Уже шестнадцать лет в русскоязычном пространстве работает международная издательская группа «Шанс», создателем и неизменным руководителем которой является господин Му Пин. Редакция журнала «Москва» попросила его рассказать о своей миссии в России, чтобы наши читатели могли лучше ориентироваться в море информации, из которого все же трудно выловить что-то подлинно китайское.

Предлагаем вам небольшую заметку-воспоминания Му Пина, которую он сам назвал «мостом из книг и телевидения для знакомства русскоязычных читателей с подлинным Китаем».

13 апреля 2010 года была зарегистрирована издательская медиагруппа «Шанс». Прошло шестнадцать лет, и я, бывший журналист, освещавший экономические новости в Центральной Азии, стал основателем международной издательской группы, работающей в шести странах: Китае, России, странах Центральной Азии, Беларуси и Японии. Всем известно, что, к сожалению, последние два десятилетия, с распространением сетевых медиа, традиционное издательское дело не является прибыльной отраслью. Напротив, оно требует огромных капиталовложений, а ощутимая отдача появляется очень нескоро. Когда российские друзья узнают, что я продал свою квартиру в Пекине и поддерживаю работу компании за счет банковских кредитов, большинство из них совершенно не могут поверить и понять: зачем шестнадцать лет отказываться от полноценной семейной жизни, отдавать все свои силы и энергию малоприбыльному делу? Иногда я сам задаю себе этот вопрос: стоят ли все мои страдания и жертвы того, что я делаю? К чему я стремлюсь?

Тогда я оглядываюсь назад, вижу трудный и яркий путь, и каждый раз ответ для меня очевиден: когда я работал и жил в России и странах Центральной Азии, я своими глазами видел огромные разрывы в понимании Китая местными жителями. Это убедило меня в том, что кто-то должен построить локализованный текстовый и медиамост, чтобы разрушить предрассудки и познакомить русскоязычных людей с настоящим Китаем.

1. Пустая рыночная ниша и стереотипы о Китае: как зародилась идея издательского проекта

В начале двухтысячных годов меня многократно направляли в Россию, Киргизию, Казахстан и другие страны Центральной Азии для работы экономическим журналистом — я прожил там семь-восемь лет. В то время постсоветские государства переживали тяжелые экономические последствия распада СССР, производство товаров легкой промышленности там было слабо развито, материальные блага в большинстве регионов были в дефиците. Именно в этот период множество китайских мелких торговцев без высшего образования приехали туда за заработком. Они привозили дешевые товары, вели грубую торговлю и одновременно демонстрировали самые непривлекательные стороны китайской культуры, оставляя у местных жителей крайне негативное впечатление.

Если на улице встречали азиата в простой одежде, с неприметным поведением, местные жители сразу говорили, что это китаец, а опрятно одетых азиатов чаще всего принимали за японцев или корейцев. Двойные стереотипы искажали целостное представление о Китае. Часть людей, насмотревшись фильмов о боевых искусствах, считала, что все китайцы носят длинные халаты и умеют летать по крышам; другие же судили о всей стране исключительно по отдельным торговцам и низкокачественным товарам.

Я никогда не отрицаю, что в каждой стране есть люди, поведение которых вызывает неловкость. Но у каждого народа есть своя выдающаяся, достойная гордости культура. К сожалению, китайские товары заполонили весь мир, и у людей сложилось необъективное мнение о китайской культуре. Тысячелетнее богатое наследие Китая и достижения страны после реформ и открытости почти никому не известны за границей.

Что меня особенно огорчало — местные жители хотели узнать о Китае, но не могли найти подходящую для их восприятия литературу. Книги о Китае почти не встречались в книжных магазинах всех постсоветских стран. Те немногочисленные переводы, что попадались, были написаны еще в советскую эпоху и совершенно не отражали современное развитие Китая. Местные синологи и культурные деятели часто просили меня привезти из Китая книги о стране на русском языке, но найти их на родине тоже было невозможно.

По официальной российской статистике, в период с 2010 по 2015 год ежегодно с китайского на русский переводили всего 20–30 книг. Если сравнивать с ежегодным объемом выпуска новых изданий в русскоязычных странах (110–200 тысяч наименований), эта цифра практически незаметна.

Один известный китайский музыкант, живущий в России, рассказал мне: в начале девяностых годов американский предприниматель Джордж Сорос открыл в России отделение фонда «Открытое общество». Основные направления его работы включали перевод и издание западных гуманитарных, общественно-политических и художественных книг, субсидирование периодических изданий. В 1996 году фонд запустил крупный переводческий проект: планировалось перевести 500 классических европейских и американских гуманитарных работ. Фонд полностью оплачивал труд переводчиков, работу издательств и печать книг. Благодаря этому на российский рынок хлынули сотни американских изданий по социологии, литературе, юриспруденции и экономике. Фонд также финансировал независимые издательства, литературные журналы и закупку западных переводных книг для государственных библиотек. Десятилетиями американская культура активно распространялась в России за счет этих средств.

К сожалению, несмотря на то что в Китае живет и работает множество состоятельных предпринимателей, почти никто не готов инвестировать в продвижение национальной культуры — ведь это бизнес, который изначально не приносит прибыли.

Китайские товары легкой промышленности, бытовая техника и строительные материалы заполнили весь русскоязычный рынок, товарный экспорт достиг огромных успехов, но культурное продвижение оказалось почти полностью заброшенным. В 2008 году я разговаривал с директором Института Конфуция в Киргизии и коллегой, работающим в сфере внешних связей, и мы пришли к единому выводу: торговля товарами обеспечивает только экономические контакты, а книги открывают путь к душевному диалогу. Русскоязычный рынок нуждался в изданиях о Китае, переведенных местными специалистами и адаптированных под местные языковые привычки, — это одновременно пустая рыночная ниша и реальная потребность народного общения.

В 2009 году, несмотря на возражения всей семьи, я твердо решил посвятить себя зарубежному издательскому делу. В 2010 году компания была официально зарегистрирована, и с самого начала мы поставили перед собой четкую цель: выпускать книги о Китае — понятные, доступные, интересные и любимые иностранными читателями.

На старте бизнес был крайне тяжелым. Я потратил все свои сбережения, продал квартиру в Китае и даже взял высокопроцентные займы для поддержания работы. Родные и друзья постоянно советовали мне остановиться и прекратить убыточную деятельность, но я был уверен: интерес русскоязычных людей к Китаю реален, просто нет адаптированной профессиональной литературы для его удовлетворения.

В 2012 году состоялся XVIII съезд Коммунистической партии Китая, на котором была поставлена задача познакомить мир с подлинным Китаем. Это дало издательству «Шанс», уже работавшему в России и Центральной Азии, четкий вектор развития и новые перспективы.

2. Полная локализация производственной цепочки: создание зарубежной площадки для рассказа о Китае от лица иностранцев

Сначала мы сотрудничали с местными издательствами Киргизии и России, но быстро обнаружили множество недостатков такого подхода. По китайским стандартам эффективность работы местных компаний была низкой, мы не могли контролировать качество переводов, редакционную проверку и сроки выпуска книг. Корректировка фрагментов, затрагивающих этнические, религиозные и политические темы, требовала огромных усилий и переговоров, мы постоянно находились в зависимом положении. Тогда я принял решение развивать собственное издательство и построить полностью локализованную производственную цепочку: перевод, редактирование, издание, печать, дистрибуция, фирменные книжные магазины, а также медиапроекты с телесериалами и документальными фильмами.

Эта модель звучит идеально, но реализовать ее чрезвычайно сложно. Всем известно, что перевод и издание книг — процесс долгий, требующий огромных инвестиций, при этом риски неокупаемости очень высоки. Многие наши книги переводились на протяжении нескольких лет, а иногда и больше десяти. Например, работа над пятитомной «Большой китайской энциклопедией» заняла более семи лет, а серия книг «Великая эпоха» переводилась и издавалась двенадцать лет подряд. Это требует колоссальных финансовых вложений, и, если продажи не оправдают ожидания, компания несет серьезные убытки.

Тем не менее у группы «Шанс» есть и положительные результаты. С ростом нашей репутации и углублением дружеских отношений между Китаем и Россией интерес жителей русскоязычных стран к китайской культуре постоянно растет, а «Шанс» остается безальтернативным крупнейшим издательством книг о Китае. В известных российских университетах самостоятельно открывают полки с новыми изданиями «Шанса», государственные библиотеки России регулярно закупают наши книги. Особенно быстро растут продажи учебных пособий на волне интереса к китайскому языку — это наш основной источник прибыли.

Сегодня группа включает двенадцать дочерних компаний в шести странах: в Китае, России, Беларуси, Казахстане, Киргизии, Японии. Все зарубежные сотрудники — местные профессиональные специалисты, это наше главное конкурентное преимущество. Местные команды отлично знают языковые нормы, культурные табу и читательские предпочтения, что исключает искажения смысла при дословном переводе.

Мы предъявляем строгие требования к переводческой работе: научные и энциклопедические издания должны переводить специалисты соответствующих областей. Это наш основной конкурентный плюс, благодаря которому мы десять лет подряд получаем награды на всероссийском конкурсе лучших книг. В июне 2026 года мы вновь поднялись на сцену награждения за высокое качество перевода и редактуры пятитомной «Большой китайской энциклопедии».

3. От офлайн-магазинов к онлайн-платформам:
книжные пространства как площадка межнационального культурного диалога

На мой взгляд, зарубежные фирменные книжные магазины — самое живое офлайн-пространство для культурного обмена, место прямого живого общения читателей и авторов, давняя мечта моя и многих синологов. За десять лет мы открыли четыре фирменных книжных магазина в столицах постсоветских стран: в Москве, Бишкеке, Астане и Минске. Это первые в истории магазины, полностью посвященные китайской тематике, в каждом из этих государств. Каждый магазин несет свою миссию по культурному продвижению. За девять лет работы офлайн-точек мы организовали тысячи мероприятий для знакомства местных жителей с Китаем, их посетили сотни тысяч человек. Для многих читателей эти магазины стали настоящей сценой для рассказа о Китае. Однако книжные магазины не приносили прибыли, все убытки покрывались за счет других направлений группы, что в итоге привело к их закрытию.

В сентябре 2025 года из-за растущего финансового давления все офлайн-магазины «Шанса» перешли полностью на онлайн-формат. Это одновременно переход от традиционной торговли к современным цифровым маркетинговым инструментам и компромисс между идеалом и реальностью: без финансовой поддержки высокие культурные идеалы невозможно реализовать.

4. Сохранение миссии в период потрясений: ответственность и внутренние убеждения на фоне пандемии и геополитических перемен

2019 год должен был стать годом масштабного расширения группы: мы планировали открыть представительства в новых странах Европы и Центральной Азии, одновременно развивать туристические, выставочные и издательские проекты. Но внезапная пандемия остановила все мероприятия, доход от туристического направления полностью исчез. Последующие геополитические потрясения и глобальный экономический спад привели к резкому падению продаж группы «Шанс» и ухудшению финансового положения. Однако открылись и новые перспективы: интерес жителей русскоязычных стран к изучению китайского языка и знакомству с Китаем вырос, поэтому учебники по китайскому, документальная проза о современном Китае и детская литература стали продаваться лучше. Мы быстро скорректировали издательскую политику: выпускаем как серьезные научные труды, так и художественную прозу для взрослых и детскую литературу, охватывая читателей всех возрастов.

Группе «Шанс» уже шестнадцать лет, издательское и медиа-направления стали более зрелыми. Но издательское дело за границей по своей природе связано с высокими расходами, низкой прибылью и слабой устойчивостью к кризисам. Мы развиваемся исключительно за счет собственной прибыли, поэтому при любых внезапных потрясениях планы по расширению приходится откладывать.

Многие окружающие не понимают меня: другие китайские компании, основанные одновременно с нашей, давно выросли до огромных масштабов, а я работаю без выходных, вкладываю огромные средства, но почти не получаю прибыли и постоянно несу финансовые риски. Стоит ли это того? Я всегда четко разделяю коммерческую прибыль и ценность культурного проекта. С точки зрения доходов зарубежное издательство нельзя назвать успешным, но за шестнадцать лет мы перевели и издали более 1300 книг о Китае, создали самую полную сеть дистрибуции китайской литературы на постсоветском пространстве. В России мы сотрудничаем с телеканалом «Красная линия» и выпускаем передачу «Современный Китай» с показом китайских фильмов и документальных проектов, также вместе с общественным телеканалом ОТР мы запустили рубрику «Читаем Китай». Тысячи синологов используют наши переводы в учебном процессе, дети открывают для себя мир китайских сказок через наши книги — духовная отдача от этого несопоставима с любой коммерческой прибылью.

Меня часто спрашивают: если вернуться в 2010 год, выбрал бы я снова этот тернистый путь? Мой ответ всегда положительный. Бизнес часто преследует финансовую выгоду, но зарубежное издательство несет миссию межкультурного диалога. Торговля товарами строит только экономические связи, а литература разрушает предрассудки между людьми.

5. Долгосрочные перспективы: дальнейшее развитие многоязычного издательства для устойчивого межцивилизационного диалога

На данном этапе среднесрочный план группы четко определен: в условиях глобальной экономической нестабильности и спада книжного рынка основная задача — стабильно выпускать переводные издания и поддерживать удовлетворительное финансовое состояние. Одновременно мы ускоряем цифровую трансформацию, создаем онлайн-платформы для цифровых изданий, используем новые медиа для целевого распространения книг и расширяем охват зарубежных читателей.

В перспективе мы сохраним стратегию полностью локализованного перевода на родные языки стран присутствия, продолжим выпуск современной китайской прозы, классической культурной литературы и качественных детских книг на нескольких языках. Мы регулярно организуем книжные выставки, детские литературные ярмарки, мастер-классы по китайской каллиграфии и встречи с авторами, создаем площадки для общения молодежи Китая, России и стран Центральной Азии, чтобы новое поколение лучше понимало друг друга через литературу.

Мы надеемся, что состоятельные предприниматели Китая и России будут больше инвестировать в это дело межкультурного обмена, а также призываем правительства обеих стран оказывать поддержку частным издательствам в области политики и налогообложения: расширять доступ к государственным грантовым программам перевода; стимулировать сотрудничество китайских и российских корпораций через совместные проекты и долевое участие для укрепления устойчивости культурных издательских компаний; объединять офлайн- и онлайн-медиаканалы для комплексного продвижения книг о Китае за границей, чтобы добиться взаимопонимания, взаимного уважения и многовековой дружбы между народами Китая и России.

Заключение

Мой друг Владимир Юрьевич Захаров часто говорит мне: «Му Пин, должно быть, в прошлой жизни у тебя была тесная связь с Россией, иначе невозможно объяснить, как ты создал такое значимое дело в нашей стране». А его супруга, заслуженный деятель культуры России Ирина Захарова, неоднократно публично отмечала: «Я часто думаю, как такой мягкий, худой китаец смог качественно перевести и издать такое огромное количество важных китайских книг в России?»

Кем я был в прошлой жизни — я не знаю. Но я верю, что каждый человек приходит в этот мир с собственной исторической миссией. Я буддист, верю в перерождение и карму: все поступки, совершаемые нами в этой жизни, являются плодом причин, заложенных в прошлых жизнях.

Группе «Шанс» пришлось пережить множество тяжелых периодов, и новые трудности еще ждут нас впереди. Но я не собираюсь останавливаться: моя миссия — познакомить русских людей с лучшими сторонами китайской культуры.