* * *
Пазлы сложены по-другому,
Нет короткой дороги к дому.
Да и вовсе дороги нет
Никакой, ни простой, ни сложной.
Это кажется невозможным,
Хоть какой-то да должен быть след.
Будто время внезапно вышло —
Сад дичает, просела крыша,
На ступенях растет трава.
Есть закаты, но нет рассветов,
Мы с тобою не знаем об этом,
Нам не надо об этом знать.
Нас и держит-то наша память —
Белой краской на старой раме,
Вишни розовыми цветами
Черепицей и вот — котом.
Нас не ждут никуда обратно,
Это больно, но так понятно,
Независимый сделай вид.
День за днем или ночь за ночью
Ты живи теперь, если хочешь.
А не хочешь — так тоже живи.


* * *
Двор огранен, и на каждой грани
Отражаются в окнах цветы герани,
Занавески, летящие вслед за ветром,
Палисадники с сердцем разбитым — дицентрой,
На асфальте — классики и скакалки,
На веревке белье, на заборе галки,
Рыжий кот, воркующий с голубями,
И — гляди — отражаемся там мы сами.


* * *
Все иллюзорно. Зонтик в дырочку
И плащ — три четверти рукав.
Будь осторожнее, на Кирочной
Сегодня злые облака.
И пусть нас это не касается —
В пересечении орбит
Нева на парапет бросается
И бросить русло норовит.
Шумит уборочная техника,
По майским улицам скользит.
И от парадной до поребрика
Разлит весенний реквизит.


* * *
Сумерки. Дождь.
И как будто бы стенка на стенку
Страхи ночные
Выходят в жасминовый рай.
Бледное облако,
Словно молочная пенка,
Свесилось за горизонт,
Как за чашечный край.
Зонт не поможет.
Дождем заливает карнизы.
Он рикошетит снаружи
И бьется внутри.
Путает планы,
Стирает чужие эскизы
И надувает
Цветные свои пузыри.


* * *
Разве это отзвуки стихий —
Шорохи пергаментной бумаги.
И прикосновенья этой влаги
Вкрадчивы, задумчивы, тихи.

Город выгибается дугой,
Множится, качается, кривится,
Словно близорукая девица
Ловит отражения рукой.

Не утешить и не удержать,
То ли плачет, то ли пламенеет,
То ли обнимает и не смеет
Тесные объятия разжать.


* * *
Не спрашивай. Я не смогу ответить,
Что наше тут, что не наше, что ветер
Натащил, как щенок бестолковый,
Сколько ни отнимай, он натащит снова.
Он то ли мусорит, то ли чистит —
Не разобрать. Прошлогодние листья
Разбрасывают его толстые лапы.
Мерзлой земли прошлогодний запах
Поднимается и теплеет.
Мелкие птицы галдят в аллеях.
Приближается очередной субботник.
Снег сошел, значит, и мы уходим.


* * *
Ангел не высыпается, ангел злится.
Бестолковое человечество как синицы —
Разлетается в разные стороны.
Как уследить за всеми?
Ему некогда дожевать свою пасту,
Ему некогда переклеить пластырь.
Он летит на сверхзвуковой скорости.
Кому помогать первому?
Как с ними со всеми сладить?
Тот в космос, тот в Марианскую впадину.
Небо по белой линии вспорото —
Зашьет его наживую.
Звезды просыпались в эту прореху.
Он собирает их, ему не до смеха.
Он дует на пальцы, на ходу залечивая
Ожог третьей степени.


* * *
Мы опять прибавляем шаг.
Мы не слышим — постой, потише.
И за нами скользит душа
По ребру черепичной крыши.
Мы транслируем на небеса
Составные свои рекламы.
Мы приставили к ним леса,
Мы залезли, ну правда, мама.
Мы почти уже там, на треть.
Почитай же, что пишет пресса.
Мы отчаялись умереть,
Мы отдали себя прогрессу.
Здесь у нас ни добра, ни зла,
Только щелкают механизмы.
Мы отдали свои тела
Ради жизни.
Идеальной системой жужжит
И собой заполняет морок.
Мама, мамочка, эта жизнь
Только повод для разговора.


* * *
Удивленно глядит
Нежный, прозрачный ландыш.
В керамической вазочке
В узком горле
Налет,
Как гланды,
Растет запекшейся коркой.
Странный цветок
Задыхается в облаке хлорки.
Вода из-под крана.
Бедные ландыши.
Бледные ландыши.
Свесились, как с балкона
Третьего этажа над бездной,
Слабые, маленькие, бесполезные.
Кто их принес и кому подарил?
Откуда
Это беспомощное
И невозможное чудо?


* * *

О.К.

Серебряное копытце
Цокает у дверей.
Детское любопытство:
Кто там? Смотри скорей!
Стынет в тарелке каша.
Вечер в окно плывет.
Бабушке не расскажем.
Бабушка не поймет.
Дверь заскрипит сердито —
Шапку надень! — на бегу.
Бледные хризолиты
Прячутся в рыхлом снегу.
Окна в слюде морозной.
И, завершая день,
Звонко чеканит звезды
Маленький снежный олень.


* * *
Погоди, не ныряй, не достанешь дна,
Там зеленый и скользкий ил.
Там блестит луна, там звенит глубина,
Но вернуться не хватит сил.
Не ныряй, постой, этот омут не твой,
Там расписаны все места.
А нырнешь, так уже не уйдешь живой
От русалочьего хвоста.
Не ходи туда, там волна темна.
Там под утро кричит неясыть.
Там не видно дна, там на дне луна,
И луне никогда не всплыть.