«Осиянное слово» (Московский межвузовский литературный форум им. Н.С. Гумилева)

Алина Богачева

Алина Юрьевна Богачева родилась в Мурманске. С отличием окончила Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов по специальности «Бухгалтерский учет, анализ и аудит». Работает бухгалтером.
Одна из победительниц литературного конкурса фестиваля «Трасса» — «Знаки» 2008 и 2009 годов, лауреат Мурманской областной премии К.Баева — А.Подстаницкого в номинации «Поэзия». В 2009 году вышла книга стихов «Каждая третья».

* * *
Спасите тех, кто одинок зимой,
кто пьет постылый день пустынных улиц.
Они, как прежде, снова промахнулись,
идут, никем не жданные, домой.
 
Спасите тех, кто одинок в толпе,
кто дни считает по своим зарубкам,
и девчонки — Верка, Надька, Любка —
хранят молчание степей.
 
Храни того, кто одинок с тобой,
кто пьет горячий чай с остывшим взглядом,
кто, с океаном споря за награду,
пытается перекричать прибой.
 
* * *
Ты прости меня. Я не лучшая.
Я живу нараспев — не слушая.
Где-то рядом всегда соседняя:
то вторая, то предпоследняя.
 
Ты прости меня. Я не лучшая.
Я безумна — среди бездушия.
Не мечта, без вина пьянящая.
Всего-навсего — настоящая.
 
 
Александра Пожарская
 
Александра Михайловна Пожарская родилась в Иркутске. Поэт, переводчик, лингвист. Редактор и организатор Литстудии «Грани».
Лауреат конкурса им. С.И. Петрова (2009), конкурса им. Петра Вегина (2010), конкурса «Согласование времен» (2010), участник X Форума молодых писателей в Липках (2010), лауреат межвузовского форума «Осиянное слово» (2010). Организатор X Международного фестиваля поэзии на Байкале.
Публиковалась в «Литературной газете», «Литературной России», «Литературном Крыме», в альманахах «Иркутское время», «Зеленая лампа».
 
* * *
Тяни паучью лямку. Усреднись
До центра, где была бы пуповина.
Но мамы нет. И только в паутине
Рождаешь и приобретаешь смысл.
 
А рядом неустанно сотни рук
Хоромы ткут и ловят мух к обеду.
Завистливо косясь на ветвь соседа,
Ты доплетаешь свой девятый круг.
 
А он — десятый, как ни догоняй.
...И я приду, наверно, слишком поздно
Просить, чтоб ты запеленал меня. 
Ты постарел и не выносишь слезы.
 
Как одиноко пауки молчат!
Расфасовав добычу по хибаркам,
Ждут: ветер прилетит права качать,
На прочность проверяя нити в парке.
 
* * *
Положи ее спать у ветрами простуженной Сены.
И костлявому берегу с хрустом вправляй позвонки,
уходя к кораблю. Но спокойные прежде сирены
не пускают, поют:
                         — Забери, забери от реки,
 
положи ее спать —
                          там, на медленно вянущем сене,
в красоту, что истлеет, свою обнажив пустоту.
Незабудки-забудки, силки-васильки ей заменят,
забормочут тебя.
                       Только вечером вдруг обрастут
 
серой шерстью кусты и по веткам, как будто по венам,
заструится густеющий мрак. Забери ее в дом
и, вздыхая, — мол, дважды не входят в господские сени —
положи ее спать.
                       Ночь распустит вискозный подол,
 
спеленает ее, та, ослепнув, в ответ улыбнется.
Ты лежишь за стеной. На виске седина, а внутри
високосная мысль будто лишняя заповедь бьется:
не клади ее рядом с собой. Не клади. Не клади.
 
* * *
Сладковатым запахом грибниц
тянет из таежной глухомани.
Мох по-детски всхлипнет и отпрянет,
ягоды брусники лягут ниц.
И припомнишь:
девочки бегут,
юбки-колокольчики трезвонят,
будто бы вот-вот тебя догонят
на родном вчерашнем берегу.
Почему-то веришь в этот звон
и в секрет под стеклышком зеленым,
в коробок с посланием влюбленным, 
в то, что доплывет...
И доплывем.
Этот берег крут, а тот покат.
Но бредешь, прямым или окольным,
Как всегда, забывчиво искать
что-то в колокольчиковом поле.

* * *
Затвержены слова до твердых знаков,
Ход времени прицельно одинаков,
И правит путь, с рожденья нас оплакав,
В изгиб коляски вросшая клюка.
А раньше наверху крепили зыбку,
И потолок качался от улыбки
И до улыбки матери, от гибкой
Ее руки до хлипкого мирка.
 
Мы едем, друг мой, не остановиться.
Судьба — в ногах проворной кобылицы.
И — пасынки пресветлой ангелицы —
Домишки вылупляются из тьмы.
 
Да вот она, не каждому открыта,
Хибарка друга, старого пиита.
Он ловит крыс, поскольку не простит им
Ворованные книги и умы.
 
Хвосты цитат замочены в цикуте,
И ты готов, затраченный на треть,
В себе не сомневаясь ни минуты,
Испить. Запомнить. И не умереть.
 
 
* * *
Пусть любим как рубим. И щепки над головой.
Пусть мир усыпан обломками дураков.
Но стоит притихнуть, как он поднимает вой,
Тоскуя по необъятной любви богов.
 

Роман Япишин

Роман Сергеевич Япишин родился в Челябинске. Окончил Южно-Уральский государственный университет по специальности финансист. Работает плотником, занимается частным предпринимательством.
Участник фестиваля «Terra Artis» в 2009 и 2010 годах в направлениях «Поэзия» и «музыка». Дипломант VII Межвузовского литературного форума им. Н.С. Гумилева «Осиянное слово».
 
* * *
Жалея о последнем дне
На дне,
Над ней
В оконце
Весь свет согнется,
И только солнце
Зимой не гнется.
 
Не выдумать и части, ха!
Стиха.
Стихай.
Так лучше,
никто не учит,
на всякий случай,
стихами мучить.
 
Земные танцы в иглу — шик.
В глуши
Глуши
Желанье.
Свои тела не
Изменим сами,
Живем камнями.
 
Я буду ждать годами, ну?
Минут?
Минут
На теле
весны в постели.
И в самом деле,
тепло не с теми.
 

Темень

Повернули реки вспять
За земную рукоять,
Отшумевший, озверевший
Падал сучьями орешник,
Полночь лязгала ключом,
Дверь утюжила плечом.
Помнят собственные лица
Только старики и птицы.
Днище солнца на замке,
Темень вьется по руке,
Остывает, оставляет,
Облетает-тает-тает,
И неслась молва назад
В непроглядные глаза,
Отпевали на рассвете
Сны искусственные дети.
 
 
Пальцы
 
Эти пальцы больше не мои,
Голос отдан старой детской пленке,
Сам я, словно возгласы вдали,
Покрываю эхом перепонки.
 
Раньше было проще трудно жить,
Проще верить снам и обещаньям.
Расставаясь после долгой лжи,
Пожимали руки на прощанье.
 
Слишком много почестей вину.
Настоящим чтобы стать — налей покрепче,
Поддержи Минздрав, скажи: «Да ну!»
Знаешь, старость все невзгоды лечит.
 
Завещание составить? Не вопрос:
Пальцы не мои — моим гитарам,
Остальное — раздарите тем, с кем рос.
Жизнь мне тоже все-таки досталась даром.
 
 
Александр Гречин
 
 
Александр Александрович Гречин родился в Амурской области, в городе Свободном. Окончил Московский государственный институт радиотехники, электроники и автоматики по специальности «Программное обеспечение вычислительной техники и автоматизированных систем». Работает инженером по контролю качества.
 
 
* * *
Четвертый час, в окно глядит фонарь,
стена — на ней начертана решетка.
Удар, еще удар. Еще ударь,
еще, моя сердечная чечетка!
 
Она в груди. Кто слышит этот звон,
живой, непринужденный, настоящий?
Он не похож на пыльный камертон
серьезной жизни, правильно звучащей.
 
Он близок мне, но вместе с тем далек.
О чем горланил я — новорожденный?
Кричал, что мир бескрайне одинок,
и стук внутри, как воздух, посторонний.
 
Но дни — в года. И этот ритм в груди,
как правило, уже не замечают.
И только по весне, когда гудит
и все сильней себя обозначает,
 
он вырвется! Как этот крик в ночи,
когда чужих сердец, речей не слышно,
из берегов как будто что-то вышло.
Тогда в груди...
 
 
* * *
Когда зима скатилась с гор,
Болото спряталось под коркой
И двор заснеженный за шторкой
Сменился на чужой узор,
Я звал друзей играть в хоккей
К болоту, вмерзшему в опушку.
Из палок сделанную клюшку,
Пластмассовую шайбу к ней —
Из минералки — нес с собой
По наледи и снежной пыли.
Под варежками руки стыли.
И, ног не чуя, всей гурьбой
Так разгоняли дух зимы,
Скользя и клюшками махая,
Что льдом трещала тьма лихая,
Где стаей пролетали мы.
И тьма звала нас по домам,
За стол, потом под одеяло.
Но не хоккей большого зала —
Болото наше снилось нам.
 
 
Наталья Красюкова
 
 
Наталья Николаевна Красюкова родилась в городе Коломне Московской области. Окончила филологический факультет Коломенского государственного педагогического института. Ведущий библиотекарь Центральной городской детской библиотеки Коломны.
Лауреат Всероссийского фестиваля авторской песни, поэзии, прозы малых форм «Господин ветер» (2010), дипломант IV Межрегионального фестиваля научного и литературно-художественного творчества «Есенинская весна» (2008), дипломант XI межрегионального фестиваля авторской песни на Селигере имени Ю.И. Визбора «Распахнутые ветра» (2010), дипломант Международного фестиваля им. М.Ю. Лермонтова «Осень в Тамани» (2010).
 
 
* * *
Там, где дорога наши смешала следы,
Выросли чертополох и цикорий...
Мы — как круги расходящейся мутной воды,
Нервно впадающей в очередное море...
 
Там, где на камне осталось наше тепло,
Теперь — только лиственный плащ осеннего ветра...
Да вечерами приходит неведомый бог
И на зиму вяжет себе разноцветные гетры.
 
 
* * *
Я впустила тебя в раскрылье окна,
Как впускает ветра бесконечная осень,
Поднимает осколки из бездны волна
И взахлеб за собою куда-то уносит...
 
Я впустила тебя в беспробудные сны,
Как впускают грачи между перьев ночную
Тень от вогнанной в небо краюхи луны
И взлетают, когда колыбель их качну я.
 
Я впустила тебя, как впускают на борт
Капитана давно затонувшего судна
У немыслимых, невычислимых широт,
До которых доплыть и во сне даже трудно.
 
Я впустила тебя. И когда ты вошел,
Распахнув, словно плащ, это небо из стали,
Далеко-далеко на пастуший рожок
Облака собирались и в прятки играли.
 
 
* * *
Пропади в этих сумерках без вести и навсегда,
Как дожди, растворись в заоконной кофейной гуще,
Пусть останется мне от тебя только эта вода,
Так будет лучше.
 
Пусть останется мне старый зонт раскрывать по утрам
И выглядывать изредка — скоро ли кончится дождь.
Не пиши мне разводами в лужах немых телеграмм,
Не тревожь.
 
Как всегда, подойдет с опозданьем девятый трамвай
И, скрипя, по несмазанным рельсам покатится вниз.
Я прощаюсь с тобой и прошу: «Уезжай, уезжай...»
А лучше... проснись.
 
 
* * *
Возведенное в степень
И забытое, рано ли, поздно ли,
Это все повторится
    иль вспомнится, может быть.
Табаком и дорогой
          пропахшие ваши ладони,
Этот август, обветренный
                    и неухоженный...
 
Все различия, в сущности,
                  так незначительны,
Просто числа другие,
            другие обои в комнате,
На разных страницах закладки 
             у книг недочитанных,
Разные столбики ртути
          на разных термометрах...
 
В этой изменчивой жизни
          лишь две постоянные —
Те, что друг с другом рядом
             сквозь все расстояния,
Вроде бы не сумасшедшие,
                      даже не пьяные,
Разве что августом полные
                         и осиянные...
 
Всё повторяется
             тысячи раз по-новому.
Я между строк растворяюсь,
              как в ваших объятьях.
Пахнет на улице после дождя
                               сосновою
Хвоей и лепестками 
         цветов полевых от платья.
 
 
* * *
Табаком и дорогой пропахшие ваши ладони
Крепко держат меня. Так надежно. Так нежно.
И, укутавшись в август, как в плед, на ночном небосклоне
Распускается хрупкий лунный подснежник.
 
 
 
Юлия Линникова
 
 
Юлия Валерьевна Линникова живет в Челябинске. Учится в Уральском государственном университете физической культуры.
Участвует в работе Молодежной литературной мастерской «Взлетная полоса».
 
 
* * *
На пустоши дом, а в нем:
Камин и картины в ряд,
Не снившийся странный сон
И чемодан в дверях.
И в кофте,
Большой, словно плед,
Не снившийся этот сон
Как будто
Пьет сливки верб
Под мерную дробь часов.
На улице ветер вьет
Сотни корзинок-гнезд,
И холодно, но зато
Все видно до самых звезд.
Так чайки щемящи, что
Сну верится: море есть.
 
Он хочет найти пальто,
Вдруг стало так тесно здесь.
Здесь пыль, да по всем углам,
И он огражден стеной.
Он кинулся, чемодан
С собой прихватив цветной.
Он выбил засов и — в ночь,
Смешно спотыкаясь в ней.
Созвездие Гончих Псов
Впечаталось в вышине.
За чайкой, под вздохи сов,
Куда он спешил — не знал,
Бежал... И приснился мне,
А ты мне потом сказал,
Что я говорю во сне...
 
 
* * *
Янтарный свет стекает с окон, как смола,
И я в ней безнадежно вязну, вязну...
И соткан тротуар из полотна
Дождей, теней, и вязов,
И луж, блестящих, как слюда.
Мой путь домой узлом тугим завязан.
Вверху электроточат провода.
Как хрупки и бумажны города.
Они точь-в-точь фигурки-оригами.
Огни в домах, в глазах и под ногами,
Как лампы для слепого мотылька.
Жизнь кажется беспечной и красивой,
Но ночь горька, как цедра апельсина,
Полынною настойкою разлита...
Ни сло
Комментарии 1 - 0 из 0