах, иллюстраторах... Отсюда требования к большинству издаваемых книг: ориентация в первую очередь на подростковую аудиторию, упрощение, боевики, упор на «экшн», примитивные конст­рукции сюжета, минимум художест­венности, максимум приключений... Вплоть до знаменитых рекомендаций писателям: «Подругу героя можно убить, но нельзя насиловать!» Вал макулатуры захлестнул фантастику. Читатель, желающий других книг, попросту ушел из фантастического сегмента — ему вполне хватает фантастического элемента в книгах Рубиной, Крусанова, Пелевина, Елизарова...
Разумеется, исключения есть. И отечественные, и переводные. Но умная и качественно написанная фантастика — хоть отечественных, хоть зарубежных авторов — издается мизерными тиражами и практически не рекламируется. Авторы, пишущие интеллектуальную фантастику, есть, есть и потенциальный читатель для написанного. Вопрос в том, как донести такие книги до читателя, который их ждет? Это вопрос к издателям и маркетологам. Для его решения понадобятся нестандартные подходы и определенные финансовые затраты. Увы, вряд ли кто-то из наших издателей пойдет на рискованные эксперименты и дополнительные вложения в ситуации сегодняшнего книжного рынка. Поэтому пока не изменится экономическая ситуация, каких-то подвижек тут ждать не приходится.
 
 
Тексты без будущего?
 
Почему в современной российской фантастике больше описаний всевозможных боевых звездолетов, военных орбитальных станций, чем быта обычных людей Будущего, что традиционно изображали советские фантасты? Конечно, раньше верили, что будущее придет скоро, и оно будет мирным, светлым коммунизмом, без наций, границ и войн... Раньше постапокалиптических фантастиче­ских романов было не так много, как сейчас всевозможных сиквелов «Мет­ро». И в наше время они стали более востребованы и понятны. Сейчас антиутопии выглядят реальнее и научнее, чем маловероятное неправдоподобное Будущее, где все равны, здоровы и богаты (и даже умны). По этой причине, вероятно, современные авторы хотят уделять внимание актуальным вещам — вооружению и «двигателю прогресса» — войнам, а попробуй они лет 50 назад высказать это... Их бы высмеяли или посадили (если не расстреляли бы). Высмеяли бы за предположение, что и в 2015 году люди останутся такими же озабоченными разборками между собой, ничего не решат и не изменят в самом главном — в себе. По сути, останутся теми же дикарями, только с танками и реактивными ракетами. Стоит ли удивляться, что фантастика так и норовит выродиться в остросюжетное, но пустое развлекательное чтиво?
 
Игорь Минаков, писатель, редактор издательства «Эксмо»:
— Ситуацию в современной отечественной фантастической литературе я бы назвал парадоксальной. Казалось бы, никогда фантастики в нашей жизни не было так много, как сейчас. Фантастика буквально нас окружает. Фильмы, компьютерные игры, комиксы и т.д. Даже в рекламе очень часто используются элементы фантастики. Да и собственно фантастическая литература производится в колоссальных количествах. Книжные полки магазинов и сетевые ресурсы Интернета заполонены фантастическими текстами. Но, увы, именно текстами, а не книгами. В них можно найти что угодно: космических пиратов и темных магов, инопланетян и эльфов, попаданцев в другие миры и времена и сексапильных принцесс.
Не хватает одного — мысли! Идей, которые бы изменили мир, как это произошло с идеями классиков фантастической литературы. Вы только вдумайтесь, за последние 20–25 лет в нашей, отечественной фантастике не появилось ни одного имени, сравнимого с именами братьев Стругацких, Кира Булычева, Владислава Крапивина! Разумеется, есть известные писатели, чье творчество нельзя обойти вниманием. Но это либо авторы, известные лишь узкому кругу ценителей, либо — поставщики крепких коммерческих текстов, но не более того.
Перепроизводство фантастических текстов неизбежно снижает планку литературно-художественно­го уровня. И на сегодняшний момент мы докатились до того, что, по образному выражению известного фантаста и популяризатора космонавтики Антона Первушина, планку эту опускать некуда, она уже давно лежит на полу. Отсюда и неизбежное падение читательского интереса к этому виду литературы. Издатели и авторы теряют прежде всего вдумчивого читателя, а не потребителя массового чтива. А ведь читатель, искренне преданный фантастике, гораздо более надежный покупатель книжной продукции этого рода, нежели обычный потребитель, которому все равно что читать. Хотя бы потому, что такого рода потребитель все чаще предпочитает чтению иные виды досуга.
 
 
Наше будущее — Прошлое
 
Среди самых популярных отечественных вариантов описания будущего — это возродившиеся Российская либо советская империя. Обе они, как правило, активно осваивают космос и по необходимости воюют за него. В первую очередь это касается советской, которая у большинства авторов органично (и не очень) является продолжением неразвалившегося СССР и поэтому призвана наглядно демонстрировать свои военные и социально-экономические успехи, героизм людей и дружбу между ними и другими положительными звездными расами. Все было бы хорошо (или дивно!), но большинство таких произведений сляпано в жанре примитивного (с литературной точки зрения) фантбоевика. Будущее и его варианты — тем более патриотичные — заслуживают большего.
 
Сергей Чекмаев («Сергей Чекмаев. Литературные проекты»):
— Безусловно, патриотическое воспитание необходимо для сильного суверенного государства. Но стоит ли повторять прежние ошибки и отдавать его на откуп одного лишь официоза? Патриотизм может быть веселым и даже хулиганским, как сборник боевой фантастики «Русские против инопланетян», а может — серьезным историческим исследованием, как недавняя антология «Империум», посвященная монархическому пути развития России. Патриотическая литература не обязана зацикливаться только на военных победах, ведь кроме них в истории нашего Отечества были и великие географические открытия, невероятные научные прорывы, промышленные достижения и спортивные успехи. Да и вообще, зачем вновь и вновь рассматривать прошлое, ведь литература в целом, а фантастика как прогностический жанр — в особенности, может предупреждать о грядущих проблемах и новых вызовах для общества. Например, сборник «Семьи.net», в котором авторы предостерегают читателя картинами будущего мира, где человечество отказалось от традиционной семьи.
 
 
Принцессы и попаданцы
 
Принцессы не выходят замуж за иванов-дураков — это сказки, и довольно наивные. А про попаданцев вообще написать нечего, потому что жизнь такого странника во времени будет очень короткой. До первой встречи с рыцарем или хищником, или обеда в средневековой таверне (в смысле встречи с бактериями и паразитами)... А знание технологий тоже смешно — много ли наш современник знает о технологиях? Что он может сам построить и сделать? Какие знания он может там применить без специальной подготовки, без специального снаряжения? Простой пример: викинги задолго до открытия Америки Колумбом высадились там. Они даже селения построили и огороды посадили. Но с местным населением повздорили и не выжили. Хотя и сами не были изнеженными жителями Будущего, вдруг провалившимися в темные века...
Так что же, фантастика, подобно попаданцам, обречена не выдержать встречи с миром, где в реальности хватает и рыночных хищников, и фантастических еще недавно технологий? Но ведь, скажем, на портале LiveLib, крупнейшей книжной социальной сети Рунета, появился первый жанровый раздел, и это именно «Фантастика». Здесь отображаются лента тематических событий портала, недавно добавленные цитаты из фантастических произведений, рецензии на соответствующие книги, подборки... Другими словами, не все еще потеряно?
 
Портал «Лаборатория фантастики» (fantlab.ru):
— Кир Булычёв когда-то сравнил историю русской фантастики со сказкой о Золушке. Бал 90-х и начала «нулевых» прошел. Стотысячные тиражи фантастики стали такой же редкостью, как тыква в Европе до Колумба. Могучие жеребцы, когда-то галопом проносившиеся по книжным полкам магазинов, исчезли из виду. Кто-то покинул гетто: гремевший в 90-е благодаря смелой социальной фантастике Вячеслав Рыбаков ныне занят историческими изысканиями в области китайского права; один из основателей турбореализма Андрей Лазарчук занимается в основном новеллизациями и проектной подёнщиной для серий «S.T.A.L.K.E.R.», «Обитаемый остров»; киевляне Мария и Сергей Дяченко, собравшие когда-то весь урожай фантастических наград и премий, перебрались в США на голливудские хлеба. Кто-то, к великому сожалению, почил в бозе: в 2012 году ушел Борис Стругацкий, а в 2014-м русская литература потеряла мастера юмористической фантастики Михаила Успенского.
По-прежнему в строю едкий и всегда злободневный Евгений Лукин, «внезапный патриарх» отечественной фантастики Святослав Логинов, дуэт Дмитрия Громова и Олега Лады­женского, пишущих под псевдонимом Генри Лайон Олди. Несколько самобытных авторов, среди которых Сергей Жарковский, Мария Галина, Владимир Аренев, Елена Хаецкая, начавшие еще в 90-е и в силу разных причин оставшиеся в стороне от магистрального течения русскоязычной фантастики, продолжают с разной пе­риодичностью радовать поклонников новыми книгами. И конечно же нельзя забыть, что в нулевые благодаря семинару Бориса Стругацкого, онлайн-конкурсам вроде знаменитой «Рваной грелки», мастер-классам известных фантастов успела вырасти и закалиться молодая плеяда авторов: Владимир Данихнов, Шимун Врочек, Юлия Зонис, Дмитрий Колодан, Иван Наумов, Карина Шаинян, К.А. Терина. Может быть, именно они дождутся принца со второй туфелькой. Но какой она будет? Новый этап научно-технической революции, который заставит попробовать примериться к тому, что находится за гранью известного? Переживание русскоязычным пространством социального опы­та, который можно будет выразить только через хрустальную приз­му фантастической литературы? Пока на этот вопрос мы не можем ответить. Но рано или поздно Будущее окажется у нас на пороге, и было бы хорошо сохранить парную туфельку.
Что касается «Лаборатории фантастики» — этот проект впервые появился в Интернете в 2005 году. Исконная идеология, с которой Алексей Львов, основатель и глава проекта, приступал к его реализации, за эти годы претерпела многослойный морфинг, позволив проекту из простой библиографической базы с элементами рейтинга и персональных рекомендаций вырасти стараниями полчища добровольцев во всеобъемлющий многофункциональный портал. Он неустанно, день за днем доказывает всем нам, что фантастика куда больше, разнообразнее и интереснее, чем мы могли себе представить. Скепсис и общее разочарование только что закрывшего бестолковую книжку читателя лечится одним посещением, без всякого зелья и магических заклинаний.
 
 
А нужна ли фантастика?
 
Нужна, и не только как зеркало настроений общества. Хотя это тоже важный аспект, недаром герои Брэдбери в романе «451 градус по Фаренгейту» говорят о необходимости «построить фабрику зеркал», чтобы люди могли наконец-то разглядеть себя.
В русской фантастике оптимизмом называют методы решения проб­лем: волшебной палочкой, примерным поведением или с помощью инопланетных сил, внезапным поумнением главного героя и проч. Справедливость и дорога в светлое будущее расчищается обычной дубиной, неимо­верно высокими знаниями попаданцев или просто «закидыванием шапками»... В то время как в западной (старой фантастике известных мастеров) это присутствует не в таких масштабах и в основном только в детской фантастике.
А «душевные русские персонажи» — это простые и понятные народу героические парни и леди. Обычно «идут не знамо куда» и «добывают» то, что никому не нужно. Но зато в процессе добывания обретают некое понимание смысла бытия или своего мира. Русская фантастика сейчас выглядит более интровертно для иностранного читателя, в ней усиленно отражаются сегодняшние дни, политика, экология и проч. Где мрачноватые серые будни преувеличенных проблем (обязательных в будущем из-за неправильного поведения человечества сейчас) разбавлены юмором.
В ней особое место занимает тема ответственности за любой шаг или изобретение. Есть стремление более четко выразить мысли о вариантах межвидовых отношений, как этической нормы поведения, — между людьми и мыслящими машинами или инопланетными персонажами... Но на самом деле так писали старые мастера русской фантастики, а еще лучше и раньше об этих областях близкого Будущего писали западные авторы. В последнее время по их книгам было сделано немало заслуживающих внимания фильмов. Например: «Тысячелетний человек», «Контакт», «Район № 9», «Люди в черном» и пр. Все они с юмором, иронией или очень серьезно затрагивают темы нашего близкого будущего, признаки которого мы переживаем уже сейчас. И уже сейчас формируются отношения и этические нормы, с которыми будет жить новое поколение.
Фантастика также влияет на общество, создает свое особое мировоззрение, с ранних времен ее незаметное существование воздействует на философию, историю, литературу, науку. Недаром в Китае в государственных учебных заведениях не так давно ввели чтение фантастики как отдельную дисциплину — для стимуляции новых идей и повышения интереса к космическим программам.
Фантастика — это поиск и эксперимент. А если кому-то сложно читать настоящую фантастику, то виноват не автор. Надо развивать интеллект читателя. Иначе в недалеком будущем фантастикой будут называть любые книжки с буквами.






Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0