Странные совпадения

Илья Борисович Криштул родился в 1964 году в Москве. Учился в МГПИ им. Ленина, работал в кино. Печатался в «Литературной газете», журнале «Вокруг смеха», профсоюзной газете «Солидарность», а также в зарубежных изданиях. В журнале «Москва» публикуется впервые.

Соперницы

В таком огромном «Детском мире» Олечка Бунеева еще не бывала. Да и мама, которая ее сюда привела, тоже, поэтому отдел детских платьев они искали долго. Первым его издалека увидела Олечка, и такой восторг заплясал в ее глазенках, что мама перестала жалеть будущие потраченные деньги. «Никакими деньгами не измерить детскую радость…» — так думала мама и не заметила, что восторг вдруг сменился слезами, а радостный смех — жалобным подвыванием. Объяснилось все просто — навстречу им шла Ирочка Канделябрис, подруга Олечки по детскому садику, тоже с мамой, а в руках… А в руках счастливая Ирочка держала вешалку с прекрасным розовым платьем, тем самым, ради которого Олечка с мамой сюда и приехали. И, что самое ужасное, это платье было последним, о чем Ирочка, конечно, Олечке сразу и сказала. Надо отдать Олечке должное — истерика у нее началась не сразу. Сначала кассирша упаковала платье в блестящий, тоже розовый, пакет, потом с улыбкой отдала его Ирочке, та обернулась и… Вот этого взгляда Олечка уже не выдержала. Пять испуганных продавщиц в течение часа пели и танцевали для нее, старший менеджер магазина подарил три мягкие игрушки, платье обещали привезти прямо домой и — это уже для мамы — с огромной скидкой, но все было бесполезно. Успокоило Олечку только вкусное бесплатное мороженое и данное самой себе обещание никогда — НИКОГДА! — не дружить с Ирочкой Канделябрис.

В этом огромном автосалоне в центре Токио Ольга Бунеева, ныне Пересыпкина, еще не бывала. Да и муж, который ее сюда привез, тоже, поэтому нашумевший, разрекламированный и обещанный ей мужем розовый «бугатти» они искали долго. Первым его издалека увидела Ольга, и такой восторг заплясал в ее цветных контактных линзах, что муж перестал жалеть будущие потраченные деньги. «Никакими деньгами не измерить…» — начал думать муж, как вдруг Ольга резко остановилась. Объяснилось все просто — в розовом «бугатти», в уже почти ее, Ольги, розовом «бугатти», сидела Ира Канделябрис, а рядом, в окружении услужливых менеджеров автосалона, стоял Ирин муж и подписывал какие-то бумаги, роняя кредитные карточки. Ольга поняла: розовый «бугатти» уплывал к другим берегам. Надо отдать ей должное — в автосалоне истерики не было. Она случилась позже, в гостинице, и только самое дорогое мороженое города Токио в самом дорогом ресторане этого же города сумело слегка ее успокоить. Там же, в ресторане, Ольга дала себе слово никогда не жить с Ирой Канделябрис в одном городе и даже заставила мужа оставить какую-то мелочь симпатичному официантику.

В нью-йоркском торговом зале аукционного дома «Сотбис» Ольга Пересыпкина еще не бывала, да и шофер, который ее вез, тоже, поэтому зал этот они искали долго. Первым его издалека увидела Ольга, и подвески из розового золота, принадлежавшие пятьсот лет назад какой-то французской королеве, уже начали плавно перемещаться из каталога «Сотбис» в Ольгину коллекцию драгоценностей, как вдруг она заметила ненавистный розовый «бугатти», стоящий у самого входа в зал. Сама Ира Канделябрис, видимо, была внутри и уже держала в своих мерзких, неухоженных руках королевские подвески из розового золота. Ольга даже не стала туда заходить. Позже, в ресторане, поедая эксклюзивное мороженое, Ольга Пересыпкина поклялась никогда больше не жить с Ирой Канделябрис в одной стране.

В ритуальном агентстве, расположенном на окраине Подольска, пенсионерка Ольга Борисовна Пересыпкина еще не бывала, а какой-то нерусский подольчанин так хорошо объяснил дорогу от остановки, что бедная Ольга Борисовна еще два часа искала этот неприметный подвал. Найдя его и попав наконец внутрь, Ольга Борисовна сразу увидела то, зачем она ехала сюда из своего Гольянова. «Гроб розовый уцененный», — было написано на ценнике. Соседка не обманула — гроб был очень дешевый, и Ольга Борисовна подозвала продавца. «А этот товар продан, — скорбно сказал продавец. — Соболезную». «Я даже знаю, кто его купил», — ответила Ольга Борисовна и вышла на улицу. Ожидая обратный автобус, она смотрела на ларек с мороженым и молилась об одном: умереть на день позже Иры Канделябрис.

На похоронах Ольга Борисовна не плакала. Во-первых, больше проститься с Ирой Канделябрис никто не пришел, так что Ольга Борисовна была вся в похоронных хлопотах и ей было не до слез, а во-вторых… Во-вторых, не хотелось ей плакать. Ей хотелось вернуться в тот огромный «Детский мир», в котором Ирочка Канделябрис купила розовое платье, то самое, ради которого туда приехала маленькая Олечка Бунеева. И чтоб Ирочка была счастливая и держала в руках розовый пакет с платьем, а Олечку продавщицы бесплатно угощали мороженым — самым вкусным мороженым в ее жизни… А рядом бы стояла Олечкина мама… И чтобы все еще было впереди и это все было хоть немного другим… Но все равно розовым.
 

Странные совпадения

Что-то в последнее время я стал много всего подозрительного в окружающей жизни подмечать. Возраст, наверное, сказывается. Или вспышки на Солнце. Причем все мелочи какие-то замечаю, раньше бы и внимания не обратил, а сейчас… Например — я в универсаме у дома всегда боржоми беру, для здоровья. А тут авария на водопроводе случилась и воду на четыре дня отключили. И боржоми сразу пропало. Воду включили — боржоми появилось. Совпадение? Может быть. Но, как говорится, осадок остался. Меньше, чем в боржоми, конечно, но все же…

Напротив универсама магазин хороший был — «Настоящие джинсы из США». Я там всей семье джинсы покупал. Закрылся Черкизовский рынок навсегда, и магазин этот закрылся. Через неделю, правда, но тоже навсегда. И вьетнамцы, которые там в подвале жили, исчезли вместе со своими швейными машинками. Уж не знаю, чего они там шили на них. И участковый милиционер, в смысле околоточный полицейский, стоит у закрытых дверей — грустный-грустный. Я еще спросил, чего он грустит. Да деньги, говорит, нужны, а эти съехали. Я так и не понял, какая связь между его деньгами и исчезновением вьетнамцев. Может, они ему взаймы обещали…

Через пару дней, правда, в этот подвал декхане какие-то заехали, целый аул. И околоточный, смотрю, повеселел. Декхане на рынке торгуют, он их навещает раз в месяц и вскоре машину новую купил. Мы с женой решили, что их как переименовали в полицейских, так сразу зарплату увеличили, чтоб они взяток не брали. Они и не берут. Наверное.

Я как-то, кстати, к ним на рынок ходил, суповой набор дешевый покупал, для собаки. Смешно получилось — передо мной мужик наборов сорок взял, я еще подумал, что это директор собачьего приюта отоваривается. А вечером мы с женой в японский ресторан пошли, заказали дорогущее мраморное мясо. Нам это мясо сам шеф-повар вынес. Смотрю — лицо знакомое. И от мяса запах знакомый, не очень японский… Тот самый мужик с рынка оказался, я потом вспомнил. Случайность, конечно, но аппетит пропал почему-то.

Домой вернулись, сели перед телевизором, там говорят: «В Череповце обанкротился крупнейший завод». И рабочих показывают, которые год без зарплаты. Ужас, конечно, жены воют, дети плачут, прокурор проверкой грозит. А на следующее утро показывают хозяина этого обанкротившегося завода. Он в Ницце на яхте катается, говорит, что всю жизнь на эту яхту копил. Прокурор молодец, уже тоже в Ницце; видно, на хвосте у этого мошенника сидел, но в России прищучить не мог. А уж в Ницце он всю бухгалтерию завода изъял, все бумаги поднял и счета заморозил. Нарушений, правда, не выявил и от стыда там же, в Ницце, и остался. Вот совпадение — один людей без денег оставил, второй всю жизнь на страже закона, а вынуждены вдали от родины в одном городе жить и даже яхты у них рядом стоят. Рабочих только жалко, с детьми и с женами…

Президент тут выступал, сказал, что не допустит появления криминальных структур на строительстве олимпийских объектов в Сочи. А сразу после президента — тоже совпадение! — криминальные новости. Диктор говорит: «В Сочи прошла сходка воров в законе, которые делили олимпийские объекты, подряды и будущую прибыль». И лица что в окружении президента, что на этой криминальной сходке подозрительно одинаковые… Случайность, конечно, но верить-то кому — президенту или диктору?

Вот вся жизнь у нас в России на таких совпадениях построена. Зима совпадает с началом снегопадов, а весна — с паводком. Новый год совпадает с повышением тарифов на все, а любой выход из дома — с разгулом уличной преступности. Жаль только, что разгул уличной преступности никак не совпадет с выходом полицейских на работу. Да и начало снегопадов не совпадает с началом уборки снега… Но верить надо только в лучшее. Я, например, верю, что скоро, очень скоро звезды над Россией совпадут и благосостояние народа увеличится в несколько раз. Даже, может быть, достигнет уровня благосостояния Чубайса. Почему именно Чубайса? Потому что слова «Чубайс» и «благосостояние народа» совпадали уже много раз. Главное, чтобы резкое увеличение благосостояния народа не совпало со смертью этого народа от голода. Так тоже уже совпадало…
 

Найди меня
(телепередача)
 

Ведущий (плачет). Добрый вечер… Наш телефон в Москве… Да его и так все знают. Звоните. Итак, мы начинаем…

Ведущая. Добрый вечер… Адрес нашего сайта… Но у тех, кто нас смотрит, все равно нет ни компьютера (рыдает), ни даже интернета…

Зрители плачут и аплодируют.

Ведущий (успокоившись). Вы знаете, нас смотрят в Израиле, в Бурятии… И вот однажды… (вытирает слезы) мы получили письмо из села Коленова, что в Воронежской области. Автор письма — Ирина Филоненко, а писала его… (смотрит на конверт) Нина Сергеевна. Это письмо так потрясло нас (успокаивает ведущую, у которой истерика), что мы пригласили автора сюда, к нам на передачу.

Среди зрителей плачет Ирина Филоненко. К ней подходит ведущий.

Ведущий. Добрый вечер. Успокойтесь… Расскажите нам свою историю…(сморкается.) Кого вы ищете?

Ирина. Здравствуйте… Сейчас… (вытирает слезы.) Я ищу мужа… Он пропал три года назад, вечером… Я сидела в комнате, смотрела в телевизоре сериал про любовь…

Ведущая. Какой это был сериал, это важно…

Ирина. Там пели… А она убежала, но он нашел ее в доме у родителей, а ее отец сказал… (всхлипывает.) Не могу рассказывать, очень тяжело…

Ведущий. Да…(закрывает глаза руками.) Это, наверное, «Кармелита»…

Зрители плачут и аплодируют.

Ирина. Рядом со мной сидел муж. Во время рекламы он встал и сказал, что пойдет на кухню попить воды. И он ушел. Реклама кончилась, но муж не вернулся. Потом кончился сериал, но мужа все не было. Прошел день, сериал начался снова, а муж… (плачет.) И тогда я решила пойти его поискать, но его нигде не было, ни в кресле, ни на кровати… Я села обратно, стала ждать и смотреть сериал… А потом я написала вам в передачу… Может, вы поможете найти моего мужа…

Ведущая (сквозь рыдания). Мы постарались…

Ведущий. Как зовут вашего мужа?

Ирина. Баро… Ой, нет, это из сериала… Дима… Я звала его «зая», он откликался… А фамилию я не знаю… Может, такая же, как у меня…

Ведущий. А у вас есть фотография Димы?

Ирина. Нет… У меня есть фотография одного артиста из сериала, он очень похож…

Ведущий. Покажите сюда, на камеру… Да, похож… Нас смотрят в Израиле, в Чувашии… Встречайте — Дима, ваш муж.

Зрители плачут и аплодируют. Входит Дима. Он плачет. Ирина обнимает Диму. Плачут все.

Ведущий. Дима, расскажите нам свою историю. Где вы были все эти годы?

Дима (вытирает слезы, сморкается). Я жил в селе Коленове, в Воронежской области, в нашем с Ириной доме. Ходил на работу… Женился на хорошей женщине… (плачет.) Ира, моя первая жена, смотрела «Кармелиту» и не замечала меня… А я забыл, что она сидит у телевизора… (снова плачет.) Сначала я искал ее, звал… Писал вам в передачу… А потом развелся и женился заново… Мы с новой женой так привыкли, что какая-то женщина сидит у телевизора, что не обращали на нее внимания. Мы ведь тоже смотрели «Кармелиту». У нас, по-моему, даже родился какой-то ребенок… В тот день, когда Кармелита поругалась с Миро…

Ирина. А где твой шрам, Дима? У тебя же на лбу был шрам…

Ведущий. Мы провели специальную генетическую экспертизу и выяснили, что шрам был у подлеца Лекса из «Кармелиты». Помните, Миро рассек ему лоб кнутом? Как хорошо, что вы наконец нашли друг друга… (плачет.) Мы так рады за вас… Нас смотрят в Израиле, в Туве…

Ведущая. И оказывается, в Воронежской области… А на ком вы женились, Дима?

Дима. На Ленке Кругловой.

Ирина. Я видела ее как-то у телевизора, она тоже смотрела сериал… Там как раз у Кармелиты пропал муж, ушел из табора… У меня тоже пропал, ушел из комнаты…

Зрители плачут и аплодируют.

Ведущий. Возвращайтесь домой, Дима. Женщина у телевизора и была вашей женой, которую вы потеряли. Постарайтесь больше никогда не расставаться с близкими людьми. Будьте рядом с любимым человеком даже во время рекламных пауз! Не ходите по одному пить воду, вы можете никогда больше не увидеть своих родных! А нас по-прежнему смотрят в Израиле, в Дагестане…

Ведущая (рыдает). И в Воронежской области… Наш телефон… Триста шестьдесят семь… Какие-то еще цифры… Не могу говорить… До свидания, пишите нам, звоните…(выбегает в слезах из студии.)

Ведущий (вытирает глаза платком). Спасибо большое всем… Всем, кто теряется и потом находится… Всем, кто снимает сериалы, и особенно тем, кто их смотрит…

Зрители плачут, аплодируют и расходятся. В селе Коленове плачет Ленка Круглова. Она смотрит сериал и ждет Диму. В поезде Москва–Воронеж плачет Дима. Он опять потерял Ирину, которая плачет в соседнем купе с проводником, потерявшим свой вагон. Заплакал машинист тепловоза и потерял свой тепловоз. Плачет Кармелита. Плачет страна…
 

Резюме
соискателя на получение должности главного юриста Гусева Б.С.
 

Я, Гусев Б.С., родился в тихом и зеленом городе Москве в 60-х годах прошлого века, где и живу почти в центре, по индексу 105043. Уточнить дату рождения можно у моего нынешнего работодателя, директора всего общепита в кафе «Лакомка», хоть он и не говорит по-русски, но человек очень хороший и паспорт обещал вернуть. Участковые (милиционер и доктор Сергей Николаевич) мною в известность по поводу паспорта поставлены, а я в свою очередь поставлен ими в известность на учет в какое-то заведение с окнами, они сказали, что это биржа труда. Непонятно только, почему на бирже труда мне колют болезненные уколы и заставляют пить несладкие таблетки, а из работы предложили только мыть полы в женском туалете, на что я с радостью согласился, но до обеда, потому что потом я в «Лакомке» нужен, там тоже полы после обеда грязные, посетители столько грязи нанесут, что ужас.

Школу я окончил в 1998 году уже разведенным мужчиной и сразу поступил на юридический факультет МГУ, на должность слесаря-сантехника. Окончив в 2000 году МГУ на той же должности за мелкую кражу, я начал работать главным юристом и уже в 2002 году в списке самых богатых людей мира, составленном журналом «Forbes», занял почетное 5 879 432 574-е место с годовым доходом 4156 рублей 54 копейки, на 53 копейки опередив свою гражданскую жену Зину, тунеядку. За время работы главным юристом я сменил 145 организаций и принял участие в 145 судебных процессах, которые проиграл, приобретя огромный судейский опыт. Этот опыт пригодился мне в моих последующих 57 процессах, которые я тоже проиграл, опять приобретя опыт, сын ошибок трудных (да, стихи я тоже пишу). После этого главным юристом в Москве меня на работу не брали, даже дворником на рынок, зато хорошие случайные знакомые предложили должность главного бухгалтера в компании «Иванкорп», которая занималась всяким бизнесом. Спустя три месяца там чего-то случилось и компания «Иванкорп» прекратила заниматься всяким бизнесом, а меня отправили в важную командировку в Читинскую область, где я и провел последующие три года общего режима с конфискацией. Во время командировки я познакомился со знаменитым экономистом Ходорковским, который охотно начал заниматься со мною математикой, экономикой и юриспруденцией. Через три минуты после начала занятий г-н Ходорковский предложил мне выкопать подземный туннель до Израиля и покинуть Читинскую область с целью продолжения образования в Иерусалимском университете, так как я чертовски талантлив. Копать я начал незамедлительно, потому что когда еще побываю в Израиле, но ко мне сразу подошли неизвестные мужчины в форме, поинтересовались здоровьем и сделали физическое замечание резиновыми дубинками, после чего я попал в больницу и в командировку уже не вернулся, а вернулся в Москву, на свою жилплощадь по указанному выше индексу, с целью получения инвалидности, которая у меня и так была после падения с высоты собственного роста по пьянке во втором классе. Из документов к этому времени у меня были военный билет моей гражданской жены Зины и ее же детские рисунки, по которым устроиться на работу оказалось очень сложно. Меня последовательно не взяли главным юристом в Кремль, в патриархию, в Думу и в ФСБ, поэтому я и вынужден работать в кафе «Лакомка» просто юристом, но со странными обязанностями.

Уважаемый Барак Обама! Взяв меня на работу главным юристом США, Вы приобретете не просто ценного и толкового работника, имеющего огромные связи в деловом мире Первомайской улицы (Ваня с 28-й квартиры, Руслан из 33-й), но и кристально честного человека, любящего рэп, баскетбол, афроамериканцев и всегда стоящего на страже всего. Ведь люди типа меня, входящие в список самых богатых людей журнала «Forbes», о чем я уже писал выше, воровать прекращают, так как уже нечего и незачем, хотя лишний рубль никогда не помешает. И не забывайте, что я приеду к вам из страны, в которой ведется суровая борьба с коррупцией и за взятки сажают всех, невзирая на должности. Даже депутата за взятку могут посадить на место мэра или губернатора, а самого мэра или губернатора сошлют в ссылку в далекую, а если взятка большая, то и в теплую страну.

И последнее. Зарплата в 4 (зачеркнуто) 5 (зачеркнуто) 7 тысяч рублей (зачеркнуто) долларов (зачеркнуто) евро (зачеркнуто) 8 тысяч в какой-нибудь достойной меня валюте плюс еда, одежда и проживание у Вас в Белом доме меня вполне устроят. Жену Зину я могу взять с собой, но если у вас там есть чего поновей, посимпатичней и без запаха, в наказание (она знает за что) оставлю в Российской Федерации и буду навещать по средам чартерными рейсами, но не каждую неделю, я же не железный. Резюме это передаю с оказией через одного знакомого, его все равно из России высылают, и он в Ваши края собирается поработать. Вы ему там помогите первое время, но барсетки, свою и жены, подальше держите, он в основном по ним работает. Прошу отметить мою изумительную грамотность, которой я достиг, ежедневно анализируя сказки народов Севера на Ярославском вокзале. Жду от Вас положительного решения по телефону 367-47-21 добавочный 2, Ирина, звонить после обеда, позвать Нину Сергеевну, а она уже позовет меня, если я не пьяный.

С уважением, искренне Ваш Гусев Б.С., родившийся в тихом и зеленом городе Москве в 60-х годах прошлого века.
 

Вокруг Солнца

Отдав монстру по имени ЖКХ половину пенсии, расстроенный Широков вышел из сберкассы и сел в свои «жигули». В боковое стекло сразу постучали. Давно запрещенный парковщик протянул Широкову давно запрещенную квитанцию и замер в ожидании денег. Их мэр еще не запретил.

— Вас же нет, я по телевизору видел, — сказал Широков, протягивая 100 рублей.

— Все относительно. Сегодня меня нет, завтра тебя, послезавтра телевизора, — ответил парковщик и канул вместе с деньгами.

Широков еще больше расстроился и, едва отъехав от сберкассы, совершил маневр под названием «разворот». Через минуту сытый и перегарный гаишник перечислял Широкову его преступления, которые потянули, после ожесточенного торга, на 345 рублей.

— Я бы и 330 взял, — сказал гаишник, убирая деньги, — но у меня начальник — зверь. Если мало занесу, завтра буду на проселочной дороге трактора считать.

— Так с коррупцией же сейчас борьба какая, Медведев говорил… — просто так сказал Широков.

— Надо не с коррупцией бороться, а с начальниками, — ответил гаишник и ушел.

Доехав наконец до дома и поставив машину, Широков купил себе бутылку пива и сел на лавочку возле подъезда. Он сделал только один глоток, когда к нему подошли два милиционера.

— Здесь распивать нельзя, — сказал первый милиционер.

— Штраф 150 рублей, — добавил второй.

— Я что, не могу в своей стране, в своем городе, возле своего дома выпить пива? — изумился Широков.

— Можете, — сказал первый милиционер.

— Но за 150 рублей. Дальше будет дороже, — добавил второй.

Когда разбогатевшие милиционеры ушли, Широков задумался. Что он, простой гражданин и честный налогоплательщик, может сделать в своей стране бесплатно? Получается, что только умереть. И что ему, простому гражданину и честному налогоплательщику, в этой жизни от родного государства досталось просто так? Кроме сердечных приступов после встречи с чиновниками, конечно. Рождение? Нет, отец говорил, что врачу тридцатку сунул, по тем временам очень хорошо. Про рождение своих детей, так же как и про бесплатную медицину с таким же образованием, Широков даже вспоминать не стал. Он один раз бесплатно гайморит лечил, даже машину новую продал, все равно не хватило, пришлось потом в платную клинику идти. Квартиру он купил, про бесплатные путевки только читал, бесплатную «скорую помощь» видел в старых, еще советских, фильмах… Недавно, правда, он ходил в кинотеатр на бесплатный сеанс для пенсионеров, но, купив в буфете бутерброд за 300 рублей и кофе за 200, Широков понял, что и здесь его обманули. Позволяют еще бесплатно дышать российским воздухом, но это или у правительства пока руки не дошли, или такой воздух даже наше правительство продавать стыдится. Бензин Широков покупает по самой дорогой в мире цене, хотя он из родной широковской земли добывается, с газом то же самое, но тут хоть понятно, куда деньги идут, судя по футбольной команде «Зенит» и по газпромовским небоскребам. Вот куда уходят деньги за свет, Широков никак понять не мог, несмотря на то что один раз видел по телевизору усадьбу Чубайса. А цены на еду на родине как кусаются! Даже в Париже-Лондоне, по слухам, они не так кусаются, как на родине. Их даже ценами назвать трудно — бультерьеры какие-то. Например, мясо, которое Широкову необходимо для поддержания некоторых функций стареющего организма. Если смотреть на ценник, то получается, что оно, это мясо, раньше было очень богатым и уважаемым новозеландским аборигеном. Это ж не какая-то там курица, которую убил, в машину кинул и в магазин привез. Но выращивать кур государству, наверное, неинтересно, интересней мясо из Новой Зеландии везти. А качество… Ну, может, они все там, в Зеландии, жилистые и с запахом. Потом Широков вспомнил про тамбовскую картошку, которой на рынке торгуют явно не тамбовские товарищи и не по тамбовским ценам, вспомнил зачем-то про загадочное «одно окно» в не менее загадочном ЕИРЦе, про то, как он получал разрешение на строительство баньки на своей даче… Дорого обошлось разрешение, очень дорого, столько местных чиновников набежало блюсти законность, и у всех семьи, дети… Да за те деньги, которые Широков в конверте сунул только местному главному пожарному, Сандунов в свое время отгрохал шикарные бани в центре Москвы! Широков допил пиво и грустно посмотрел на небо. Там сияло солнышко, плыли какие-то белые образования из ближайшей трубы, в вышине красиво парила ворона, примериваясь спикировать на мусорные баки… И вдруг Широков улыбнулся. Нет, не все так беспросветно на его милой родине! Пусть вместо облаков по небу плавают образования, вместо чаек летают вороны, государство мешает жить своим гражданам, а милиция пересажала всех бандитов и прочно заняла их место. Зато он, простой гражданин Широков, совершенно бесплатно, каждый год совершает круиз на планете Земля вокруг Солнца, а в ночное время, в качестве бонуса, еще и любуется далекими звездами! И никто его с планеты не ссаживает, не требует оплатить проезд, в смысле пролет, и даже не просит доплату за какую-нибудь силу притяжения! Широкова так обрадовало это явное упущение властей, что он забыл про все свои сегодняшние неприятности. «Надо срочно купить специальный солнечный телескоп, — подумал Широков, — пока Госдума не просекла, что электорат на халяву летает вокруг Солнца, и не придумала на это налог». И радостный Широков снова пошел в сберкассу — снимать деньги на покупку телескопа. Не знал бедный Широков — да и откуда он мог знать? — что на столе у президента уже лежит указ «О физических лицах, совершающих облет Солнца на планете Земля и находящихся при этом на территории Российской Федерации». Очень хороший указ, выгодный для государства. И доплата за силу притяжения там предусмотрена, в зависимости от веса физического лица. Во власть наконец-то пришли умные, образованные и умеющие считать люди. К сожалению для простого гражданина и честного налогоплательщика Широкова…
 

Серьезные люди

«В Думу пришли серьезные люди», — сказали Лепешкину по телевизору. «Значит, раньше там смешные человечки тусовались…» — понял Лепешкин и переключился на другую программу. Выступал мэр города. «В этом году на культуру и спорт ушла серьезная сумма», — вещал мэр. «А дошла смешная денежка», — подыграл мэру Лепешкин и включил криминальную хронику. «Подошли серьезные ребята, выхватили портфель с деньгами и убежали…» — рассказывал какой-то мужчина, видимо потерпевший. «В Думу побежали, к своим… Там все серьезные, затеряться легко», — решил Лепешкин, а на экране появилась милиционер-женщина в очках без стекол. «Серьезный мужчина в дорогом костюме зашел в ювелирный магазин, запугал охрану и вынес золотые украшения на серьезную сумму», — сообщила она Лепешкину. «В ювелирные надо пускать только смеющихся детей в шортиках и по одному, чтоб охрану не пугать. А торговать там мороженым по двадцать копеек — пусть выносят», — подумал Лепешкин, и женщина-милиционер продолжила: «Серьезная перестрелка произошла на 3-й Парковой улице. Двое пострадавших с серьезными ранениями доставлены в больницу». «А какая у нас во дворе вчера веселенькая поножовщинка была! Пятерых пострадавших с ранками-обхохочешься в морг увезли…» — вспомнил Лепешкин. По телевизору уже выступал главный банкир страны. «В нашей стране любой серьезный человек может получить в банке серьезный кредит для серьезной покупки», — говорил банкир.

Лепешкин работал клоуном. Ему позарез была нужна свистулька.

В этой стране Лепешкину ничего не светило.
 

Валерины думы

В десять часов утра, как обычно по будням, Валера начинал думать мысль. В этот раз она, эта мысль, была о травинке. «Вот травинка, — думал Валера. — Она ведь такая на вид тонкая, беззащитная, даже милая… Но асфальт пробивает! А вот я, Валера, могу пробить асфальт? Нет. Но я могу сорвать травинку! Значит ли это, что я, Валера, сильней асфальта? Или я всего лишь сильней травинки? Или я просто человек, который может сорвать травинку, растущую сквозь асфальт? А если я не буду ее рвать, значит ли это…» Мысль на этот раз попалась сложная, постоянно растекалась во все стороны, и Валера не успел додумать ее до обеда, а после обеда забыл. Вернее, не забыл, а его сбили с этой мысли какие-то люди, обсуждавшие будущий полет человека на Марс.

Отобедав, Валера удобно устроился в своем кресле и начал новые размышления. «На Марс лететь несколько лет, а обратно дольше, потому что против солнечного ветра. По-моему, есть такой. Еда, вода, нет, воду они там как-то из мочи добывают, несколько людей плюс доктор…» Тут Валера остановился и прямо в середине мысли, как умел только он, задумался о другом. Решив через несколько минут, что доктора можно причислить к людям, Валера продолжил мысль о полете. «Оборудование, топливо туда-обратно и еще год надо там, на Марсе, провести, разведать все, застолбить, флажков навтыкать, нефть и газ обнаружить, образцы погрузить… Денег огромное количество нужно, одна Россия такое не потянет, если только Газпром поможет… А надо, чтоб потянула, чтоб мы первые там оказались… А может, для экономии, только туда?..» Мысль была хорошая, и особенно Валере нравилось, что она государственная. Но и ее до конца додумать Валере не дали. Наступило шесть часов вечера, рабочий день Валеры закончился и его отпустили домой.

А работает Валера депутатом в Государственной думе. Он хороший депутат и большого вреда родине, в отличие от других депутатов, не наносит — взяток и откатов не берет (ему, правда, никто и не предлагает), свой бизнес не имеет и, соответственно, ничего никуда не проталкивает, по регионам и заграницам за государственный счет не летает, ему интересней на даче покопаться, а голосует он так, как старший товарищ по партии скажет. Его даже обещали и на следующий срок в депутаты взять, если он опаздывать на работу не будет. Иногда он, правда, кого-то с кем-то знакомит, просят же люди, и Валеру за это в ресторан или сауну ведут. И конверт хороший суют, толстый. Жена, правда, ругается, когда мужа пьяного домой приносят, но, увидев конверт, быстро оттаивает.

Обходится Валера народу России примерно в 300 000 рублей в месяц плюс бесплатные мобильник, лечение, проезд-пролет, отдых, да и пенсия хорошая будет. И по мелочи там еще набегает. Жена Валеры очень всему этому радуется. Народ России, наверное, тоже. А остальные про российского Валеру, к счастью, не знают, у них свои валеры есть. Но они, остальные, с этими своими валерами потихоньку разбираться начинают…
 

Смерть подвижника

На 29-м году жизни скончался Ефимий Никодимский, автор книг «Как прожить до 100 лет», «О правильном питании», «Почему вредны алкоголь и табак», «Жить без болезней» и многих других, ученый, исследователь, подвижник и ярый популяризатор здорового образа жизни. Все отпущенное ему время он исповедовал раздельное питание, в любую погоду ходил босиком, принимал ледяной душ и даже летом плавал в проруби. Ангина, простая ангина сгубила этого замечательного человека. Богатырский и закаленный (а не истощенный, как заявляют медики) организм не выдержал нервного напряжения последних месяцев. Развязавшая травлю ученого семья не понимала его, не принимала его учение, отказывалась вести здоровый образ жизни и выбрасывала пищу, приготовленную Ефимием, в мусорное ведро. Последней каплей стал запрет на растирание смесью из коровьего и конского навоза, которое Ефимий применял в последние дни, борясь со смертельной болезнью. Блестящий ученый ушел из жизни непонятым родными людьми, но так и не предал свое учение, показав пример стойкости своим ученикам. Уже находясь на смертном одре, он отказался принимать из рук родственников так называемые лекарства, хотя они, эти родственники, действовали грубым, силовым методом, с привлечением психиатров и милиции. И даже на похоронах эти варвары устроили скандал! Прадед покойного, 106-летний Илья Борисович, заметив группу последователей Ефимия и находясь под воздействием табака и тяжелых алкогольных напитков, схватил всю группу (16 человек) и выбросил за забор кладбища. А ведь их всего на один час отпустили из больницы! Все они уже давно ведут здоровый образ жизни и недавно получили инвалидность 1-й группы! Как потом выяснилось, Илью Борисовича возмутила попытка учеников Ефимия помянуть покойного, выпив при этом чайную ложку растительного масла и закусив корнями одуванчика. Пожилой человек, к сожалению, не читал книг правнука и не знал, что растительное масло, выпитое утром вкупе с корнями одуванчика, прекрасно выводит из организма шлаки, поднимает жизненный тонус и дает положительный заряд на весь день! Сам ушедший от нас Ефимий в течение последних двух лет предпочитал именно такую пищу! Все это пытались объяснить Илье Борисовичу ученики Ефимия, но старый и, по-видимому, смертельно больной и глухой человек никого не хотел слушать. Два санитара еще в течение часа собирали плачущих от обиды последователей Ефимия, которых разметало ветром по огромному пустырю за кладбищем. Когда их грузили в багажник больничной «Нивы», один из последователей, собравшись с силами, пробормотал: «Дикая страна… Дикие люди…» Эти слова, произнесенные почти шепотом, услышал Илья Борисович и, несмотря на сильную никотиновую и алкогольную интоксикацию, перевернул автомобиль вместе с пассажирами, тяжелобольными людьми, исповедующими здоровый образ жизни. Действительно — дикая страна, дикие люди…

 

Комментарии







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0