«Есть пути, чтобы выстоять и выжить народу...»

Интервью с Игорем Шафаревичем

Корреспондент: Игорь Ростиславович, есть ли надежда выкарабкаться нам когда-нибудь из-под глыб, антигуманистических и антинародных?
И.Шафаревич: Надежда, конечно, всегда есть, но вот реализуется ли она — это решает сам народ и каждый человек. И иногда в истории случаются абсолютно непредвиденные повороты. Да вот хотя бы то, что мы выиграли Великую Отечественную войну, или же то, что Жанна Д’Арк спасла Францию.

Корр.: Наше недавнее прошлое истощило нас... Вы однажды сказали: «Прошлое влияет на будущее, но не предопределяет его, как это имеет место где-нибудь в физике». Дано ли России стать одной из главных духовных субстанций в создании новой цивилизации третьего тысячелетия?
И.Ш.: Видно, что ХХI век, несомненно, несет катастрофу западному миру и тому мировому порядку, который он стремился создать. Но и России это, конечно, принесет тяжелейшие потрясения. Ведь мы в значительной мере подчинились идеологии Запада, иногда — вплоть до его диктата. Об этом свидетельствуют и уничтожение деревни, и осуществление на этой основе индустриализации, и концентрация населения в больших городах, а в последнее время и предательство своих союзников.
Можно надеяться только на то, что в самой глубине народного сознания сохранились древние принципы, которые, возможно, возродятся — отчасти даже невольно, под влиянием слома всей привычной жизни. Ведь цивилизация Запада вся строилась на культе силы, направленной либо на другие народы, либо на всю природу. Это их мыслители называли «фаустовским духом». Еще когда эта цивилизация только складывалась, Фрэнсис Бэкон провозглашал, что «знание — сила» и оно поможет «победить природу». А Маркс писал, что его представление о жизни — это борьба. Можно надеяться, что в русском сознании сложилась установка не на то, чтобы «побеждать», а на то, чтобы жить вместе как с природой, так и с другими народами. Ведь есть какое-то принципиальное различие между русской историей и западной. История Запада сводилась к тому, что целые народы уничтожались, полностью сходили с исторической сцены — как индейцы Америки, полабские славяне, лужичане, пруссы и т.д. А если посмотреть в «Повести временных лет» список народов, плативших дань киевскому князю, то большая часть их сейчас имеет свои парламенты и своих президентов. Но вот сумеет ли русский народ реализовать лучшие свои качества в новом, «постзападном» мире ХХI века — это и есть главный вопрос нашей судьбы.

Корр.: Каков, на ваш взгляд — взгляд математика, историка, мыслителя, — наиболее вероятный путь мирового развития?
И.Ш.: Много труднопредсказуемого будет в мире завтра — и в геополитическом, и в демографическом, и в экологическом, и в техногенном смыслах. Но вот что можно уверенно утверждать: то, что американский вариант будущего, предрекаемого человечеству, не состоится. Собственно, по большому счету речь идет о некоторой цивилизации, сложившейся в Западной Европе. Только в последние десятилетия ее центр переместился в Америку — и отнюдь не в смысле развития культуры, а в отношении накопления сил. И теперь эта цивилизация рушится на наших глазах. Она имеет все стандартные признаки гибнущей цивилизации — например, как Римская империя эпохи ее упадка. Экономика Западной Европы базируется на экономике США, а та имеет колоссальный дефицит и спасается только вливаниями в нее нескольких миллиардов долларов каждый день со всего мира. Экономика становится все более спекулятивной. По разным оценкам, в спекуляции на бирже вкладывается в десятки или сотни раз больше капиталов, чем в продуктивную экономику. Это такая же «пирамида», каких мы насмотрелись в начале девяностых годов. Неизбежен грандиозный биржевой и экономический кризис, который, конечно, потрясет весь мир.
Есть и другие признаки упадка западной цивилизации. Ведь при всех ее зверских проявлениях по отношению к другим народам для себя она создавала прекрасную культуру, обаятельную и для других. А сейчас — где нынешние Рафаэли, Бахи, Моцарты, Шекспиры, Ньютоны? Цивилизация эта стала культурно бесплодной.
И самый страшный признак ее — физическое умирание, то есть вымирание западных народов. У большинства из них рождаемость еще ниже, чем у нас в России. Только отсутствует страшная смертность, как у нас. Но численность их народов быстро падает, и они открывают свои границы представителям совсем других, чуждых им цивилизаций, большей частью тех, против кого они в то же время воюют. Об этом много и обеспокоенно пишут на Западе.

Корр.: А какова роль Балкан? Вы не раз бывали в Сербии и Черногории. Сербский народ дал великое число подвижников и святых — от Саввы Сербского до Николая Сербского. У этого народа тоже особый дар?
И.Ш.: История всякого народа таит урок, ею можно восхищаться, или ей сострадать, или брать ее в пример. Сербия и Черногория — особый мир. Американцам, стремящимся к глобализму, Сербия представляется далекой от цивилизации страной, эдаким византийским обломком среди сверкающего мирового прогресса. И тут они готовы поусердствовать в своем «цивилизаторском» рвении. Провокационные, смоделированные на Западе революции опробованы на Сербии. А дальше — Грузия, Украина, — заметьте, православные страны. На очереди — Белоруссия.

Корр.: Так и нет союза трех братских стран...
И.Ш.: Русский, украинский, белорусский народы — исторически единый народ. С течением истории древо единого народа разветвилось на три ветви. Но ведь ветви — сестры, народы — братья! Разрушительные силы то объединяют ради своей выгоды, то разъединяют, дробят исторически цельное. Органически цельное. На подобного рода разрушительных проектах сходятся и бывший Коминтерн, и нынешние либерально-рыночные мировые верхи.

Корр.: Россия потеряла себя как крестьянскую страну. Разрушение русской деревни длилось весь двадцатый век. Вы же говорите о возможности восстановить деревенскую основу бытия...
И.Ш.: Нынешнее положение России напоминает времена татаро-монгольского ига. Но тогда крепко было православие. Сколь ни жестоки были времена (Александр Невский бил не только шведов и немцев, но и собственного сына), власть не шла против интересов народа. Как делалось и делается при революционерах-большевиках и нынешних рыночниках-либералах. Поход против крестьянского мира — неизбежный признак заката любой цивилизации. Еще Римская империя сильна была свободным земледельцем. Прежде всего земледельцем — крепким воином. А потом началось наступление на крестьянский мир, которое с редкой жестокостью повторилось уже в новые века в Западной Европе. Вплоть до ХVIII века была значительной роль и крестьянских деревень, и городов. А Англия выступила в откровенный поход против крестьян, сгоняя их с земли, превращая в бродяг, клеймя и вешая. В условиях постиндустриального общества как выжить крестьянству, крестьянской цивилизации? Это и чаяновский путь — кооперативный. И земский. Есть пути, чтобы выстоять и выжить народу, хотя власти и тянут его в пропасть. У народа же, к сожалению, нет ныне мужественных воителей, «отцов нации», деятелей, сердечно и духовно связанных с народными корнями и надеждами. Быть может, произойдет постепенная смена руководства, но покамест на горизонте мало утешительного. Россию, ломая, грубо и примитивно ориентируют на Запад. Вот ВТО — всемирная торговая организация. Зачем она нам? Знает ли народ оценки ведущих мировых экономистов о характере и роли ВТО, равно как и Международного валютного фонда, Трехсторонней комиссии, Федеральной резервной системы и иных монополистических спрутов? А исход возможен катастрофический — мы полностью экономически по рукам и ногам окажемся связанными с Западом и вместе с ним рухнем.

Корр.: Россию многое связывает и с Востоком, и с Западом. Как и раньше, оттуда приходят добрые вести, но чаще — угрозы. Как нам поступать?
И.Ш.: Что бы там ни говорили сегодня, но Русью, Россией совершен культурный и геополитический подвиг. Это не только евразийцы понимали. Тот же всеобъемлющий Пушкин одним из первых это увидел. Но сегодня ситуация предельно сложная. Поднимаются, да поднялись уже, три восточных гиганта — Китай, Индия, Япония. С юга подпирает мусульманский мир. Запад, который много дал нам в смысле культуры (как и мы ему: современная западная литература во многом вышла из Достоевского), далеко не един и не однороден. Наши геополитические позиции крайне ослаблены, и требуется внятный внешний курс. Но для этого нужны государственные деятели, неразрывно связанные с народом.

Беседу вел Виктор БУДАКОВ.

 







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0