Крупнейший китайский поэт XX века

Китайская поэзия XX века, преимущественно его первой половины, — это новый этап развития поэтического искусства в Китае: возникают новые темы, создаются новые формы, формируется новое мироощущение. Ай Цин (настоящее имя Цзян Чжэнхань, 1910–1996) в полной мере вобрал яркость и свободу литературной речи байхуа, принесенной в поэзию «Движением 4 мая», сделал собственный вклад в развитие нормы и формы. Поэзию Ай Цина относят к «июльской поэтической школе».

Ай Цин родом из городка Цзиньхуа провинции Чжэцзян, из семьи землевладельца и помещика, но был вскормлен и выращен обычной крестьянкой, которой в двадцать три года посвятил автобиографическую поэму «Да Яньхэ — моя кормилица» (1933). Она была его первой матерью, в ее доме он прожил первые пять лет жизни, которые оказали глубокое влияние на его дальнейшее творчество.

Ай Цин с детства любил изобразительное искусство, что отражено в его лирике. В 1928 году поступил в государственную художественную школу Сиху изучать живопись, а в следующем году переехал во Францию, чтобы продолжить изучение изобразительного искусства и начать знакомство с западной модернистской поэзией. Во Франции, кроме прочего, увлекается поэзией В.В. Маяковского, считая его одним из выдающихся поэтов эпохи. Особенно любил его «Облако в штанах» (1915):

Маяковский —
Поэт,
Не сравнимый ни с кем,
Певец и глашатай всего человечества —
Стоит на вершине народной мудрости,

Выковывая
Стальное слово революции...[1]

Огромное влияние на становление Ай Цина в эти годы также оказал импрессионизм.

Живописный подход к изображению как раз предполагает выявление связей визуального предмета с окружающим миром. Импрессионизм в литературе является средством построения сюжетных, этических, психологических, философских и иных структур. Это средство возьмет на вооружение Ай Цин и сделает своей постоянной литературной практикой. Сходство его «манеры» с поэтикой импрессионизма проявится в особой роли «динамики настроений».

После возвращения в Китай в 1932 году Ай Цин присоединился к Союзу левых художников и инициировал создание Общества искусств Чуньди. В том же году был арестован за участие в левых культурных мероприятиях и вышел из тюрьмы только в октябре 1935 года. Три года тюрьмы оставили глубокий след в сознании поэта. Свое первое произведение, лирическую поэму «Да Яньхэ — моя кормилица», он пишет в заключении. С этого момента начинается создание собственных произведений.

После выхода поэта из тюрьмы его поддерживает Мао Дунь и помогает вернуться в круг прогрессивной китайской интеллигенции. Ай Цин за свой счет печатает сборник стихотворений «Да Яньхэ» (1934), который привлек внимание читателей и критиков. В сборник вошла его автобиографическая поэма, описывающая детские годы поэта и его няню и кормилицу Да Яньхэ. Ай Цин выражает любовь к ней и воспевает тихий, мягкий, чистый и добрый характер кормилицы, описывает ее сложную, безрадостную жизнь. Образ Да Яньхэ — это образ китайской деревенской женщины, ее судьба трагична и тяжела, как и судьбы многих бедных крестьянских женщин в Китае в тот период.

Поэма «Да Яньхэ — моя кормилица» — это нерифмованное, свободное стихотворение (белый стих). В нем Ай Цин уделяет особое внимание таким стилистическим приемам, как параллелизм, удвоение, что оформляет своеобразный ритм душевных переживаний, придает ему определенную мелодичность. Ай Цин стремился максимально приблизить поэзию к прозе. Он считал, что если добавить поэтическому произведению черты прозаического, то оно станет еще более изящным и прекрасным. Кроме того, Ай Цин также привнес в поэзию разговорную речь.

Как художник он создал поэзию модернистского стиля, которая стала частью литературного процесса. Его ранние работы имеют следы влияния поздних французских импрессионистов, красочность и скульптурность слов в сочетании с естественной глубиной и меланхолическим темпераментом формируют характер его работ того времени. Литературный критик Ху Фэн после выхода стихотворения «Флейта» (1933) назвал Ай Цина «поэтом, играющим на флейте».

1938–1944 годы являются пиком творчества Ай Цина. Он сознательно обвиняет «трубачей» войны и через поэзию воспевает искреннюю любовь к родному Китаю. После войны с японскими захватчиками в фокусе внимания Ай Цина тема народной освободительной борьбы. За несколько лет он напишет около ста стихотворений. В это время он ездит по всей стране, сталкиваясь с жестокой военной реальностью, своими глазами видит полное разорение и гибель китайского трудового народа, страшную картину беженцев и бродяг, ощущает экзистенциональный момент существования народа. При этом его поэзия остается оптимистичной, радость и непоколебимость сосуществуют со скорбью и гневом.

Под влиянием работ Ван Гога в стихотворениях Ай Цина часто присутствует образ солнца. Максимально полно образ солнца описан в произведении «Солнце» (1937), в котором выражаются надежды поэта на будущее национальное возрождение. Это стихотворение выразило «отзвук века», надежду на возрождение величия китайской нации. Солнце символизирует стремление и желание поэта к свету, идеалу, хорошей жизни. В апреле 1938 года Ай Цин закончил поэму «К солнцу», которая состоит из девяти связанных темой воспевания солнца глав. Солнце для поэта символ жизни, свободы и равенства. Помимо образа солнца, Ай Цин написал ряд стихотворений, в которых изображены образы рассвета, раннего утра, весны, лунного света, факела и т.д.:

Во имя просьб моих и стремлений
Вставай, поэт, и меня послушай!
Скажи простым, работящим людям,
Которые ждут меня, не дождутся,
Что я иду, по росе ступая,
При слабом свете звезды последней;
Иду с востока, от океана,
Где пенит волны могучий ветер;
Несу я миру сиянье света,
Тепло и радость несу я людям[2].
 

В то же время в поэзии Ай Цина часто появляется образ земли. Земля, как и солнце, составляет основу его творчества, являясь классическим образом его поэзии. Земля под пером Ай Цина — синоним родины. Поэтому его поэзию относят к направлению почвенников. Написанное в 1938 году стихотворение «Я люблю эту землю» открыто выражает его глубочайшие и пылкие чувства к родине:

Будь я птицей —
Я пел бы надрывно
О земле, иссеченной дождями,
О рокочущем гневном потоке,
О без устали дующем ветре,
О лесных несравненных расцветах,
А потом бы я умер от песни,
И истлели бы перья в земле.

Почему на глазах моих слезы?
Эту землю люблю я безмерно...[3]
 

Ай Цин становится носителем подлинных патриотических мотивов в первые дни войны, обладая художественной силой. Поэт последовательно издает сборники стихов «Север» (1939), «Пустыня» (1940), «Факел» (1941) и др., которые стали неотъемлемой частью истории китайской литературы. В этот период поэтическая практика модернизма постепенно претерпевает реставрационные изменения в культурном пространстве.

В марте 1941 года Ай Цин приехал в Яньань и на следующий год принял участие в литературном совещании по вопросам искусства и литературы в Яньани. После этого симпозиума поэт стал придерживаться идеи о том, что искусство должно отражать жизнь рабочего класса и служить политике продвижения соцреализма. Изменив мировоззрение, он изменил художественный стиль, написал такие произведения, как «Весточка о рассвете» (1940), «Белоснежное копытце» (1941), «Стихи, посвященные сельской местности» (1942), которые воспевают коллективную силу, веру в победу и дистанцируются от ранних работ. В этот период Ай Цин отдает себя служению народной революции, славит армию героев.

В 1950 году поэт был в России, написал несколько лирических стихотворений, среди которых «Поезд минует Байкал»:

Утром вижу я озеро — это Байкал.
Предрассветный туман поднялся над водой,
Воды тихие кажутся чище зеркал,
И утесы нависли...
Паровоз белым дымом клубит и клубит.
Вижу — девушка машет рукой, у дороги стоит
И в Москву провожает с Востока гостей...[4]
 

Исторический вклад Ай Цина в новую китайскую поэзию основан на ранних работах по борьбе с войной. Синтезируя поэтические традиции реализма с художественными достижениями модернизма 30-х годов, Ай Цин преуспел в создании сложных и глубоких чувств, наполненных напряжением. Поэтические образы поэта просты и полны, как на картине. Ему удалось вслед за формой (отход от классической лирики) «двинуть» эпоху вперед и выступить одним из «архитекторов» стремительно меняющегося времени в подступах к модернизму в китайской литературе.