Искатель правды

Преставился большой русский писатель и страстный искатель Правды. Наш первоклассный прозаик. Я ставлю Леонида Бородина в один ряд с Распутиным, Беловым и Крупиным. Вместе с ними он продолжил и развил путеводную духовно-нравственную линию великой русской литературы.

Я познакомился с Леонидом Ивановичем 31 июля 1968 года, когда в политзону ЖХ 385/11 Мордовской АССР прибыл большой этап. Кажется, человек тринадцать, и все подельники. По одному делу. Все были осуждены Ленинградским областным судом по статье 70 УК РСФСР («Антисоветская агитация и пропаганда») за участие в самой крупной нелегальной организации эпохи Хрущева и Брежнева — ВСХСОН. Четыре руководителя Всероссийского социал-христианского союза освобождения народа — Огурцов, Садо, Вагин и Аверичкин были осуждены по другой, 64-й статье («Измена Родине»), и двое из них (Вагин и Аверичкин) уже находились на 11-й зоне с апреля месяца.

Среди прибывших в тот день «социал-христиан» я сразу выделил Леонида Бородина и Владимира Ивойлова, оказавшихся моими полными единомышленниками, с традиционной русской идеологией: «Бог, Царь, Россия». Беседовать пришлось не так долго: через два месяца, 5 октября 1968 года, я сам освободился по концу своего 7-летнего (первого) срока. Ребята из Союза устроили мне шикарные проводы. Леонид Иванович пел под гитару.

Бородин отсидел полностью свои 6 лет и вышел на волю, чтобы затем, спустя 9 лет, сесть снова. Повторно (за издание машинописного пра­вославно-патриотического журнала «Вече») сел и я. Так что из русских почвенников (или, как сейчас говорят, национал-патриотов) сидели дважды в эту эпоху только мы с Бородиным. Мы с ним ровесники. Оба — дети школьных учителей. (И у обоих в детстве был отчим.) Оба считали главным в жизни работать на Россию.

Уже в семнадцать лет он ощутил себя борцом. Борцом за правду и за страну. Как пишет он в своей книге «Без выбора», «страна была на первом месте, важнее всех личных интересов».

Оказавшись в 1965 году в Ленинграде-Петербурге, он окунулся в атмосферу молодежных дискуссий и споров. «Великий суррогат веры — социализм — истекал из душ по каплям». Но что характерно. Хотя социализм и изживался, но отнюдь не изживалась вдохновенность, с которой эта красивая утопия захватила мир и души людей. «Потому тогда, в шестидесятых, — подчеркивает Бородин, — не наблюдалось того душевного маразма, столь характерного для времен нынешних». В поисках истины, перелопачивая труды Хайдеггера и Кьеркегора, Ортеги-и-Гассета и Габриеля Марселя, разведчики истины 60-х годов наткнулись на русскую философию рубежа веков. Обнаружили свет в конце туннеля.

С этими взглядами директор сельской школы в Лужском районе Ленинградской области и вступил в подпольную организацию ВСХСОН, основанную Игорем Вячеславовичем Огурцовым. Следует подчеркнуть четко христианскую идеологию и программу ВСХСОН. Новая государственность мыслилась на трех принципах: христианизация политики, христианизация экономики и христианизация культуры. Какой контраст с нынешней криминально-космополитической системой!

17 октября 1965 года Бородин и его друг Ивойлов вдвоем праздновали свое вступление в подпольную антикоммунистическую организацию. После этого были два года жизни, наполненные «самым отчаянным и безрассудным смыслом». «Такой полноты проживания дней, — вспоминает Леонид Иванович, — я не знал ни до, ни после». За эту полноту ему отвесили 6 лет лагерей.

В главе «Девять лет облегченного режима» автор описывает волю после освобождения из Владимирской тюрьмы (куда он попал уже из зоны по требованию лагерного начальства) 18 февраля 1973 года. Именно в этот период он сразу стал сотрудничать в журнале «Вече», сразу вступил на минное поле. Жил он в тот период со своей женой в условиях крайней нищеты. «Лишь в конце третьего месяца поисков работы я наконец пристроился, — пишет инакомыслящий, — завхозом и по совместительству кладовщиком в петушковской санэпидемстанции с окладом 120 рублей, отчего счастлив был безмерно». На дворе был 1976 год. Только что обменяли Буковского на Корвалана. И в этот же период (когда лично я сидел по второму сроку в Мордовии) сотрудники КГБ проводили беседы с несогласными, предлагая выехать за границу либо дать хотя бы устное обещание не участвовать в «антисоветских акциях». Леонид Иванович все эти предложения отверг.

13 мая 1982 года Бородин был арестован вновь. На этот раз за свои художественные произведения, опубликованные за рубежом. Одновременно с Бородиным доарестовывались последние оставшиеся на свободе русофилы, а прозападно настроенных диссидентов уже выдворили по израильской визе. «Так бессознательно, на инстинкте вырождения, власть подготовила состояние идеологического вакуума, обеспечившего к середине 80-х торжество сил распада и разрушения». И когда, между прочим, грянул ГКЧП, никто в этом вакууме не встал на его защиту.

Будучи редактором православно-патриотического журнала «Москва», он всеми силами противостоял этой агрессии пошлости и антихристовой глобализации, которую нам навязывают сыны погибели. Искание правды, справедливости стало главным в жизни Бородина. Борьбу за правду, за страну, за Россию он пронес через всю свою многострадальную жизнь. Всегда ему было свойственно героическое начало. В день расстрела демонстрантов в «Останкино» он вывозил раненых на своей машине. Вывозил под пулями. А на следующий день — 4 октября 1993 года — со своей кинокамерой снимал для истории и свидетельства побоище у стен парламента. Это был подлинно рыцарь без страха и упрека.

Упокой, Господи, раба Твоего Леонида и даруй ему Царствие Небесное.

Комментарии 1 - 0 из 0