Блеки и волшебные истории

Сергей (Серго) Евгеньевич Акчурин родился в 1952 году в Москве. Поменял много школ, учился в интернате, служил в армии солдатом в войсках ПВО в пустыне Казахстана. Окончил Высшие литературные курсы при Литературном институте имени А.М. Горь­кого.
Первые рассказы опубликовал в 26 лет в журнале «Литературная учеба» с предисловием Юрия Трифонова. Литературе учился самостоятельно, жил на литературные заработки.
Написал сценарии для двух фильмов, которые вышли в 80-х годах прошлого века: «Все могло быть иначе» и «Диссидент».
Автор книг «Воздушный человек» (1989), «Повести» (2000), «Ма-Джонг» (2014). Печатался в журналах, коллективных сборниках и газетах, писал рецензии, работал составителем альманаха «Подвиг».

Жизнь и приключения французского бульдога

Предисловие

Эти истории переведены на анг­лийский язык, и каждая издана отдельной красочной книгой в канадском издательстве «Trafford». Оформ­ляли книги три разные замечательные рус­ские художницы. История «Блеки и ледник» в 2013 году получила первую премию на всеканадском конкурсе сказок. Ни одно российское издательство не заинтересовалось этими сказками, сколько автор ни отсылал рукопись.

Блеки и волшебный камень

В далеких лесах сказочной Карелии жил маленький, черный французский бульдог по кличке Блеки — собака редкая для северной местности.

Хозяевам подарил щенка их друг-француз, когда они ездили в гости отдыхать в Париж. Что ж, от подарков не отказываются, тем более дети были в восторге. Они и дали собаке имя. Блеки означает Черныш. Но на последнее щенок реагировать отказался, а вот Блеки ему понравилось. Так и оставили.

Блеки со щенячьего возраста привык к суровой карельской природе и вполне подружился с местными собаками — в основном лайками. С ними-то он и бегал по лесам, обучаясь их врожденному инстинкту выживать в дикой природе. Единственное огорчение — хозяева строго-настрого запретили ему плавать, потому что из-за большого веса, но коротких лап он мог не рассчитать сил и утонуть. И когда его друзья-лайки с удовольствием бултыхались и бесились в воде, он грустно стоял на берегу, разглядывая мелких рыбешек, мелькающих у кромки воды.

На третий год жизни в Карелии возмужавший Блеки выбрал себе очень странного друга, с которым постепенно стал проводить все свободное время. Это был камень, лежавший недалеко от дома вместе с другими камнями, украшавшими зеленый газон. Обыкновенный округлый камень размером чуть меньше самого Блеки.

Каждое утро собака радостно выбегала на улицу и — сразу к Камню, здороваться. Лизнув несколько раз камень, Блеки затем лаял на него, разговаривая с ним таким образом, а потом носом и лапами старался выкатить его из общей кучи. Постепенно это удалось, и он откатывал камень все дальше и дальше от дома, к лесу...

Сначала это заметили дети и очень удивились. Мальчик по имени Петя во всем любил порядок и поэтому вернул камень на прежнее место на газоне. Но его сестра Катя, наоборот, склонная к беспорядку и к тому же упрямая, как и сам Блеки, сделала по-своему. Она отнесла камень вообще к деревьям, с которых начинался лес. Словом, дети чуть не перессорились. Но родители рассудили следующим образом.

— Камни совсем не такие простые вещи, как нам кажется на первый взгляд... они живут значительно дольше всего остального и помнят и могут рассказать многое... Только вот человек не умеет с ними общаться, а собаке, может, и удалось, — сказал отец.

— Тем более что французские бульдоги очень и очень умные, — добавила мама.

— Гав! — согласился Блеки, присутствовавший при разговоре, и понесся к своему другу.

Друзья-лайки неоднократно прибегали, когда Блеки делал свою работу — толкал и толкал камень, — и недоумевали: дался тебе этот бездушный серый кусок... чего интересного!.. Побежали с нами, погоняем в лесу белок и птиц, понюхаем и почитаем разные письма лесных обитателей! Но Блеки продолжал трудиться и, казалось, совсем потерял интерес к своим друзьям.

Теперь, когда кто-то приходил в гости и спрашивал, где же ваша замечательная собака, все отвечали: Блеки на работе!

Носом и лапами, хрипя и хрюкая, даже рыча, Блеки постепенно к концу лета затолкал Камень в самую чащу леса, наверное за полкилометра от дома. Больше толкать ему не хотелось, и он, лизнув камень, прилег отдохнуть и ненадолго уснул. Тут на него и наткнулись хозяева, искавшие в этот день в лесу ягоды. Блеки поднялся, зевнул и пошел домой так, как будто его дело было сделано.

Тут надо обязательно заметить, что лето было очень засушливым, и ягоды не успевали созревать, сразу сморщивались. Где-нибудь в тени едва можно было найти горстку сочной черники или брусники.

— Смотри-ка, сколько вокруг брусники и голубики! В такое-то лето! — заметил хозяин, и они с женой набрали, не отходя далеко от камня, целое ведерко.

Потом присели передохнуть на поваленный ствол дерева. Но не прошло и полчаса, как жена воскликнула:

— Смотри-ка! Мы еще не все собрали вокруг!

И они набрали снова полное ведерко, за которым пришлось сбегать домой. Это повторилось и еще раз.

Дети в это время играли в порядок и беспорядок: Катя разбрасывала игрушки по всей комнате, а Петя собирал их, стараясь навести порядок как в магазине.

Но тут мама, вернувшаяся с большим ведром, крикнула:

— А камень-то волшебный! Из него ягоды растут!

— Дети переглянулись, бросили свое бесполезное занятие и побежали в лес.

Так и пошло каждый день: ягоды вокруг камня появлялись и появлялись, сколько их ни собирай.

В сельской местности трудно что-нибудь утаить. Вскоре стало известно и насчет волшебного камня, вокруг которого росли и росли ягоды. Другие люди тоже потянулись к этому камню — лес-то общий. Причем каждый втайне откалывал маленький кусочек, чтобы положить возле своего дома — может, и здесь появится волшебное место.

Но вокруг кусочков ничего не появлялось, а от основного камня вскоре не осталось и следа — все разнесли, и ягоды совсем исчезли.

Наверное, если существует бог камня, то он возмутился.

Миновала холодная зима, прошло лето, и наступила следующая осень. Все лето Блеки бегал на то место, где прежде лежал его друг, но ничего не находил. Он не понимал, куда делся его Камень. Он вопросительно смотрел на взрослых и детей — но что они могли посоветовать?

Как известно, если у тебя есть верные друзья — можешь надеяться на их помощь. Однажды несколько лаек сбежались к тому месту в лесу, где раньше лежал камень. Одна из собак пролаяла: «Я знаю, почему наш друг не выходит из дома, как будто он заболел. Надо ему помочь!» И лайки разбежались по округе в поисках кусочков камня.

Вскоре все кусочки были найдены и принесены на место. Мало того: кто знает усердный характер лаек, тот поймет, что кусочков набралась огромная куча. Многим хозяевам даже пришлось посадить собак на привязь, чтобы они не растаскивали гравий с дорог.

И вот в одну ночь лесной Волшебник — может, это и был бог камня — соединил и склеил все принесенное в один огромный валун.

Спустя несколько дней картина была такая: на вершине валуна сидел Блеки, довольно зевая и щурясь на осеннем солнышке, а вокруг земля была усыпана красными и синими ягодами. Хозяева в это время снова отдыхали в Париже, но к их приезду все было готово.

Блеки и Полевой Ветер

Что за лето!

В это лето постоянный Полевой Ветер как будто упрямо старался проникнуть в дом, который охранял маленький французский бульдог Блеки.

Дом стоял на границе леса и поля, и веселый Ветер со свистом врывался в любую щель, особенно в окна и двери, стоило их приоткрыть. Он поднимал и раскидывал занавески, подхватывал всякую чепуху и уносил на улицу: листки бумаги с детскими рисунками, красивые птичьи перья, фантики от конфет.

Но иногда, заигравшись, Полевой Ветер опрокидывал вазу с сухими цветами, стоявшую на подоконнике, и похищал из дома что-то потяжелее. И тогда Блеки облаивал невидимого воришку и мчался к своим друзьям — местным лайкам, которые, обладая хорошим нюхом, помогали ему находить пропажи.

Между тем никто в доме не понимал, в чем дело, куда исчезают вещи и почему их возвращает собака.

Однажды хозяин, поправив очки, строго обратился к детям.

— Катя и Петя! — сказал он. — Сегодня Блеки принес с улицы мамин желтый козырек от солнца и мой черный фломастер, который всегда лежал на столе и которым я подчеркиваю очень важные вещи... Не вы ли это балуетесь: берете без спроса и бросаете где попало?

Катя и Петя пожали плечами — ведь они были совершенно не виноваты.

Блеки хрипло пролаял — в защиту детей, которых бесконечно любил. Но, к сожалению, язык его был непонятен, и отец сделал совершенно другой вывод.

— Вот видите, дети, — сказал отец, — и Блеки со мной согласен! Блеки сердится! Не доставляйте ему больше хлопот с поисками!

Дети обиделись и ушли в свою комнату. А Блеки фыркнул, подумал и понесся на улицу: он решил поймать Ветер и наказать воришку.

Надо заметить, что собаки обладают многими удивительными способностями, в том числе видеть невидимое для людей, и это известно всем. Так что если смотреть глазами Блеки — Полевой Ветер выдавали соломенная, диковинной формы шляпа и коричневые, истоптанные, с болтающимися шнурками ботинки, которые мелькали то тут, то там.

За этими-то ботинками и начал охотиться Блеки, подкарауливая и бросаясь на них из-за угла дома. Но как только появлялась опасность, ботинки сразу же уносились вдаль, а следом улетала пшеничного цвета шляпа; правда, шляпа поднималась высоко в небо, как воздушный змей. Но Блеки неумолимо, хотя и несколько неуклюже преследовал все это и забегал далеко в поле.

Там, в поле, и Полевой Ветер в свою очередь не давал Блеки спуску: вдруг менял направление, и на собаку налетал вихрь каких-то соринок, соломы и цветочной пыльцы, которые заставляли чихать. Таким образом Полевой Ветер надолго останавливал Блеки, поскольку чихающая собака ни на что не способна.

Все это наблюдали соседские лайки.

— Гав-гав-гав! — недоумевали они. — Какой смысл гоняться за вет­ром?!

— Гав! — парировал Блеки. — Вы же бегаете за своими хвостами!

— Тебе никогда не догнать Ветер!

И Блеки все больше сердился.

Известное дело, что может случиться, если разозлить собаку этой породы, даже играя с ней по-доброму, от души... К тому же все бульдоги чрезвычайно упрямые.

Так что теперь по утрам Блеки потягивался, как перед боем, рычал и отбрасывал землю задними лапами, а уже потом бежал за коричневыми ботинками; попутно он набрасывался на разные встречающиеся предметы и трепал их безжалостно, воображая себя, наверное, огромным мастифом.

Но это тоже не помогало — ведь как можно поймать ветер?

Так что домой возвращался все тот же маленький французский бульдог с высунутым набок языком и потухшим взглядом. В эти моменты Блеки даже отказывался от лакомства и только жадно пил воду. Всем было жаль его, но дети и взрослые совершенно не понимали, что происходит с собакой.

И тогда на помощь Блеки снова пришли его друзья-лайки.

Окружив своего маленького друга, они посоветовались и, мерцая зелеными и голубыми глазами, пролаяли следующее:

— Гав-гав-гав! Блеки! Тебе следует избрать другую, более хитрую тактику. Ты знаешь, как ведет себя загнанная лиса? Гав! Она вдруг падает, как будто замертво, и даже мы, понюхав ее, не можем определить, жива она или нет... Так что притворись мертвой лисой в том месте, где будешь поджидать своего обидчика, и он обязательно подойдет... Если ты почувствуешь, что это недоброе существо, то цапни его как следует! Рр-гав! И посильнее! А если доброе, то оно приблизится, чтобы пожалеть тебя, и вы помиритесь.

Так Блеки и поступил.

И когда разгулявшийся Полевой Ветер прохаживался вдоль леса, покачивая верхушки деревьев и трепля мелкий кустарник, на тропинке возле старого пня он вдруг увидел... но, увидел Ветер лису или самого Блеки, который думал, что он лиса, — неизвестно.

Во всяком случае, Ветер подлетел совсем близко и легким дуновением погладил шерстку собаки, как будто жалея ее.

И все же бульдог, не в силах сдержать упрямство своей породы, вцепился в ботинок...

Ветер взвыл и моментально исчез, а в зубах у Блеки остался... конечно, ботинок!

— Странную вещь принес откуда-то Блеки, — удивилась хозяйка дома, оторвавшись от поливки летних цветов.

— Да, — согласился хозяин, — вроде ботинок, но слишком длинный и узкий! Как будто турецкий...

— Наверное, он упал с неба! — пошутила Катя.

А маленький Петя добавил:

— Его потерял волшебник!

Родители улыбнулись, не имея ничего против такой версии происхож­дения ботинка.

Тут подбежали две лайки понюхать ботинок. Одна из них дернула за шнурок, в зубах у нее оказался обрывок. С этим обрывком, подбрасывая его и снова хватая, лайки понеслись прочь.

Следующий день был абсолютно безветренным, серые высокие облака, казалось, надолго закрыли небо. Накрапывал мелкий дождик, и стало настолько скучно, что даже лайки перестали гоняться за своими хвостами.

От нечего делать Блеки отправился в лес и долго бродил там, что-то вынюхивая. Под конец он вывалялся в маленьком болотце, потом в перьях какой-то лесной птицы и паутине. В таком виде он вернулся домой, и конечно же получил большой нагоняй. Его затащили в душ и целый час отмывали цветочным шампунем.

Выпустили Блеки из дома только наутро, и он сразу же отыскал ботинок. Тут пробегавшая мимо лайка бросила на ходу:

— Гав! Блеки! Где же твой друг Полевой Ветер? Всем уже надоела такая погода!

Блеки задумался, фыркнул. И понесся с ботинком к старому пню...

Он положил свой трофей возле пня, а сам отошел к кустам и прилег. В скором времени задрожал воздух — и появилась пшеничная шляпа. Ботинок медленно поднялся над землей и осторожно поплыл к полю.

В тот же день развеялись облака и появилось солнце — Ветер заиграл снова!

Из приоткрытой двери вылетела старая Новогодняя открытка, и Блеки с лаем бросился ее догонять!

Но с той поры нужные вещи больше не пропадали из дома, а Блеки не злился, хотя и продолжал бегать за ветром. Наверное, они действительно подружились.

Ну а соседские лайки довольствовались обрывком шнурка, из-за которого рычали друг на друга и скалились. Кто знает, что видят собаки в незначительном пустяке, с которым иногда бесконечно играют?

Но дети и взрослые не задумывались об этом, а непонятное поведение Блеки в это лето отнесли к странностям характера, которым обладают все французские бульдоги.

Блеки и Ледник

Никто не знал историю большого синего камня, стоящего на берегу древнего карельского озера и похожего на склоненного к воде и застывшего старика. Может быть, это относится к одной из самых грустных историй севера... Все это разнюхал маленький французский бульдог Блеки, и мы поучаствуем в его поисках...

— Гав-гав! Вот как оно было!

На пятый год жизни в сказочной Карелии, в самом начале лета, Блеки нашел себе новое увлечение — с утра до вечера гоняться за белым, могучим, с огромными ветвистыми рогами оленем.

В прежние времена в округе бродило по лесам много оленей, но потом они исчезли совсем. Так что белый олень пришел в эти места откуда-то издалека. Он сам появился неподалеку от дома Блеки, и не заметить его было невозможно.

Французские бульдоги, как это ни странно, происходят от волков, которые в далеком-далеком прошлом были их предками. Поэтому они всегда преследуют крупных животных, если те убегают. Преследуют, сами не зная зачем, подчиняясь только инстинкту. Останавливался олень, чтобы попить воды из болотца или пожевать ягеля, замирал и Блеки, но стоило оленю начать двигаться, как Блеки бросался за ним и пытался догнать. Но куда там!

Друзья Блеки — местные лайки — предупреждали, что даже они не могут соревноваться с оленем в скорости, но бульдог, как и всегда, проявлял упрямство, и отговорить его было невозможно.

Странная привязанность не ускользнула и от внимания хозяев, которые целыми днями теперь не видели своего любимца, но знали по слухам: где белый олень — там и собака. Что же, рассуждали они, Блеки еще достаточно молод и во всем хочет попробовать свои силы. И только маленький Петя был уверен, что это волшебный олень и он приведет Блеки к какой-то тайне...

Однажды на своей «охоте» Блеки потерял столько сил, так устал, что растянулся тут же, на лесной траве, и ненадолго уснул.

Когда он очнулся, олень находился рядом и мирно пожевывал мох. Взгляд крупных синих оленьих глаз настолько заворожил Блеки, что он не мог сдвинуться с места.

Олень помотал головой, чуть не задев Блеки своими рогами, и отошел. Затем повторил то же самое, как будто показывая: следуй за мной, ты уви­дишь что-то необычное...

Побежал олень, проламываясь сквозь заросли, а за ним и Блеки, стара­ясь не отставать.

Местность постепенно изменилась. Лес стал совсем редким, а вокруг тянулись и высились каменные гряды. Стояло полное безмолвие, и не было слышно даже птиц.

Наконец олень взбежал на вершину одной из гряд и протрубил, показывая голосом отставшему Блеки, куда ему двигаться.

У подножия гряды, с противоположной стороны, темнело небольшое озеро, на берегу которого и покоился синий камень, похожий на старика.

Склон или спуск к озеру был уставлен бесформенными, казалось, валунами, которые сразу насторожили бульдога... Если бы в это место пришел человек и внимательно рассмотрел валуны, то увидел бы, что вот этот камень своим видом напоминает медведя, этот — лисицу, вот — барсука, вот — сову... Но Блеки лишь почувствовал присутствие многих животных, разумеется никак не связывая это с формой камней.

Блеки осторожно обнюхал камни, каждый из которых казался живым существом, поскреб лапой и даже попробовал укусить. Все они были твердыми, но теплыми и издавали сильный запах диких зверей. Это очень и очень удивило бульдога — что касается нюха, тут собаку было не обмануть.

Блеки приблизился к синей глыбе и неожиданно ощутил тревогу, связанную с этим местом. К тому же повеяло таким холодом, что Блеки шарахнулся в сторону и отбежал на почтительное расстояние... И тут пора, наверное, приоткрыть загадку странной гряды.

...Это было давным-давно. Камень-старик был сначала не камнем, а живым, очень сложным кристаллическим существом — Ледником, который двигался по земле к берегу океана.

Ледник полз медленно, распространяя вокруг себя жесточайший холод и замораживая все вокруг. Но особенно опасен был его взгляд, который превращал все живое в камни и волок за собой, как на магните.

Власть Ледника над природой была абсолютной, никто не мог сопротивляться его силе.

И вот на пути Ледника оказалось небольшое, но чрезвычайно глубокое озеро. Тысячи подобных озер Ледник уже превратил в вечный лед. Не знал он лишь того, что озеро, лежавшее перед ним, намного древнее и сильнее его самого, имеет космическое происхождение и подчиняется другим законам. Вода в нем не замерзала. И тогда ледник решил превратить эту воду в камень. Он подобрался к самому берегу и посмотрел на воду, но на зеркальной поверхности увидел свое отражение и, самого себя обратив в камень, застыл на этом месте навечно.

С той поры холод начал слабеть, власть ледника — гаснуть, но взгляд его для обитателей здешних мест все еще оставался опасным, вспыхивая раз или два в столетие.

...Блеки конечно же не мог представить себе эту историю так, как она рассказана здесь, но чутье подсказывало ему, что виноват во всем камень-старик.

Шерсть у бульдога встала дыбом, он зарычал и хрипло пролаял на полуразрушенную каменно-ледяную глыбу, внутри которой, казалось, кто-то живет... Такого Блеки еще не встречал... Сейчас он был один на один с невидимой и необъяснимой силой... Бесстрашный бульдог так бы и не отступил, но тут с высоты гряды протрубил олень, и Блеки побежал прочь от опасности.

Но бульдоги, как хорошо известно, никогда не сдаются!

— Гав! Гав! Гав! — обратился Блеки к своим друзьям-лайкам. — Я встретил страшное чудовище, о котором вы ничего не знаете! Гав! Гав! Рядом с ним живут странные существа! Гав! Побежали за мной, я вам все это покажу!

Любопытство лаек не имеет границ, а всякие лесные чудовища им даже по вкусу, и поэтому они с легкостью и большим интересом последовали за Блеки, который указывал им дорогу. Мало того, они то и дело обгоняли бульдога и, оборачиваясь, с раздражением лаяли:

— Гав! Гав! Блеки! Какой же ты неуклюжий! Быстрее, быстрее!..

Тут еще десять хаски из ездовой школы, обычно сидящих в вольерах, но в этот день отпущенных погулять, услышали призывное лаяние и присоединились к бегущим.

На далекую каменную гряду устремилась целая свора собак, готовая на любые подвиги.

Лайки по природе своей не хуже и даже лучше самого Блеки чувствовали запах зверей, и поэтому, подбежав к животным-камням, они, долго не думая, подняли такой яростный лай и вдобавок вой, который разнесся далеко вокруг, что даже Блеки слегка испугался и прижал уши.

Сначала собаки лаяли во все стороны, как будто отпугивая невидимого врага, но постепенно окружили синюю глыбу и сосредоточили свое возмущение на ней.

Лайки — собаки волшебные, про них рассказывают удивительные истории. Кажется, они способны на чудеса...

Камень-старик сопротивлялся недолго. Не выдержав яростного напора лаек, он задрожал и покрылся трещинами, потом стал разламываться на части, а затем и вовсе рассыпался на кристаллы, окончательно потеряв свою власть над окружающим миром. Синее облачко поднялось над землей и растаяло в воздухе.

И — чудо! — окаменевшие звери начали оживать.

Вдруг задвигался, зарычал и побежал подальше от страшного места бурый медведь, вильнули хвостами и понеслись прочь с горы две огненные лисички, маленький камень обратился в безобидную норку, которая покрутила головкой и ускользнула в расселину. Вспорхнула стайка синичек, тяжело захлопала крыльями и поплыла над землей сова...

Лайки притихли, как очарованные, и наблюдали своими мерцающими зелеными и голубыми глазами эту удивительную картину. Впрочем, чудеса для лаек обычная вещь... Несколько полевых мышек разбежались последними, и лайки — собаки веселые! — бросились с ними играть.

...Если бы в это место пришел сейчас человек, который бывал здесь раньше, то наверняка бы подумал: «Куда же подевались странные камни, так напоминающие зверей? и где большая синяя глыба, похожая на старика? Не в воздух же она превратилась! Вот непонятно!»

Протрубил красавец олень, стоявший на вершине гряды, и собаки цепочкой, как тени в северной ночи, побежали домой.

Блеки подхватил какую-то палку, валявшуюся на склоне, и понесся за лайками.

Палку эту бульдог притащил в дом и бросил к ногам хозяев. На самом-то деле Блеки хотел рассказать о том, что случилось на далекой гряде, но каким образом он это мог сделать? Блеки долго лаял на палку, потом разгрыз ее на мелкие щепки и весь вечер рычал на эти щепки, не давая их убирать.

Хозяева в который раз удивились странностям характера Блеки, и только маленький Петя был уверен, что Блеки победил злого волшебника.

До наступления зимы неугомонные лайки то и дело облаивали большие камни, разбросанные по округе, и местные жители удивлялись: зачем это собаки бесполезно лают на камни?

А что же Блеки? Черный бульдог подружился с белым оленем, и их часто видели вместе, мирно гуляющих на опушке осеннего леса.

Зимой белый олень куда-то исчез и больше не появлялся.

Блеки, хвост быка и собачье лето

Маленький французский бульдог Блеки не всегда относился к жизни серьезно.

Иногда, особенно летом, он любил просто играть и без причины носился как заводной, как будто внутри у него работала какая-то пружинка.

...Блеки бегал за новым разноцветным мячом, пытаясь отобрать его у детей, Блеки путался под ногами у взрослых, охотясь за их ботинками, Блеки прогонял большую серую ворону, которая прыгала по газону и вызывающе каркала... Все это Блеки проделывал, казалось, одновременно и в эти минуты был похож на черный упругий шар, который летает туда-сюда, вмешиваясь во все и никому не давая покоя.

Но «шар» этот был довольно тяжелым и обладал острыми, скрещенными, как ножницы, зубами, к тому же у него текли длинные слюни, как и у всех бульдогов, когда они быстро двигаются и нервничают. Так что Блеки всем своим видом напоминал опасного хищника, готового вцепиться в любую жертву и основательно потрепать ее.

— Берегитесь! — смеялись хозяева, спасая свои ботинки. — В Блеки вселился бес!

И действительно, французские бульдоги — совсем не те маленькие собачки, похожие на игрушки, которые не могут причинить вреда. Иной раз собаки этой породы не рассчитывают своих сил, и дело кончается какими-нибудь оплошностями.

Так однажды произошло и с Блеки: ворона в какой-то момент лишилась сразу нескольких перьев и, отчаянно каркая, едва улетела, прокушенный мяч сдулся и превратился в тряпку, а взрослые споткнулись о собаку и чуть не упали...

За все это Блеки получил нагоняй и целые сутки его не выпускали из дома.

Но Блеки не унимался.

Оказавшись снова на улице, он тут же решил помочь маленькому Пете, который подкрадывался с сачком к красивой лимонной бабочке.

Но Блеки только спугнул бабочку, сидевшую на свечке лилового иван-чая, и Петя огорченно крикнул:

— Блеки! Займись другим! Поищи лучше хвост! Где же твой хвост? — и сразу забыл про брошенную собаке фразу.

Бульдог остановился и озадаченно фыркнул: «Фыр! Фыр!» — вот это задача: найти хвост... Интересно... И бросился выполнять команду!

Для начала он попробовал ухватить или хотя бы увидеть свой короткий, как и у всех бульдогов, похожий на обрубок хвост, который и хвостом-то не назовешь, и, как всегда, из этого ничего не вышло, кроме смешного верчения на одном месте.

Затем задумчиво исследовал клумбы с цветами, дорожки, декоративные камни, большой муравейник на краю участка, возле дороги, и перенес поиски в дом. Обнюхал все комнаты, поскреб лапами каждую щель, разворошил в кухне пустые пакеты и даже заглянул в каминный проем, в котором осенью и зимой так приятно трещали березовые дрова.

Хвоста, разумеется, нигде не было.

— Может быть, в доме завелись мыши? — предположила хозяйка, вытирая от каминной сажи лапы бульдога.

Детям, Кате и Пете, эта идея понравилась, и они принялись вместе с собакой искать мышей: осматривали углы в поисках дырок, ползали под кроватями, перебирали обувь и игрушки в ящиках... Но, возможно, Блеки ищет что-то другое? Ему предложили щенячий ошейник, прогрызенный теннисный мячик, старую косточку... Но Блеки отворачивался от давно забытых вещей и продолжал вести себя беспокойно — обнюхивал тут и там.

Никто не мог угадать, что же ищет собака, и хозяйка вздохнула:

— Да уж, эти бульдоги... порода сложная...

Блеки тоже грустно вздохнул: что и говорить, непростая порода!

Ночью Блеки бродил в темноте по дому, тяжело дышал, что-то уронил, и в кухне загрохотало. А утром, даже забыв позавтракать, убежал советоваться насчет хвоста со своими друзьями — местными лайками.

Несмотря на то что Блеки достаточно повзрослел и многому научился за годы жизни в Карелии, лайки продолжали относиться к бульдогу снисходительно, как к младшему другу, при случае посмеиваясь над его неуклюжестью и упрямством.

— Гав-гав-гав! Блеки! — пролаяли лайки. — Мы согласны с тем, что крутиться за своими хвостами, как это делаем мы, лайки, дело пустое! Гав! Гав! Но искать несуществующий хвост — совсем смешно, и в этом мы тебе не поможем. Побежали лучше облаивать белок или рыть ямы в песке на берегу озера! Гав!

Блеки после этого разговора вернулся домой таким понурым, что, казалось, была бы у него своя конура, он бы залез в нее и вообще бы не появлялся.

— Слава богу, — сказала хозяйка, — что завтра начинается отпуск и мы едем наконец-то в Испанию, которую я давно хотела увидеть! Собакам, очевидно, тоже необходимо менять обстановку.

С этим все согласились и начали собираться в дорогу. Дети попробовали затолкнуть Блеки в специальную клетку для путешествий, купленную для этого случая, но бульдог упирался четырьмя лапами, как бычок, и эта игра отвлекла его от грустного настроения.

Между тем Блеки долго не появлялся на улице, сколько лайки ни бегали вокруг дома и ни звали его. Посовещавшись, лайки решили, что Блеки обиделся. Рыжая лапландская лайка, на вид напоминающая лисицу, заявила следующее:

— Ррр! Гав-гав! Если дело в хвосте — ради Блеки я готова на все! Я даже могу отдать ему на какое-то время свой прекрасный пушистый хвост! Пусть поносит! Но сначала я попробую отобрать хвост у одной немецкой гончей, которая бегает по нашим лесам, — ее привезли в гости из Германии поохотиться на наших зайцев. Гав! Гав! Гав!

И смелая лапландская лайка понеслась искать гончую.

Остальные решили насобирать по округе каких только можно хвостов и принести своему другу — может быть, он что-то и выберет.

Немецкая же гончая сразу дала такой отпор лапландской лайке, что та обратилась в бегство, и теперь уже гончая преследовала ее. Но вскоре лайке надоело убегать, и две собаки, сцепившись, образовали рыжий, рычащий клубок, поймать который и расцепить хозяева собак не могли еще несколько дней...

Но Блеки в этот момент был уже далеко — в далекой Испании.

Как только бульдога выпустили из клетки, «пружинка» заработала снова: Блеки тут же помчался за гостиничной кошкой, желая с ней познакомиться. Потом отвлекся на двух высокомерных павлинов, распустивших свои хвосты, а затем — на белый шарик для гольфа, вылетевший, как снежок, со стороны зеленого поля. Блеки стремительно догнал шарик, подхватил его и, поскольку хозяев поблизости уже не было, принес пожилой, старомодной даме из Южной Америки, которая сидела в национальной одежде под пальмой, в кресле-качалке.

— Какой красивый и умный пес! — и дама погладила Блеки по голове. — Но вот полноценный хвост тебе бы не помешал! — добавила она с сожалением, совершенно не разбираясь в породах собак.

Блеки, конечно, не знал испанского языка, но интонация сказанного для собак важнее, чем звуки, и поэтому бульдог прекрасно понял бестактное замечание дамы. От досады он дважды чихнул, пролаял: «Гав! Гав!» — и бросился обыскивать местность.

Постепенно он оказался за пределами своего курорта и углубился в заросли кактусов, которые произрастали во множестве на этой сухой земле. Он хотел уже повернуть назад, поскольку хвостами тут и не пахло, но вдруг увидел на камне черную маленькую змею, гревшуюся на солнце.

Блеки впервые в жизни встретил подобное существо и принял змею за брошенный кем-то ненужный хвост. Он обрадовался и нацелился схватить этот «хвост» и потащить домой, но тут змея подняла желтенькую головку и предупредительно зашипела...

Блеки отпрянул и взвизгнул, уколовшись своим коротким хвостиком о колючки большого кактуса.

На визг этот примчался огромный пес без ошейника — лохматая собака неопределенной породы, с длинной пепельной шерстью, и тут же появилась изящная левретка, уже с ошейником, существо, мало похожее на собаку, но с «полноценным» хвостом!

Пес оказался добродушнейшей местной собакой, ну а поскольку все это происходило в известной всем Андалусии, назовем его для удобства: Андалусский пес. Левретка же потеряла хозяев или наоборот.

Если бы это были не собаки, а люди, то мы бы услышали следующий разговор:

— Нельзя ли у вас здесь раздобыть хоть какой-то хвост?.. У нас на севере совершенно нет свободных хвостов.

— Можно попробовать! Тут поблизости, на холмах, много ящериц! Оторвем хвост у одной из них — все равно у них хвосты отрастают.

Но поскольку это были собаки, то они поняли друг друга без слов и побежали на холм ловить ящериц.

Но сколько они ни бегали среди кактусов и камней, ящерицы усколь­зали от них, потому что были намного проворнее. Наконец все трое устали и, полакав воды из ручья, прилегли отдохнуть в тени макета большого быка, которые стоят на многих холмах Испании.

— Тяв, тяв! — подумала и сказала левретка. — я знаю место, где много людей и продают разные вещи в лавках. Кажется, я видела там чьи-то хвосты... Побежали туда и попробуем стянуть один из них.

Три собаки — это не две собаки... Блеки, левретка и Андалусский пес, похожие на заговорщиков, побежали в город.

В небольшом провинциальном городе в этот день, к вечеру, началось представление корриды. Оркестр уже играл, открывая зрелище, но на улочках, окружавших стадион, оставалось много людей, которые что-то ели, пили и обсуждали всякие новости. Поэтому Андалусский пес остановился поодаль, не рискуя смешиваться с толпой, где могли испугаться его дикого вида. Блеки же и левретка, наоборот, лавируя между сотнями ног, попытались пройти к сувенирным лавкам. Спустя минуту Блеки запутался и, следуя за ногами людей, попал в какое-то помещение. Затем куда-то свернул, пробежал через открытую дверь, влез в узкую щель и, едва выбравшись из нее, вдруг оказался в загоне — один на один с разъяренным быком, которого через секунду должны были выпустить на арену!

Если бы этого не случилось, бык затоптал бы Блеки, поскольку даже не увидел маленькую собаку в загоне; он находился в такой степени ярости, что наверняка вообще ничего не видел. Но тут ворота открылись, и бык ринулся на арену.

Блеки повел себя смело: то ли он просто хотел догнать быка, как пытался догонять у себя дома оленя, то ли решил защитить животное, предчувствуя нехорошее, поскольку интуиция собак часто опережает события... Так или иначе, но Блеки бросился за быком, который, мгновенно преодолев арену, высоко подпрыгнул и своим мощным лбом ударил в высокую стену — первое же встреченное препятствие. Удар быка был такой силы, что казалось, здание стадиона рухнет.

Зрители ахнули, а бык упал на песок, как мертвый. При этом он потерял свой хвост, который отпал от страшного удара сам по себе...

И тут Блеки не растерялся и схватил добычу — не зря лайки учили его стремительности!

Маленький черный бульдог мчался к выходу по арене, мертвой хваткой вцепившись в хвост быка!

Некоторым зрителям показалось, что им это показалось, остальные же были настолько увлечены быком, что на собаку даже не обратили внимания. А бык между тем хоть и шатаясь, но поднялся на ноги и, набычившись, ринулся на ближайшего пикадора. Правда, это был уже бесхвостый бык, и зрители засвистели, давая знать участникам представления, что зрелище потеряло смысл...

Кто-то в проходе попытался схватить Блеки, кто-то засвистел на него и подставил ногу, но бульдог, преодолев все препятствия, все же вырвался на свободу — на маленькую площадь перед стадионом, где его поджидали возле кафе левретка и Андалусский пес.

— Вот это да!! Гав! Гав!! — пролаяли обе собаки, увидев добычу Блеки, и вся троица побежала подальше от города.

— Блеки, как тебе не стыдно, тебя не было целых два дня!

— Весь персонал и полиция ищут тебя!

— Кажется, он притащил чей-то хвост...

— Какой ужас!

Что мог ответить в свое оправдание Блеки? Он повалился на спину и поднял лапы. К этой умилительной позе никто не мог остаться равнодушным, и собаке сразу же все простили.

— Наверное, Блеки наконец нашел то, что искал, — сказал отец. — Не будем отбирать у него добычу.

Хвост отмыли как следует, высушили на солнце и не забыли перед отъ­ездом захватить с собой.

Лайки встретили Блеки восторженным лаем и разными хвостами и хвостишками, собранными в округе.

Но то, что вынес из дома Блеки, поразило всех лаек. Блеки разрешил им понюхать испанский хвост, и лайки, почувствовав запах быка, решили, что Блеки сам победил быка. Блеки непомерно вырос в глазах друзей и стал настоящим героем!

Лайки с этого дня больше не отвлекали Блеки на всякие глупости: на рытье ям, ловлю мышей и тому подобное.

Да и сам Блеки почувствовал себя очень важным.

Теперь каждое утро он степенно выходил из дома, потягивался и ложился рядом с хвостом.

От скуки и важности он пытался хватать комаров и мух, но делал это с такой ленью и неохотой, что после двух-трех клацаний широко зевал и погружался в приятные сны, где ему мерещились всякие приятные вещи. В том числе ему неоднократно казалось, что у него есть крылья и он летит, как дракон, над лесом и полем в супермаркет за своей любимой кровяной колбасой...

В один из таких моментов лайки и решились потревожить своего друга, принеся серьезную весть:

— Гав! Гав! Гав! Блеки!! В лесу объявился медведь! Без тебя, победителя быков, нам не справиться!

Блеки открыл глаза и вскочил, а лайки вдруг отпрянули и оскалились: что-то подсказало им, что Блеки сейчас... вовсе не Блеки! На секунду лайки даже оцепенели. Та из них, что первой пришла в себя, тоскливо провыла:

— У-у-оооо! Не бойтесь: бульдоги — это не летучие мыши! Но я чувствую, что сейчас медведю не поздоровится! Погнали медведя, Блеки!

Но тут, к несчастью для Блеки, на газон спланировала ворона, схватила хвост и уселась с ним на ближайшее дерево. Увидев это, Блеки просто рассвирепел! Блеки подпрыгнул и... попробовал полететь! Он подпрыгнул так высоко, что ворона каркнула от испуга и взмыла ввысь.

Блеки обнюхал свалившийся с неба хвост и подтолкнул его носом в сторону друзей:

— Играйте с этой штукой, если вам нравится... Фыр! Фыр! Я не жадный.

Лапландская лайка мигом схватила хвост и понеслась. Остальные бросились с возмущенным лаем за ней.

Так до конца лета и продолжалось: собаки то играли с хвостом быка, отбирая его друг у друга, то гоняли молодого медведя, не давая ему покоя. Немецкую же гончую они приняли в свою компанию, и ее хозяин к осени сделал печальный вывод: «Mein Hund ist ganz schön wild geworden in karelien Wäldern»[1].

Блеки и Оттепель

История дружбы маленького французского бульдога Блеки и девочки Оттепели, Волшебницы Времен Года, началась с больших рыжих муравьев, которые бегают по земле, подобно нескончаемым ручейкам... Может быть, это звучит странно, но именно так и было.

...Нет, сначала-то Блеки подумал, что видит действительно ручейки — из сухих хвойных иголок, — но когда уткнулся носом в траву и внимательно рассмотрел, то обнаружил множество муравьев, которые с близкого расстояния показались ему размером чуть ли не с него самого. Блеки даже потрогал лапой — нельзя ли поиграть с этими существами? Но муравьи продолжали невозмутимо трудиться, и Блеки, не любивший сидеть без дела, принялся таскать к муравейнику сучки, палки и поленья из поленницы, аккуратно сложенной за углом дома.

Вскоре весь муравейник был завален березовыми дровами и сучьями, и так бы и продолжалось, если бы хозяева не запретили бульдогу растаскивать поленницу.

— Ррр... — проворчал в свое оправдание Блеки. — Гав-гав! Я только хотел помочь этим быстроногим рыжим трудягам!

Что делать? И Блеки отправился изучать тот необычный мир, который открылся ему благодаря муравьям и где все маленькое, если поднести глаз поближе, превращалось в большое.

Вот огромная мохнатая гусеница в траве, кажется, весьма добродушная, но слишком медлительная для озорного Блеки; вот камушек на дороге — такой валун Блеки не сдвинуть с места; вот капля воды размером с целую лужу, в которой вполне можно было бы искупаться...

Блеки так увлекся рассматриванием мелочей, что даже не побежал со своими друзьями, местными лайками, гонять стаи дроздов, которые в это лето буквально заполонили округу. Да и вообще стал похож на «скучного и задумчивого ученого», как заметили Катя и Петя, маленькие хозяева Блеки.

Между тем, продолжая свои исследования, Блеки обнаружил неподалеку от дома, на берегу узкой и быстрой речки, огромные надувные шары... На самом-то деле это были пунцовые ягоды на кустах дикой красной смородины, с близкого расстояния похожие на связки шаров.

Блеки заглянул в один шар, в другой и... вдруг увидел маленькое создание в розовом платье, которое плавало и кружилось в смородиновом соку. Блеки разволновался: может быть, ему показалось? Он тщательно обнюхал и облизал ягоду и посмотрел снова. Нет, ошибки быть не могло: черноволосая девочка в шарике даже помахала ему рукой, как будто поприветствовала его!

Это и была девочка Оттепель, Волшебница Времен Года.

Жизнь девочки Оттепели была похожа на жизнь бабочки — легкомысленна и скоротечна. Бабочка — куколка — бабочка. Зимой Оттепель обычно спала в одной из замерзших рубиновых ягод, похожих на серьги, хотя иногда и капризничала, как любой ребенок. Но едва весеннее солнце отогревало ягоду, Оттепель выбиралась на свет и начинала властвовать над округой: оживляла от холода землю, деревья, озера и речки... Власть ее над природой была короткой, но всемогущей. Весной она всегда побеждала колючего старика Заморозка, который выползал из глубины темного леса, из своего сумрачного шалаша, и все еще пытался вернуть зиму. Но ему это не удавалось — веселая Оттепель со смехом, словно издеваясь над ним, снова и снова загоняла его в чащу на целое лето... И это старика злило, так злило, что к концу лета, пока Оттепель отдыхала в смородинке, он подкрадывался к ней по утрам, оставляя на траве серебристый иней, и пытался как-нибудь отомстить... И только лишь поздней осенью, когда Оттепель уже спала и была безопасна, Заморозок вступал в полную силу, замораживая природу для наступления зимы.

Но ничего этого, разумеется, Блеки не знал, и девочка Оттепель, на вид нежная куколка, выглядела настолько беспомощной в этом мире, что он решил охранять ее от разных случайностей: мало ли что, налетят сойки или дрозды склевывать ягоды, какой-нибудь жук приползет и съест, или дети вздумают полакомиться смородиной...

Теперь по утрам Блеки сразу бежал к смородине, долго разглядывал розовые шары и, убедившись, что девочка находится в ягоде и машет ему рукой, спокойно ложился рядом, притворяясь, что спит. На самом-то деле он был наготове: уши его смешно поворачивались на всякий звук, и, как только доносилось что-нибудь подозрительное, он тут же вскакивал и грозно рычал.

— Ррр... — предупреждал Блеки, когда поблизости появлялись лайки.

— Гав-гав! Блеки! — отвечали лайки. — Мы просто бежим мимо! Гав!

Хозяева не могли объяснить странного поведения собаки, которая целые дни проводила в кустах, и только маленький Петя, как всегда, оказался не так уж далек от истины.

— Наверное, Блеки выслеживает волшебника... — предположил он.

— Конечно! — согласились родители. — Все волшебные существа где-то прячутся, а уж с ними-то Блеки дружит!

И мама добавила:

— В этом году кусты все розовые от ягод — такое впервые. Надо пугало поставить от птиц!

В тот же день дети и взрослые соорудили пестрое пугало из старой одежды, которая затрепыхалась на ветерке, а голову сделали из куска дерна, украсив ее сухой травой, похожей на волосы, и черной бейсболкой.

Но Блеки пугало не понравилось, он считал, что ночью пугало спит и толку от него никакого, и поэтому каждое утро все равно бежал проверять, на месте ли шарик с девочкой.

Старик Заморозок выполз из своего шалаша на рассвете. Седой от изморози, он распространял такой холод, что все живое попряталось. Не обращая внимания на дурацкое пугало, старик подошел прямо к кусту, достал из кармана волшебную лупу и посмотрел через нее на ягоду с девочкой. «А-а-а! — зловеще прошептал он. — Вот где ты спряталась! Сейчас я прихлопну тебя, как букашку!..» И он развел морщинистые ладони... но тут из дома выбежал Блеки, и злобный старик, который очень боялся собак, выронил от испуга лупу и быстро скрылся в лесу.

Блеки понюхал лупу, вставленную в оправу, прикусил деревянную ручку и отнес лупу домой.

— Странные вещи приносит Блеки, — удивился отец. — То какой-то ботинок — как будто из Турции, теперь старинная лупа. Откуда?

— Да, непонятная штука, — согласилась мама и добавила как бы сама себе: — Что бы там ни было, но смородина совсем покраснела, к вечеру наберу полную миску. Отличный будет кисель!

И тут, при слове «кисель» Блеки дважды пролаял и строго посмотрел на хозяев.

— Кисель! — произнес Петя, и Блеки угрожающе зарычал, что означало: «Не понимаю, что такое кисель, но чувствую, что девочке грозят крупные неприятности!»

— Кисель! — повторила Катя, и шерсть на холке у Блеки встала дыбом.

Такого не было никогда... Почему собаку раздражает слово «кисель»? Но всем известно, что дразнить бульдогов нельзя, поскольку можно нарваться на крупные неприятности, и поэтому хозяева оставили Блеки в покое.

— Что делать? Гав-гав!

И Блеки решил сорвать ягоду и спрятать в каком-то укромном месте.

Весьма осторожно и очень нежно Блеки потянул ягоду на себя, но зубы бульдога, скрещенные как ножницы, не были приспособлены для подобных вещей, и ягода упала на землю. Тут, правда, появились на помощь большие рыжие муравьи, которые покатили ягоду к муравейнику, но неожиданный порыв сильного ветра вырвал у них смородинку и бросил в речку!

Реакция у бульдогов не хуже, чем у других собак, и Блеки мгновенно кинулся в воду... К счастью, лайки, пробегавшие мимо и видевшие все это, вытолкали бульдога на отмель: из-за коротких лап и большого веса плавал он очень плохо, и его здорово отнесло вниз по реке...

Вид бульдога был печален, как никогда: мокрый, трясущийся, уши опущены... Лайки долго облизывали своего друга, стараясь согреть, и покусывали его, упрекая в неосторожности.

Надо открыть один собачий секрет: все собаки считают, что речки текут по кругу. И поэтому Блеки, сидя на берегу, с грустью смотрел на воду против течения, надеясь, что смородинка должна появиться именно с той стороны...

День за днем Блеки стал караулить возле реки, и увести его можно было только на поводке.

Это продолжалось до самой зимы, пока река не замерзла.

Но всем известно, что волшебные существа не исчезают бесследно и могут лишь отлучиться на время. Так произошло и с девочкой Оттепелью.

Где-то далеко, над устьем большой реки, соединявшейся с северным морем, кружилось над огромным водным пространством множество чаек. Птицы выискивали себе добычу, которую приносила река, ругались и отгоняли друг друга.

Одна из чаек — это был знаменитый Джонатан Ливингстон[2] — стремительно бросилась вниз, подхватила ягоду с девочкой и взмыла. Другая, более крупная чайка набросилась на нее, и обе полетели в открытое море, как будто бы состязаясь в скорости. Но первая чайка вскоре устала и повернула назад, а ягоду выронила из клюва во время возмущенного крика.

После головокружительного падения, едва достигнув поверхности моря, девочка Оттепель очутилась в каком-то чудовищном водовороте, да и вообще непонятно где — как будто попала одновременно в водопад и водяной бурлящий котел.

На самом-то деле она угодила в пасть громаднейшему киту по имени Моби Дик, который лакомился в этих местах планктоном. Насытившись, синий кит ударил по воде огромным хвостом и скрылся в морских глубинах.

Вынырнул кит уже там, где высились одинокие льдины. Еще немного проплыв, кит уткнулся в кромку бесконечного льда и застыл; фыркнул и выбросил высокий фонтан воды — как это делают довольные всем киты. С этим фонтаном и плюхнулась на лед ягода с девочкой — чего кит даже и не заметил.

Тонкая оболочка, не рассчитанная на арктический холод, треснула, развалилась, и девочка Оттепель босиком очутилась на льду.

Вокруг было совершенно темно, и только наверху вспыхивали разно­цветные сполохи северного сияния.

Воспользовавшись своими волшебными способностями, девочка быстро согрелась и пришла в себя, после чего обнаружила, что здесь она далеко не одна: вокруг собрались арктические Невидимости, которые стали обсуждать ее появление.

— Нет, нельзя ее принимать к нам в компанию, — сказало Белое Безмолвие. — Представляете, если сюда забредут люди и увидят, что тут шляется какое-то привидение в розовом платье — цвет, неестественный для наших широт, — то просто сойдут с ума.

— Действительно, — согласился Безжалостный Мороз, — если уж они нас, прозрачных или светло-зеленых, боятся, то от ее вида вообще умрут от страха. Это же привидение привидений! Да и мы тоже можем пострадать... Встретишь арктической ночью такое вот нечто розовое, да еще с золотистыми блестками, — и упадешь в обморок! Да еще тепло от нее идет! Я просто уже начинаю умирать от жары! Кто она вообще такая?! Надо ее отправлять восвояси, пока мы тут все не расплавились! Но как?

— А вот так! — ответил Трескучий Лед и одним своим взглядом отломил огромную льдину.

На этой-то льдине и оказалась девочка Оттепель... Пронизывающий Ветер дунул, и льдина медленно поплыла. Арктические существа с облегчением вздохнули, подняли пургу и скрылись в ней.

Вскоре льдина подхватилась теплым течением и направилась в океан.

Девочка Оттепель присела на кромку льда и нашла себе развлечение: болтать ногами в воде.

Она спохватилась, когда вокруг уже стояла жара, а льдина почти растаяла, став похожей на кусочек слюды.

Вот-вот девочка должна была оказаться в воде, но тут наудачу мимо проплывал плот с путешественником, который в одиночестве пересекал океан, и девочка быстро перебралась на этот плот, выжала промокшее платье. Путешественник — Тур Хейердал — посмотрел на нее и протер глаза. Он конечно же посчитал, что от жары видит галлюцинацию, но, с другой стороны, почувствовал себя не так одиноко в безбрежной стихии и даже заговорил с девочкой Оттепелью, как со своим спутником.

Вскоре их окружили океанские странности: рыбы, летающие над водой, корабли, плывущие по небу, а ночью поверхность океана замерцала так, как будто загорелись огни подводного города.

Так бы путешествие и продолжалось, если бы не тропические реальности.

— Собственно, Оттепель здесь не нужна, — сказал Изнуряющий Зной, — тут и без нее жарища!

— Я выжму из нее все соки, — пообещала Страшная Жажда.

— А я потом ее засолю и высушу, — добавил Соленый Ветер.

И только Испарение Воды пожалело девочку Оттепель и унесло в одинокое облако. Тут было намного прохладнее, и девочка отдышалась. Ей очень захотелось домой.

Облако постепенно набрало силу и превратилось в тучу; пошел дождь, и в капле воды девочка понеслась вниз.

Но от жары капля высохла на лету, и девочка повисла между небом и океаном.

Хорошо, что рядом проплывала корзина, за которую удалось зацепиться: разноцветный воздушный шар направлялся к далекой земле...

Зимним морозным утром Катя и Петя заметили в небе настоящий воздушный шар и долго махали ему и от восторга кричали. Блеки тоже развеселился, стал кататься по снегу, бегать туда-сюда, как будто догоняя кого-то, и лаять, кажется, в пустоту. А к вечеру потеплело, и началась сильнейшая оттепель.

День за днем ноздреватый снег уменьшался, местами обнажилась земля, потекли ручьи.

— Капризы погоды, — говорили люди.

Еще бы! Возвратившись домой, девочка Оттепель не знала, куда и деваться: ягоды на кустах не было ни одной, все ушло на кисель... Где спрятать свою волшебную силу? И девочка Оттепель в довершение ручь­ям устроила в реке полынью, а потом и спустила лед.

Блеки носился с утра до вечера по голубым лужам, катался по раскисшей, черной земле, лаял и прыгал и разбудил муравейник, снова натаскав к нему палок и дров. Еще бы! Желтое, розовое, зеленое платьице мелькало то тут, то там и отовсюду звало бульдога: «Блеки, поиграй со мной!.. Блеки, я здесь!.. Блеки, побежали будить муравьев!..»

Дело зашло далеко: набухли почки, запели по-весеннему птицы, и появилась трава, а куст смородины возле реки и вовсе зазеленел. И это-то в середине зимы!

Даже старик Заморозок не справился с этим бесчинством и в полном отчаянии скрылся в глубоком лесу, где оставались еще снежные пятна и властвовал холод.

— Ужас! — восклицали люди, не зная еще того, что, если бы не маленький французский бульдог Блеки, они бы лишились одного из чудес природы: ведь девочка Оттепель едва не угодила в кисель...

Летом Блеки и лайки отыскали девочку Оттепель возле старого пня, в покинутом птичьем гнезде. Рыжие муравьи перенесли спящую куколку под кусты красной смородины, и скоро Блеки увидел, как она плавает в розовом шарике и снова машет ему рукой:

— Привет, Блеки, мой друг и спаситель!

— Гав-гав! Я буду тебя охранять! Гав!

Кого же охраняет Блеки в кустах? Но все теперь обходили смородину стороной, поскольку решили, что некоторыми вопросами в жизни лучше не задаваться, особенно если это связано с Блеки.

Происхождение же лупы так и осталось невыясненным. Дети были уверены, что лупа упала с неба, и взрослые согласились. Безмолвное пугало могло бы внести ясность в эту историю, если бы умело рассказывать.

 

[1] Моя собака совсем одичала в карельских лесах (нем.).

[2] Герой повести-притчи «Чайка по имени Джонатан Ливингстон», написанной Ричардом Бахом.







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0