«Без работы я погибну». Интервью с Александром Шиловым

Александр Максович Шилов — художник-реалист, автор портретов в традиционном романтическом стиле. Народный художник СССР.
Родился в 1943 году в Москве. Окончил МГАХИ имени В.И. Сурикова. Участвовал в выставках молодых художников, а в 1976 году стал членом Союза художников СССР.
В 1997 году в Москве была открыта Государственная картинная галерея народного художника СССР Александра Шилова.
С 1997 года — член-корреспондент (с 2001 года — действительный член) Российской академии художеств.
С 1999 года — член Совета при Президенте РФ по культуре и искусству.

«С огромным удовольствием и восхищением ознакомился с работами в этой прекрасной галерее. Непревзойденные портреты, безусловно, являются частью истории России и ее народа», «Рада и счастлива тому, что у нас появился такой прекрасный музей талантливого, признанного, любимого всеми мастера. Доставляет истинное удовольствие осмотр выставки, оставляет неизгладимое впечатление мастерство художника — высокое, одухотворенное, философское!» — такие восторженные слова оставляют в книге отзывов посетители галереи Александра Шилова.

Мы давно уже привыкли к тому, что в центре Москвы — напротив Кремля — располагается Государственная картинная галерея народного художника СССР, портретиста Александра Шилова. В этом году ей исполнилось 15 лет. Много это или мало? Судить посетителям, почитателям таланта живописца, и тем, кто впервые переступит ступени в высокие выставочные залы. Многие уже забыли, как создавался этот музей, с постоянно обновляющейся экспозицией. К сожалению, людей с короткой памятью и не уважающих свое прошлое, становится все больше. Таковы реалии нашей жизни. Но одновременно сохраняется интерес к реалистическому искусству, к жанру портрета. Мы встретились с основателем галереи и ярчайшим представителем этого жанра Александром Максовичем Шиловым и задали ему несколько вопросов.

Корреспондент. Александр Максович, расскажите, с чего все начиналось?

Александр Шилов. В 1996 году я обратился в Государственную думу с предложением безвозмездно подарить свои работы стране, народу, государству. На то у меня было моральное право. После каждой выставки в 80–90-х годах — а они проходили и в Манеже, и на Кузнецком мосту, и на Тверской — люди в своих отзывах и в обращениях к руководителям разных ведомств просили сделать мою выставку постоянно действующей. Выслушав мое предложение, председатель Госдумы, а тогда им был Геннадий Селезнев, поставил этот вопрос на пленарном заседании. Чем я горжусь, все фракции, хотя ни к одной из них никогда не принадлежал, проголосовали единогласно за создание государственной галереи, решив дать ей мое имя. После этого обратились в Кремль с просьбой выделить помещение в центре города. Не мне лично, как пишут недобросовестные СМИ, что является подлейшей ложью, а для галереи. Сначала предложили три зала в Кремлевском дворце, который тогда только что отреставрировали, но это помещение режимное (не каждый день открыто), да и работы мои там не поместились бы. Поэтому этот вариант отпал. Тогда правительство Москвы выделило особняк по проекту архитектора Тюрина 1830 года постройки по адресу: улица Знаменка, дом 5. Здесь был проведен небольшой косметический ремонт, и галерея открылась 31 мая 1997 года. В тот торжественный день я сказал, что буду дарить работы, которые сделаны мною не на заказ, — а это практически 95 процентов того, что пишу. Так и происходит уже 15 лет. Лучшее в моем творчестве — 15–20 живописных полотен и графику — я дарю Москве каждый год в День города.

Корр. А сколько сегодня работ хранится в собрании?

А.Ш. Коллекция составляет 935 работ живописи и графики.

Корр. У вас есть интересные портреты в технике пастели.

А.Ш. Да, это сложнейшая техника. Пальцы стираю в кровь, так как работаю по наждачной бумаге-нулевке, чтобы пастель не осыпалась…

Корр. Ваша галерея завоевала себе славу одной из самых известных концертных площадок Москвы.

А.Ш. Опять же по решению Правительства Москвы мы проводим концерты звезд классического искусства «В гостях у галереи Шилова». За эти годы у нас выступили мастера мирового масштаба — Образцова, Маторин, Соткилава, Пахмутова и другие. У нас всегда аншлаг. К тому же часто мы приглашаем на наши концерты людей, которые не могут себе позволить купить билеты.

Еще мы устраиваем бесплатные вечера для детей с ограниченными возможностями. Хочется отдать больше внимания тем, кто обделен этим с рождения. Устраиваем конкурсы рисунков, я отбираю детские работы для выставок. Надеюсь, что дети находят здесь добрый приют и чувствуют себя полноценными.

Помимо этого, проходят встречи с героями моих картин. Я сделал ряд портретов военных, разведчиков, пограничников. На такие встречи зовем ребят, которые готовятся стать защитниками Отечества. Должен сказать, что проходят эти вечера тепло и сердечно.

Корр. Ваше творческое кредо…

А.Ш. Самое главное — расти как художнику. От работы к работе стараться повышать уровень мастерства, добиваться глубины содержания. Я пишу то, что чувствую сердцем. Художник должен быть самоедом, в таком состоянии и должен работать. Самодовольны только глупцы. Если человек собой доволен, он погибает в творчестве. А для того, чтобы чувствовать недостатки, говорил Репин, нужно смотреть только на великое.

Корр. Как вы выбираете героев для портретов?

А.Ш. Я пишу портреты самых разных людей. И врачей, и артистов, монахов и монашенок, бомжей и брошенных стариков. «История в лицах», «абсолютный срез общества» — так пишут о коллекции галереи. Художник — это прежде всего состояние души. В первую очередь, я должен быть настроен к работе. К последней моей героине я трясся по нашим дорогам 9 часов на машине, но не мог без этого. Мне рассказали о ней, показали ее фотографию, и мне захотелось с ней встретиться.

Корр. Что-нибудь потрясло в последнее время?

А.Ш. Да. Вот как раз она и потрясла. Недавно вернулся из Саратовской области. В деревню ездил писать портрет удивительной женщины — Любови Ивановны Клюевой, участницы Великой Отечественной войны. Ее портрет войдет в экспозицию «Они сражались за Родину». Ей 90 лет, с 19 лет она была на фронте. Если бы вы видели ее руки! Это не женские, и не мужские руки. Они все в узлах. У этой женщины не было выходных. Всю свою жизнь работала, воспитывала шестерых детей. Мужа уже похоронила. Когда я с ней разговаривал, у меня спазм горло схватывал, слезы наворачивались. Это было какое-то душевное очищение. Любовь Ивановна интеллигентна, скромна и приятна в общении. Боже, какие у нее тонкие манеры! Когда мы с ней прощались, она мне розу подарила. Это так трогательно... Печально, что такие красивые люди уходят. Я полгода мечтал вырваться к ней. Работа, правда, шла очень тяжело. Писать в тесной избе с маленькими окошечками, где и мольберт толком не разместить, очень трудно. Но такой путь к портрету мне дорог.

Корр. Как часто ваша галерея выезжает с экспозициями в другие города?

А.Ш. Примерно раз в год. Организация выставок — дело непростое. Галерея все делает сама, за свои деньги. Недавно выставка «Они сражались за Родину» прошла в Волгограде. В экспозицию вошло более 40 моих работ. Это портреты участников Великой Отечественной войны. Здесь и простые солдаты, и священнослужители, и известные деятели культуры — Бондарчук, Этуш, Виктор Розов… Интерес был большой — два раза выставку продлевали. Приходили фронтовики, не те, кто в обозах отсиживался, а, понимаете, настоящие воины. Я, если бы у меня была такая возможность и время, обязательно написал бы их портреты. Ведь это последние свидетели страшных событий ХХ века, в их глазах — война. Молодежи было много. Вообще, наша выставка имеет огромное воспитательное значение. Скоро по приглашению Амана Тулеева мы отправимся в Кемерово. Конечно, я мечтал бы проехать с этой выставкой по всем городам-героям! Но в одиночку галерее это не поднять…

Корр. Давно ли выставлялись за границей?

А.Ш. Давно. Правда, сейчас и нет такой особой необходимости. Во-первых, есть галерея. Теперь к нам приезжают из разных уголков России и зарубежья. И простые люди оставляют отзывы, и высокие гости. Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, президент Белоруссии Александр Лукашенко, а недавно Владимир Путин был. Все дали высокую оценку моему творчеству, чем я очень горжусь. Вот, к примеру, в Париже у меня была выставка. Много народу пришло. Запомнил отзыв Луи Арагона: «Удивительно, что при таком давлении идеологии и всяких там “измов” Вы сохранили традиции классицизма». Во-вторых, повторюсь, организовать выездную экспозицию, к тому же за рубежом, это большой риск. Вот если бы за меня кто-то сделал такую выставку, я был бы счастлив!

Корр. Как пробиваться молодым художникам, ведь реалистическое искусство сегодня не в чести? К примеру, организаторы премии им. Кандинского даже не рассматривают работы художников-реалистов?

А.Ш. Еще Чехов говорил: «Таланту помогать нужно, а бездарность сама пробьется». Хочу вас заверить, что в моей стране и за рубежом пробиваться всегда трудно, но это и есть проверка на призвание. Если человек рисует и не может без этого жить как без воздуха и если у него есть дар, то такого человека не остановить. Талант задушить невозможно. Мне тоже было нелегко, но я много работал, я и сегодня пишу каждый день по 4–5 часов. Потом, конечно, чувствую себя как выжитый лимон. Но пока не закончу портрет, не могу успокоиться, чувствую себя неполноценным, не могу быть вполне счастливым. Не ради красивого слова скажу: «Без работы я погибну».

Конечно, некоторые сегодня рисуют только для того, чтобы разбогатеть. Для этого и существует пиар. Но, к сожалению, при этом топчется критерий мастерства. Уровень мастерства, я считаю, специально опускается до положения риз. И это происходит во всех областях. В литературе, живописи, музыке… Все намеренно смешивается. Теперь каждый гений, каждый умеет петь, рисовать и т.д.

Корр. Можно ли изменить такую ситуацию?

А.Ш. Да, конечно. Должна быть государственная программа. Искусству надо обучать с детского сада, для того, чтобы развивать души людей. Высокое искусство насыщает мыслями, чувствами.

Помню, как мама привела меня первый раз в Третьяковку. Я был потрясен. Портреты кисти Левицкого, Боровиковского, Брюллова — это что-то божественное. Меня все время преследовал вопрос: «Неужели человек может написать портрет так, что я вижу лицо реального человека, с которым можно поговорить?». Я наслаждался тем, как это сделано. Мастерство, доведенное до совершенства! Меня удивляло, что я не вижу кухни художника, и в своем творчестве я тоже стремлюсь, чтобы ее не было видно.

Но возвращаясь к теме воспитания, повторюсь: должна быть государственная программа. Если ребенок научится рисовать и будет видеть перед собой шедевры, он никогда в дальнейшем не заинтересуется дешевыми и пошлыми подделками. Посмотрите, как рисовали до революции в дворянских семьях, в семьях военных. Музыкой много и серьезно занимались. Грибоедов какой вальс сочинил — чудо! А если люди не будут соприкасаться с искусством, очищаться, расти, они быстро превратятся в стадо. Ну а пастух всегда найдется.

Корр. А если вам предложат создать некую программу воспитания? Согласитесь?

А.Ш. Да, с удовольствием этим буду заниматься.

Корр. Вы часто бываете в провинциальных картинных галереях?

А.Ш. Да. Вот недавно был в том же Саратове. Галерея в ужасном состоянии. Хотя есть полотна Шишкина, Поленова… Кто это должен поддерживать? Наверное, министерство культуры. Вспомним историю. За тем, как расписывал Сикстинскую капеллу Микеланджело, следил престарелый папа римский. Российские императоры постоянно посещали Академию художеств, интересовались, что происходит в русском искусстве. Ведь по состоянию художественных ценностей, по достижениям в искусстве определяется уровень развития страны.

Корр. Какие музеи предпочитаете посещать за рубежом?

А.Ш. Люблю Италию, люблю восхитительный музей Лувр. Конечно, все шло из Италии. Неслучайно наших пансионеров — выпускников-медалистов русской Академии художеств — посылали в Италию за государственный счет. И Кипренский, и Брюллов, и Иванов, и многие другие выдающиеся художники повышали свое мастерство там.

Корр. У вас есть ученики?

А.Ш. Нет. Во-первых, нужно иметь время, а у меня его нет. Во-вторых, нужно иметь терпение, я им тоже не обладаю. Видимо, это не мое призвание. Я — художник. Я много сил отдаю своей работе. Вот всех приглашаю на выставку «Они сражались за Родину». Считаю, что людям, которые воевали, положили свою жизнь на алтарь Отечества, должно воздаваться намного больше, чем это делается сейчас. Хочу, чтобы через эти портреты меня услышали. Выставка очень благотворно действует на зрителя, заставляет о многом задуматься, вспомнить понятия честности, чести и порядочности... Хочу, чтобы укоренилось чувство гордости за наших людей, за наше искусство.

Корр. Какие качества цените в женщинах, в мужчинах?

А.Ш. Какие бы отношения ни были, в женщине я ценю преданность, пусть даже слепую. Любые отношения должны на том держаться. Женщина должна быть любящей, заботливой, женственной. Раньше в деревнях считали, если женщина мужчину любит, она его бережет. Мужчина же обязан заботиться о женщине, сохраняя достоинство. Но вообще, по большому счету, я люблю людей с тонким душевным устройством. Ведь я все-таки художник.

Беседу вела Оксана Липина.

Комментарии 1 - 0 из 0