Рождение концепции сознания

Главы из рукописи «Размышления о природе сознания»
 

Когда мы говорим о свободе человеческой личности, мы априори понимаем, что все наши сознательные действия совершаются в рамках этой свободы. Значит, алгоритм поведения человека связан прежде всего с тем, как он понимает свою свободу, которая в свою очередь не может рассматриваться без непосредственной связи с сознанием человека, то есть наши поступки — это непременно работа сознания.

Так каким же образом оно это делает, как функционирует, какими параметрами может быть определено? Как направляет нашу волю к действию и взаимодействию с сознанием других людей? И что в конечном итоге мы будем иметь на выходе наших духовно-телесных предпочтений?

Ответить на эти вопросы не удастся до тех пор, пока у нас не будет ясной концепции, которая описывает работу нашего сознания по определенной модели, работающей в функциональной зависимости параметров идеального (ментального) и материального (физического) миров.

Чтобы понять, как аналитическая философия определилась в этой части своих исследований, обратимся к мэтру философской науки (если ее так можно назвать) Д.И. Дубровскому, который в одной из своих работ «“Трудная” проблема сознания (в связи с книгой В.В. Васильева “Трудная проблема сознания”)» делает анализ поставленных нами вопросов с точки зрения самых ярких ее представителей. Одно из его критических замечаний звучит так: «В последние годы заметно увеличилось число наших коллег, которые принимают участие в разработке проблемы “сознание и мозг”, опираясь на материалы аналитической философии. Однако, на мой взгляд, многие из них слишком увязают в специфических концептуальных структурах, выработанных аналитической философией, не выходят за их пределы и потому зауживают свое видение возможностей теоретической разработки этой проблемы... Они как бы не замечают иных подходов, иных концептуальных возможностей, в том числе теоретических результатов и обобщений, связанных с новейшими достижениями нейронауки, которые способны существенно стимулировать и корректировать философские размышления и средства анализа проблемы».

Задавая свой вопрос В.В. Васильеву о новациях в области «трудной проблемы», Дубровский сам же поясняет, что она прежде всего состоит в объяснении качества субъективной реальности и что именно в этом заключается суть проблемы сознания, поскольку специфическим и неотъемлемым качеством сознания является именно субъективная реальность. И далее продолжает: «Вот формулировка “трудной проблемы”, данная Чалмерсом, которую воспроизводит В.В. Васильев: “Как мозг может быть основой субъективного опыта?” Но ведь тот же вопрос четко ставил еще И.П. Павлов... Этот ключевой вопрос был на первом плане и подробно обсуждался в 1960–1970-х годах многими советскими философами (А.Г. Спиркиным, В.С. Тюхтиным, А.М. Коршуновым и др.). Проблема субъективной реальности как специфического качества, без которого нет сознания, и связь этого качества с физиологическими и физическими процессами была главным предметом тщательного анализа во всех моих пяти книгах и многих статьях».

Как видим, рождение субъективного рассматривается только в связи с мозгом, что и неудивительно для людей гуманистического мышления, сводящего все процессы мироздания к эволюционной теории, которая полностью включает в себя и самого человека (его сознание). В этом случае и в связи именно с такой установкой рождается идея о том, что именно мозг должен «производить» субъективное явление. Вот как это представлено в приведенной выше работе Дубровского. «Разумеется, есть и другие “трудные” вопросы: почему в эволюции возникло качество субъективной реальности, почему информация в мозгу не просто репрезентируется, но и субъективно переживается, как совместить свободу воли с детерминизмом мозговых процессов и др.; но основными являются два вопроса <...> если явлениям субъективной реальности нельзя приписывать физические свойства — массу, энергию, пространственные характеристики, — то как объяснить 1) их связь с мозговыми процессами и 2) их каузальное действие на телесные процессы? Получив на них ответ, мы можем решать и остальные».

Не отрицая того, что субъективная реальность есть специфическое и неотъемлемое качество сознания, которое так или иначе связано с материей плотного тела человека, позволим себе подойти к «трудной проблеме» с точки зрения людей библейского мировоззрения. Если этого не сделать, мы никогда не выберемся из того «заколдованного круга», который выстроила вокруг себя школа аналитической философии. Надеемся, что вне его мы найдем совершенно иные объяснения рождения субъективной реальности, другую почву для ее возникновения.

Думается, многие поняли, что имеется в виду. Мы говорим о мире духовном, мире божественной реальности, без которой не может быть человека разумного. Без этой реальности объяснить работу сознания и его функционал не удастся, — собственно, это и становится видно в связи с чисто научным подходом к данной проблеме.

Тот же Дубровский говорит о своих коллегах по цеху так: «Те же из них, кто претендует в какой-то мере на решение “трудной проблемы”, предъявляют нам такой набор суждений, который трудно назвать концепцией в силу высокой степени неопределенности и рассогласованности их объяснительных построений».

Мы же, чтобы закончить цепочку ментальных выкладок представителей аналитической философии, приведем высказывание самого В.В. Васильева, книгу которого анализирует Дубровский. В последней своей главе «Назад в будущее» он говорит о «драматизме» ситуации в современной аналитической философии, состоящей в том, что в ней «пока мы просто не увидели реальных попыток позитивно решить “трудную проблему”. И действительно, ознакомившись с содержанием его монографии «Трудная проблема сознания», против этого трудно возразить.

И сейчас, предваряя рассмотрение вопроса о «трудной проблеме» (возникновении субъективной реальности), нам необходимо рассмотреть проблему функционирования самого сознания, найти концептуальный подход к объяснению механизма взаимодействия информационных и энергетических потоков, не только формирующих вектор творческих сил человека и его волевой посыл, но и определяющих деятельность как таковую.

Будем иметь в виду, что однажды запущенный с творением человека универсальный механизм сознания не останавливается ни на минуту. Совершенно очевидно, что именно при помощи него движется, меняется, определенным образом формируется пространство нашего бытия, которое есть лишь отражение проекций мира наших образов, идей, смыслов и целей духовного мира.

Нужно заметить, что только человек может быть своего рода ретранслятором образов и смыслов, которые, приходя к нему из объективной и субъективной реальности, синхронизируются и преобразуются согласно его воле, свободной, но всегда находящейся под пристальным вниманием Самого Создателя. Эти образы встраиваются в духовное пространство нашего бытия, структурируют и планируют его для будущего проявления в мире реальных форм.

На каком основании человек принимает одно и отвергает другое? Почему поступок одного человека спасает кому-то жизнь, а поступок другого — уничтожает ее? Почему один правитель ведет народ и свою страну к процветанию и благу, а другой к нищете и вымиранию? Чем оперирует в таком случае сознание властного субъекта, направляющего ход истории целого народа?

Информация? Безусловно. Зависимость сознания человека от поступающей к нему информации была замечена давно, и те, кто знал эту зависимость, всегда использовали ее в своих целях. При транслировании информации прослеживается непосредственное ее влияние на человека, но восприятие той или иной информации у всех людей разное, поскольку на уровне воли информация активно взаимодействует с чувствами и желаниями человека, выраженными через энергетическую компоненту его естества.

Заметим, что сознание работает как живой и подвижный операционный механизм памяти, управляющий потоками информации в определенной зависимости от силы воли человека, с чем нам и необходимо определиться. Можно сказать, что наше сознание проявляет себя как своего рода оператор духовного пространства, художник, если хотите, который создает картину своей жизни, используя все доступные для него параметры строительства, включенные в образ. И такими параметрами, как представляется, могут быть только информация и энергия. Одно без другого не существует. Каким будет строительство, зависит от силы воли самого человека, которая может быть либо злой, либо доброй. Именно в этом и учит нас разбираться православное христианство.

Не находя устойчивого основания для формирования концепции сознания в научно-гуманистическом подходе к человеку, мы находим его в вероучительных основах христианства и фундаментальных принципах бытия, описанных классической философией. Эти основы совершенно конкретно указывают нам на то, что сознание есть инструмент Духа Божьего в человеке, о чем нам свидетельствует и Закон Божий.

Могут спросить: в чем же проявляется это свидетельство? Будем конкретны и сразу приведем строчки из этого учебника духовной жизни:

«Тело, с помощью органов внешних чувств, дает те или иные впечатления душе, а душа, в зависимости от этого, так или иначе управляет телом, руководит его деятельностью. Ввиду такой связи души с телом эту жизнь нередко называют общим термином: “Жизнь душевно-телесная”». И далее: тело и душа — это еще не весь человек, вернее сказать, — не полный человек. Над телом и душой стоит еще что-то высшее, а именно дух, который часто выступает в роли судии и души, и тела и дает всему оценку с особенной, высшей точки зрения. «Дух, — говорит еп. Феофан, — как сила, от Бога исшедшая, ведает Бога, ищет Бога, и в Нем Одном находит покой. Неким духовным сокровенным чутьем, удостоверяясь в своем исхождении от Бога, он чувствует свою полную зависимость от Него и сознает себя обязанным всячески угождать Ему и жить только для Него и Им». Это как раз то, о чем говорил еще блаженный Августин: «Ты, Боже, создал нас со стремлением к Тебе, и беспокойно наше сердце, пока не успокоится в Тебе» (прот. Серафим Слободской. Закон Божий).

Когда мы читаем, что именно дух в человеке выступает в роли судии и души, и тела и дает всему оценку с особенной, высшей точки зрения, ответ напрашивается сам собой: механизмом, посредством которого это делается, не может быть ничто, кроме сознания. Поэтому хочется еще раз подчеркнуть: сознание есть инструмент мира духовного, посредством которого человек реализует себя в жизни. Сама же картина этой жизни складывается из множества однородных потенциалов сознания других людей, влияние которых друг на друга очевидно, как очевидно единство духовной сферы их бытия.

Если вернуться к философии времен эпохи Просвещения, увидим, что тогда пытались ответить на те же самые вопросы, на которые пытаются дать ответ философы нашего времени: какова природа сознания и как сознание связано с физической реальностью, прежде всего с телом? «Рене Декарт утверждал, что человек является мыслящей субстанцией, способной усомниться в существовании всего, кроме своего собственного сознания, и что сознание, таким образом, несводимо к физическому миру. Дуализм души и тела — точка зрения, согласно которой сознание (дух) и материя (физическое тело) представляют собой две независимые, взаимодополняющие друг друга и равные по значению субстанции. Платон считал, что тело принадлежит материальному миру и потому смертно, тогда как душа является частью мира идей и бессмертна. Он считал, что душа лишь временно привязана к телу, до момента его смерти, после чего душа возвращается в свой мир форм. Душа, в отличие от тела, не существует в пространстве и времени, что дает ей доступ к абсолютной истине мира идей. Дуализму противопоставляется идеализм и материализм. Теория идеализма говорит, что существует только сознание. Идеалисты утверждают, что объекты физического мира не существуют вне их восприятия. Материализм же, в отличие от идеализма, утверждает, что если нечто существует, то оно имеет физический характер. Сознание описывается материалистами как свойство высокоорганизованной материи» (Википедия).

Религиозная философия, в отличие от дуализма и материализма с идеализмом, опирается в этом вопросе не на ограниченный ум человеческого разума, а на Откровение, именно в нем находя обоснование Истине.

Библия — это тот источник информации, который становится доступен людям, настроившим свое сознание на волну божественного глагола и поверившим Его Слову. Если человек не владеет информацией о духовном мире (то есть он не знает, по каким законам живет его душа, где и как зарождается информация, как она воспринимается человеком) — то сознание его наверняка будет работать с большим уровнем погрешности. В этой связи говорить о работе сознания вне целостного библейского мировоззрения просто невозможно. Сознание уже в силу своего определения — «со-знание», — даже если не говорить о механизме его работы и функциональных особенностях, должно восприниматься нами как совокупность знаний на уровне мира проявленного (материального) и мира не проявленного — идеального (существующего в реальности духовной). В противном случае мы сами же и будем ограничивать свое сознание.

В первой книге Библии читаем: «И сказал Бог: да будет свет. И стал свет». (Быт. 1, 3). Евангелие от Иоанна начинается словами: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и слово было Бог».

Что такое слово? какой информацией оно наполнено и какой смысл в себе несет? Владеть информацией — вот что важно! Сама по себе информация — явление совершенно нейтральное, когда она находится на материальных носителях, но как только информация попадает к человеку и воспринимается им, она сразу же попадает в обработку его сознанием и начинает действовать. И, как было замечено выше, одна и та же информация, воспринимаемая разными людьми, может привести к совершенно разным результатам.

От чего будет зависеть реакция на принятую информацию? Все зависит не только от свойств источника информации, но и от того, кто ее принимает. Бог — Слово был явлен миру как Истина, но многие ли пошли за ним? Очевидно, чтобы принять информацию и правильно ею воспользоваться, принимающая сторона должна иметь частоту волны стороны передающей, подобно работе радиоприемника. Только, в отличие от приемника, сознание человека не фиксирует информацию жестко, сразу выдавая ее в эфир, а сохраняет ее в памяти, накапливает, поскольку настройка и прием попадающей к человеку информации идет по множеству разных направлений. Раскрытие информации, то есть действие, происходит только в тот момент, когда воля источника и приемника достигает определенной критической величины (как бы находят друг друга), и в соответствующих условиях информация проявляется на физическом уровне. Так совершаются открытия в науке, так создаются величайшие произведения искусства, так «оформляется» жизнь каждого человека на земле. Человек мыслит, обрабатывает приходящую к нему информацию, накапливает необходимый потенциал и воплощает информацию в жизнь.

Все эти размышления подводят нашу мысль к тому, что сознание проявляет себя именно как функция, занимающаяся обработкой идущей к нему по разным каналам информации. Поэтому одна из задач в определении модели сознания сводится к тому, чтобы понять, в какой функциональной зависимости находятся между собой информация и энергия, откуда человек черпает информацию и какие энергии участвуют в ее обработке.

В духовной практике христианства мало прибегают к понятию сознания, скорее всего, именно оттого, что сознание не есть свойство человеческой души, а лишь инструмент, оперирующий этими свойствами, которые, по нашим представлениям, непосредственно связаны с духовно-нравственным состоянием человека. В процессе поисков модели сознания именно это обстоятельство стало ключевым моментом в его определении.

Очевидно, что сознание ведет себя именно как функция, которая в каждый конкретный момент времени имеет определенную векторную величину, заставляя человека действовать в согласии с его внутренним волевым посылом. Также очевидно, что сознание осуществляет связь духовного (внутреннего) мира человека с миром внешним, который подвергается изменению согласно величине этой постоянно меняющейся силы — нашего сознания.

Вместе с тем нельзя не заметить, что и внешний мир накладывает свой отпечаток на внутренний мир человека, изменяя состояние его души через изменение сознания. В любом случае, чтобы понять, почему человек поступает так, а не иначе, почему он болеет или здоров, почему он счастлив или несчастлив в жизни, необходимо выявить алгоритм работы сознания, в котором основными параметрами являются информация и энергия.

Такой алгоритм показан в книге известного российского ученого, физика-теоретика Г.И. Шипова «Теория физического вакуума», которая вышла уже более двадцати лет назад. Именно на эту книгу хочется обратить внимание читателей, но подойти к ней необходимо критично, поскольку именно по этой книге можно проследить, как полученные открытия в мире естественных наук интерпретируются сознанием ученого согласно своим религиозным убеждениям. Ведь труд ученого — это не только работа ума, заостренного на поиск и открытие естественных законов природы, но и соприкосновение с миром идей и смыслов, заложенных в этих законах. Фильтрацией всей этой информации и занимается наше сознание, которое у всех религиозно.

Так, автор упомянутой книги при всей объективности сделанных им научных открытий приходит к выводам, которые он делает на уровне сознания адептов наукоемких сект. К примеру, дианетики Р.Хаббарда или философской доктрины мадам Блаватской. В представлении этих религиозных культов сам человек и есть сверхсознание, которое он может в себе развить, подчиняясь установкам так называемых «учителей».

Согласно теории о сверхсознании, Г.И. Шипов говорит о сознании, которое зарождается на самом низком уровне развития, и им может обладать не только человек, но и иная природа, вплоть до неживой. Для верующего человека это звучит дико, но мысль автора идет именно в этом направлении. Математические формулы, описывающие состояние физического вакуума методами теории относительности, теоретически могут обосновать алгоритм взаимодействия информационных потоков, не более того, но Шипов трактует их согласно своим духовным убеждениям и говорит о работе сознания, которое подвергается процессу эволюционного развития, и никак иначе. Давайте и мы проследим за мышлением автора теории, в которой, как мне думается, верующий человек найдет для себя зерна истины по данному вопросу, но которые, как это ни парадоксально, ускользнули от самого автора.

По Шипову получается так: «Человек оказывается способным получать знания из банка данных “напрямую”, и именно те, которые его интересуют». Он пишет: «Исследуя процесс создания нового в науке, известный английский математик Р.Пенроуз приходит к выводу, что восприятие новых научных истин выдающимися учеными происходит не в результате логической работы ума, а посредством прямого подключения к некоторому первоначально заданному источнику знаний. В этом состоит акт вдохновения, сопровождающий творческую работу в любой сфере деятельности человека... Формирование научного мировоззрения является следствием эволюции сознания человека, а эволюция так же неотвратима, как смена дня и ночи. Поэтому научная картина мира нового тысячелетия должна отражать реальность более полно, включая сознание человека...» (Шипов Г.И. Теория физического вакуума: Теория, эксперименты и технологии. М.: Наука, 1997).

В приведенном отрывке важными для нас, пожалуй, являются слова о том, что научная картина мира не может отражать реальность нашего бытия, если она не включает в себя сознание человека. Только весь вопрос будет вновь и вновь сводиться к тому, что же представляет собой сознание и как оно работает. Формирование научного мировоззрения происходит постоянно, а вот эволюции сознания почему-то не происходит. Более того, очень многие ученые в своей попытке подключиться к некоему первоначально заданному источнику знаний очень часто теряют и то сознание, которое помогало им критически мыслить. Они просто теряют разум или неожиданно умирают при очередной попытке подключиться к «вселенскому банку данных», так и не успев повысить уровень своего сознания. Наука такие случаи нам объяснить не может. Зато очень подробно говорит об этом Православие, которое подразделяет мир духовной реальности (откуда мы черпаем информацию) на мир ангелов света и падших ангелов (демонов). Информация именно из этих миров постоянно соприсутствует человеку, и выборку этой информации он делает согласно уровню собственного сознания.

Прп. Серафим Саровский так говорил о падших ангелах: «Они гнусны, их сознательное противление благодати обратило их в ангелов тьмы, в невообразимые чудовища. Но, будучи по природе ангелами, они обладают необъятным могуществом. Малейший из них мог бы уничтожить Землю, если бы Божественная Благодать не делала бессильными их ненависть против Божия творения; но они пытаются погубить тварь изнутри, склоняя человеческую свободу ко злу».

«Одним из главных образов воздействия нечистых духов на людей является воздействие на их мысленную сферу путем привнесения туда различных греховных помыслов. Находясь вне досягаемости для телесных чувств человека, демоны, воздействуя на его ум, привносят туда различные мысли, которые индивидуум, не ведущий духовную жизнь, принимает за свои. И если он принимает их и соглашается с ними, то через это становится проводником чужой злой воли, постепенно овладевающей им всецело...

Воздействуя на волевую сферу души человеческой, демон как бы лишает человека сил, энергии, способности к решительным действиям и всякому действию вообще, но опять же при молитве отходит, будучи побежден силой Христовой...

Одновременно необходимо отметить, что падшие духи могут наделять своих служителей особым демоническим видом энергии, которая позволяет покорным исполнителям воли сил зла неутомимо работать на ниве умножения греха. Но в силу своей деструктивной сущности, лишенные способности к созиданию бесы в конце концов уничтожают и своих последователей...

Ведя с верующими во Христа постоянную и ожесточенную брань, дух злобы, однако, никогда не насилует человеческой свободы, а прибегает к чарующим обольщениям и лукавым советам и убеждениям. Потому с помощью Благодати Божией христианин может с успехом отражать все вражьи нападения через сердечное призывание имени Иисусова и через крестное знамение, от которого трепещут демоны. При упорной бесовской брани бывают необходимы молитва и пост, которые поддерживают и подкрепляют силы души, а также духовное бодрствование (борьба с греховными помыслами), при котором духовному борцу легче бывает подметить все искусительные дьявольские ухищрения и вовремя их отразить. Сам Спаситель преподал правило, как изгонять злых духов: «Сей род ничем же может изыти, токмо молитвою и постом» (Мк. 9, 29)» (О том, как грех вызывает наказание. М.: Сибирская благозвонница, 2008).

Окончание следует.







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0