«Такого музея в России еще не было...»

Светлана Геннадьевна Сивкова окончила географический факультет Калининградского государственного университета. С 1990 года по настоящее время является генеральным директором Музея Мирового океана.
Неоднократно выступала с докладами на престижных научных форумах, имеет ряд публикаций. Ведет большую общественную работу, являясь членом Российского комитета Международного совета музеев, исполкома Международных общественных организаций «Мир океанам» и «Мюльхаймская инициатива», правления «Морской коллегии» Калининградской области, Президиума Калининградского отделения Русского географического общества, Топонимической комиссии города Калининграда.
Награждена медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, медалью «300 лет Российскому флоту», нагрудным знаком «За достижения в культуре» Министерства культуры РФ и др.
Заслуженный работник культуры.

Беседа с генеральным директором Музея Мирового океана
Светланой Сивковой

За восемь лет существования калининградского Праздника селедки российские СМИ с журналистским задором научились освещать детали радостного апрельского действа. «Королева стола», «народная рыба» — как только не называют «героиню» торжеств... Обязательно вспомнят про 150 видов блюд, которые можно из нее приготовить и тут же попробовать, о рекорде 2009 года — 12-метровой сельди под шубой весом 488 кг — вошедшей в Книгу Гиннесса. В репортажах ностальгируют по поводу былых огромных уловов рыболовов края, исторических путин. А как иначе, ведь праздник связан с первой сельдяной экспедицией, ушедшей к берегам Исландии из калининградского порта в апреле 1948 года. И все же обидно, что как-то скромно и вскользь рассказывается о тех, кто придумал этот праздник и занимается его организацией. Инициатором проведения всенародного торжества стал Музей мирового океана и ее бессменный директор Светлана Геннадьевна Сивкова. Она из породы лидеров. После знакомства с ней еще раз убеждаешься, насколько важна и в истории, и в музейном и в любом другом деле роль личности.

Сегодня на набережной исторического флота Музея Мирового океана стоят суда военно-морского, научного, космического и рыболовного флотов. Собрание уникально среди морских музеев не только в России, но и мира. Во многом это ее заслуга.

Интересным идеям, начинаниям, желаниям воплотить в жизнь самые необычные мечты в родном музее Сивковой и ее команде не занимать. Активности и сплоченности этих людей можно позавидовать. К сожалению, в России последнее время научились мгновенно объединяться вокруг денежных проектов, где есть чем поживиться, а идеи, не подкрепленные существенным материальным стимулом, мало кого интересуют. Сивкова и Ко (не компания, а команда!) — редкое исключение. Сколачивалась команда единомышленников в самом начале 80-х из выпускников кафедры географии океана Калининградского госуниверситета, когда нужно было спасать самое крупное в мире научно-исследовательское судно «Витязь».

История «Витязя» охватывает немецкий, советский и российский периоды. Спущенное на воду в 1939 году в Бремерхафене с именем «Марс», после Второй мировой оно было перепрофилировано в научно-исследовательское судно Академии наук СССР и получило свое нынешнее название. Под флагом Академии наук СССР с 1949 по 1979 год оно совершило более 65 рейсов. Измерение максимальной глубины (11 022 м) в Марианской впадине, открытие новых типов животных и т.д. и т.п. «Витязь» стал основной базой для формирования школы советской океанологии, в экспедициях работали ученые из 50 научных институтов СССР и 20 стран мира. На его палубу поднимались президенты и премьер-министры, послы и деятели культуры, знаменитые ученые-путешественники Тур Хейердал и Жак-Ив Кусто. Но все это было в одночасье забыто, а судно отправилось в отстой... «Витязь» ветшал, ржавел, умирал... Академики, путешественники, писатели — многие пытались спасти этот корабль, но аккумулировала и собирала SOS-идеи Сивкова. Легендарный полярник Папанин говорил ей: «Деточка, мужайся...» И Сивкова прорывалась в кабинеты высоких начальников с очередным письмом или воззванием. Даже сейчас она рассказывает о событиях двадцатилетней давности как о боевых действиях. Что ни слово, то «расстрел» — это об очередном отказе, или «строчит пулеметчик» — это о письмах в защиту легендарного «Витязя». Тогда, в лихие 90-е, трудно представить, как хрупкая 30-летняя женщина отвоевывала корабль, для того чтобы сохранить и сделать его музеем. В это же самое время российские «мачо» — или «не-мачо» — по мановению не знаю чего превращали суда — гордость и славу страны — в корабли-призраки и кучи металлолома. А вернее, в совершенно реальные особняки и валютные счета за границей... То, как проходили эти параллельные процессы, могло бы стать основой захватывающего сюжета, с долей фантазии конечно, настоящего боевика... И культовому триллеру «Коду да Винчи» со скучными музейными редкостями было бы далеко до калининградской эпопеи... Но это так, к слову...

Долгожданное постановление Совета Министров РСФСР о сохранении «Витязя» и создании Музея Мирового океана Министерства культуры РСФСР вышло 12 апреля 1990 года. «Для нас этот день, — не устает повторять Сивкова, — как полет в космос!» А потом, через 10 лет, у музейного причала встала «вышедшая в запас» дизель-электрическая подводная лодка Б-413. А год спустя к ним присоединился «Космонавт Виктор Пацаев» — единственное действующее научно-исследовательское судно космической связи в мире. Корабль входил в десятку «звездной флотилии» СССР и остался спасенным не без участия Сивковой и Ко. Правда, когда в 2009-м начались разговоры о том, что Федеральное космическое агентство (Роскосмос), которому принадлежит «Пацаев», намеревается списать и продать судно, опять «застрочил пулеметчик». Слава богу, отстояли...

Сегодня Музей мирового океана гордится и своим филиалом — легендарным ледоколом «Красин», пришвартованным на Неве в Санкт-Петербурге. Недавно музею отдали совершенно разбитое здание янтарной мануфактуры. И его надо будет восстанавливать, как до этого всем миром поднимали из руин Королевские и Фридрихбургские ворота. Теперь, на радость посетителям, здесь развернуты интереснейшие экспозиции по истории русского флота. Высочайший уровень подачи материала, не уступающий лучшим европейским музеям. Детей не оторвать от компьютерных игр с непростыми задачками — к примеру, такой: «Построй древнюю лодку». Совсем скоро на набережной исторического флота появится гидросамолет Бе-2. В Музее Мирового океана постоянно что-то происходит, жизнь бурлит. И участвуют в реальной, а не «паутинной» жизни музея неравнодушные сотрудники; упомяну только нескольких из них: известный океанолог, замдиректора Музея Мирового океана по научной работе, кандидат географических наук, заслуженный работник культуры Виктор Стрюк, Ирина Хабидова, Светлана Долгова, Татьяна Малаканова, Татьяна Проничева...

В конце апреля в столице Янтарного края началось строительство главного экспозиционного корпуса Музея Мирового океана. Пока для российских СМИ сей факт остается незамеченным. Событие это исторического значения не только для России, но и для всего мира. «Планета Океан» — огромный 28-метровый стеклянный шар, который через несколько лет появится на набережной реки Преголи, — станет не только архитектурно-ландшафтной доминантой города, но, главное, музеем нового типа, научным центром, средоточием знаний и последних исследований одной из пяти стихий Земли. Об этом амбициозном проекте мы беседуем со Светланой Геннадьевной Сивковой.

 

Корр.: Светлана Геннадьевна, как вы решились на столь грандиозный проект?

Светлана Сивкова: Строительство такого музея — дело архиважное. Россия — морская держава, а мы очень плохо заботимся о своих морских музеях. У нас, к сожалению, приличных государственных морских музеев около двадцати. Это невероятно мало, такого плачевного состояния дел нет нигде в мире. На 13 миллионов россиян приходится один морской музей. В Голландии, к примеру, один — на 100 тысяч. Морские музеи на Балтике растут как грибы! Назовите любой морской город в Германии — там везде существуют серьезные морские музеи. Киль, Росток, Бремен, Бремерхафен, Куксхафен и Вильгельмсхафен... А какой музей в Штральзунде! Настоящий гигантский центр! Один из крупнейших аквариумов Европы, к тому же это и музей науки. Экспозиции там посвящены и гидрологии, и экологии, древним обитателям Балтийского моря. Там можно познакомиться с путями миграции рыб, промыслом, увидеть карту загрязнения Балтики... А у нас ведь практически нет музеев науки...

 

Корр.: Политехнический закрылся на реконструкцию до 2018 года...

С.С.: Ну, в Москве, к счастью, есть еще замечательный Дарвиновский музей. Кстати, Музей Мирового океана тоже попадает в десятку естественнонаучных музеев России. Мы ведь обладаем бесценной коллекцией, у нас около 100 000 единиц хранения, посвященных исследованиям морской стихии.

 

Корр.: Получается, и естественнонаучные музеи тоже в загоне?

С.С.: К сожалению, должна с вами согласиться. Так сложилось, что в России финансируются в основном художественные и исторические музеи. Естественнонаучные же задвинуты, и уж не знаю, когда до них дойдет очередь. У нас в основном есть маленькие экспозиции в краеведческих музеях, рассказывающие о местной фауне: кабаны, лоси и т.д. Я это называю «Экспозиция “Рога и копыта”». И если не изменить эту ситуацию, нас всех снесет одной большой волной. Нам нужно серьезно думать о том, где мы живем, на какой планете. Завтрашний день человечества зависит от того, что мы будем делать, как прогнозировать все природные явления и процессы.

 

Корр.: Музей Мирового океана с новым экспозиционным корпусом будет музеем науки?

С.С.: В первую очередь! Мы строим корабль — а это ведь метафора и государства, и дома, и научной лаборатории, вместе с этим — центр мировых данных об океане. Мы должны привлечь ученых для разработки музейных комплексов. И наша цель — собрать как бы условную библиотеку научных знаний и создать экспозицию в виде своеобразной модели океанической экосистемы, отражающей все те процессы и взаимосвязи, которые лежат в основе существования и функционирования Мирового океана. И это надо так сделать, чтобы все ахнули...

 

Корр.: И связь собираетесь держать с научно-исследовательскими судами, станциями?

С.С.: Разумеется! Есть же у нас единственный сохранившийся корабль из «космической флотилии СССР», с которого можно общаться с МКС (Международной космической станцией). В первую очередь мы создаем музей науки океанологии. В нашей «Планете Океан» будут лаборатории воды, воздуха, грунта, представлены животный и растительный мир: нам необходимо убедить посетителя, что существует взаимосвязь всех океанических структур. Мы должны поднять проблему «Человек и океан». Соответственно, в связи с этим возникнет тема экологии... Я призываю всех включиться в работу, нам нужна поддержка...

 

Корр.: Вашим грандиозным планам соответствует и архитектурный проект? Ничего подобного в России еще не было! Приятно, что суперсовременная архитектура комплекса придумана российскими зодчими...

С.С.: Мы очень гордимся этим! Нам давно нужен был главный корпус. Я ведь подала заявку на его строительство и честно стояла в очередь с другими музеями аж с 2001 года. Наконец нам выделили деньги, и мы провели творческий конкурс. Тогда, в 2011 году, из десяти соискателей победил проект Санкт-Петербургской архитектурной мастерской Олега Романова, который убедил всех членов жюри. Стили и направления меняются, а глобальную тему — «мировой океан» — необходимо отразить в вечной форме, и она должна быть знаковой. Так и появился шар — форма, созвучная с нашей планетой, с космосом; в ней есть что-то изначальное... Огибать шар будет гигантская океанская волна, спускающаяся к реке. А чтобы наш «шарик» не выглядел как школьный глобус, на каждое из пяти тысяч стекол будет нанесен рисунок. Вы представляете, какая предстоит огромная работа?

 

Корр.: У вас есть концепция внутреннего наполнения здания, связанная с его архитектурной формой?

С.С.: Есть, и целых 28 вариантов! Но я недовольна, мне все не нравится, все кажется скучным... Ведь мы должны очень ярко отразить планетарно-целостное восприятие океана, это — миссия, а не обычный проект... Ибо именно океан является главным условием для сохранения всего живого на земле.

 

Корр.: Вы, по-видимому, перфекционистка?

С.С.: Признаюсь, да. Вначале меня захватывает идея, а уж потом все ее детали я должна довести до совершенства. У меня как-то сразу родилась идея о корабле, который отправляется в плавание...

 

Корр.: Как экспозиция будет расположена в пространстве?

С.С.: Не будет ужасно скучной коридорной системы. У нас уже есть рабочий проект, по которому все прописано, вплоть до цвета пола. Все технологическое оборудование, где что стоит, где розетки, сколько будет света и воды... В одном из залов разместится археологическая коллекция, в другом — планетарий, в третьем — арт-лаборатории. Откроется зал 5D, в котором можно будет увидеть в потрясающем качестве, с эффектом присутствия все моря и океаны, пляжи мира, соревнования по морским видам спорта... На самом верху будут представлены спа-салоны и салоны талассотерапии, все процедуры, связанные с морской водой, — так называемая рекреационная зона. Да, мы еще забыли про прилегающую территорию, где разместятся входная зона «Берег Балтики», яхтенный причал, площадь парадов... Там мы будем проводить наш весенний Праздник селедки. Кстати, в этом году в нем участвовало 600 000 человек...

 

Корр.: Город в городе! Сколько же будет маршрутов?

С.С.: Вернее, морских путешествий или научных экспедиций, в которые и отправятся посетители музея. Одно из них, как мне кажется, должно будет называться «Янтарное море». Земля Калининграда — Кенигсберга — особое место: здесь жили люди, чаще других смотревшие в небо... Здесь бывал Коперник, здесь провел свою жизнь великий философ Кант, ко всему прочему — автор теории происхождения Солнечной системы. Ни один город не рождал столько космонавтов: Леонов, Пацаев, Викторенко, Роман и Юрий Романенко... И еще: ни в одном городе на свете не сконцентрировано столько знаменитых кораблей. Помимо тех, что стоят у нашей Набережной исторического флота, это еще победитель международных регат парусник «Крузенштерн», научное судно «Академик Келдыш», носитель глубоководных аппаратов «Мир», о котором большинство узнало после фильма «Титаник». Ну а знаменитый морской камень янтарь? Здесь самое крупное в мире месторождение, а значит, и море у нас — «Янтарное».

 

Корр.: «Планета Океан» примет посетителей только в 2017 году. Вы обрекаете себя на четырехлетний строительный забор в центре нынешней территории музея?

С.С.: Ничего не поделаешь, я понимаю, как это ужасно. К тому же это будет происходить на нашей любимой территории, где сотрудники музея выкладывали необычные камни, сажали редкие сорта деревьев... Вид центра города будет испорчен! Во что бы то ни стало я должна превратить эту стройку в захватывающее действо. Не просто обклеить забор плакатами с изображением музейного объекта... Не знаю, может, я должна буду сделать дырочки в заборе, чтобы люди могли наблюдать, как «растет» музей будущего? Я уже думаю, как организовать лекции для строителей, для археологов... Из всех отрицательных моментов я должна извлечь максимум положительного, поменять минус на плюс. Всеми силами я буду продвигать наш проект, и все вокруг должны осознать, что мы строим не просто здание... Я хочу, чтобы меня правильно поняли: нам всем вместе надо строить Музей Мирового океана — ведь для страны это очень важно. Это выведет Россию на новый уровень музейного дела, повысит престиж государства. 

Беседу вела Оксана Липина.

Комментарии 1 - 0 из 0