По лермонтовской Москве

Александр Анатольевич Васькин родился в 1975 году в Москве. Российский писатель, журналист, исто­рик. Окончил МГУП им. И.Федорова. Кандидат экономических наук.
Автор книг, статей, теле- и ра­диопередач по истории Москвы. Пуб­ликуется в различных изданиях.
Активно выступает в защиту культурного и исторического наследия Москвы на телевидении и радио. Ведет просветительскую работу, чи­тает лекции в Политехническом музее, Музее архитектуры им. А.В. Щусева, в Ясной Поляне в рамках проектов «Книги в парках», «Библионочь», «Бульвар читателей» и др. Ве­дущий радиопрограммы «Музыкальные маршруты» на радио «Орфей».
Финалист премии «Просвети­тель-2013». Лауреат Горьковской ли­тературной премии, конкурса «Лучшие книги года», премий «Сорок сороков», «Москва Медиа» и др.
Член Союза писателей Москвы. Член Союза журналистов Москвы.

К 200-летию М.Ю. Лермонтова

Михаил Лермонтов: «Когда я начал марать стихи...»

      Шалун был отдан в модный пансион,
Где много приобрел прекрасных правил.
М.Лермонтов. «Сашка»

Летом 1827 года Лермонтов с бабушкой теперь уже надолго приехали в Москву. Мишеньку предстояло определить в привилегированное учебное заведение — Благородный пансион при императорском Московском университете.

Поначалу бабушка и внук поселились у Мещериновых, что жили на Трубной улице. «Мещериновы и Арсеньевы жили почти одним домом, — вспоминает художник Меликов, — Елизавета Петровна Мещеринова, образованнейшая женщина того времени, имея детей в соответственном возрасте с Мишей Лермонтовым — Володю, Афанасия и Петра, с горячностью приняла участие в столь важном деле, как их воспитание, и по взаимному согласию с Е.А. Арсеньевой решили отдать их в Московский университетский пансион».

Глава семьи Петр Афанасьевич Мещеринов, подполковник лейб-гвардии Кирасирского полка, приходился бабушке Лермонтова дядей. Семья Мещериновых приехала в Москву из Симбирска с аналогичной целью — дать образование своим детям. Михаилу просто повезло с приятелями — у него сразу появился круг общения. И даже учителя у них оказались одни и те же.

Но самое главное — это богатая и большая библиотека, которой славился дом Мещериновых. Судьбе было угодно, чтобы Лермонтову представилась такая возможность — проводить среди книг многие дни и часы. Как маленький Саша Пушкин пропадал когда-то среди книжных собраний графа Бутурлина в его особняке на Яузе, так и юный Мишель Лермонтов поглощен был непрерывным и увлекательным чтением.

Переехав от Мещериновых в конце августа 1827 года, Мишель с бабушкой поселились на старинной московской улочке Поварской, возникшей на месте одноименной царской слободы. Под стать названию улицы были и здешние переулки, по которым бегал маленький Лермонтов: Хлебный, Ножовый, Скатертный, Столовый, Чашников. Тихая, уютная Поварская со своими небольшими, по-настоящему московскими усадьбами завидно отличалась от той же Тверской с ее непомерно высокими расценками на съемные квартиры. Не зря же здесь в детстве некоторое время жил А.С. Пушкин — семья великого поэта не отличалась особым богатством и часто странствовала по Москве в поисках жилья, сдаваемого по более приемлемой цене. Елизавета Алексеевна сняла квартиру в доме гвардии прапорщицы Е.Я. Костомаровой (это здание не сохранилось, на его месте нынче дом № 26 по улице Поварской).

Тем временем пришла пора готовиться к поступлению в пансион, где Лермонтов должен был получить полноценное для своего возраста и положения образование (в Тарханах его учили домашние учителя). Пансион порекомендовала Арсеньевой Мещеринова, один из сыновей которой уже учился там. Кроме того, и некоторые представители семьи Столыпиных когда-то также вышли из пансиона — например, Дмитрий Алексеевич Столыпин, окончивший его с золотой медалью.

К пансиону Мишеля готовил Алексей Зиновьевич Зиновьев, преподаватель русского и латинского языков, переводчик, автор трудов по педагогике и теории словесности. Он так рассказал о знакомстве с Лермонтовым: «В доме Елизаветы Алексеевны все было рассчитано для пользы и удовольствия ее внука. Круг ее ограничивался преимущественно одними родственниками, и если в день именин или рождения Миши собиралось веселое общество, то хозяйка хранила грустную задумчивость и любила говорить лишь о своем Мише, радовалась лишь его успехами. И было чем радоваться».

Миша, однако, со свойственным ему юношеским максимализмом обличал своего домашнего учителя: «Зачем вы его наняли учить меня? Он ничего не знает». Это свое мнение Лермонтов не раз высказывал Елизавете Алексеевне.

Тем не менее Зиновьев много дал Лермонтову, ведь, по сути, это был первый серьезный московский наставник Мишеля. Он был хорошо эрудирован, подкован во многих вопросах. Не только много чего рассказывал своему ученику, но и открывал доселе неизвестное ему, обращая внимание на лучшие произведения мировой литературы.

Лермонтов занимался и с другими учителями, готовившими его к поступлению в пансион по арифметике и алгебре, латинской этимологии и русскому синтаксису, древней и всеобщей истории, географии. Учился он и музыке, игре на фортепьяно и скрипке.

Одним словом, бабушка прекрасно приготовила внука к пансиону, сделав из него достаточно хорошо образованного для своих лет юношу. Летом 1828 года Елизавета Алексеевна с Михаилом уехали в Тарханы, отдохнуть от учений, от московской суеты, а к августу уже вернулись. Он сильно повзрослел. «В Мишеле нашел я большую перемену, он был уже не дитя, ему минуло 14 лет; он учился прилежно», — писал Аким Шан-Гирей.

С 1 сентября 1828 года Михаил Лермонтов стал учиться в пансионе, в стенах которого ему суждено было пробыть до 16 апреля 1830 года. Поступив в пансион, он попал в число выдающихся его воспитанников, среди которых прежде всего надо назвать имена В.А. Жуковского, А.С. Грибоедова, Ф.И. Тютчева, Н.П. Огарева, Н.И. Гнедича, В.Ф. Одоевского, А.П. Ермолова...

Возникновение пансиона неразрывно связано с историей Московского императорского университета; существовал поначалу в качестве университетской гимназии. Здание пансиона было широко известно в Первопрестольной, неспроста находилось оно на главной московской улице — Тверской (ныне на его месте Центральный телеграф).

Лермонтова зачислили сразу в 4-й класс полупансионером, что давало право ученику, живя дома, находиться в пансионе с 8 часов утра и до 6 часов вечера, пользуясь при этом еще и казенным обедом. Мишель ходил на занятия в новенькой, с иголочки форме, состоящей из «синего мундира или сюртука с малиновым воротником и золоченым прибором». Эта одежда была близка по внешнему виду мундиру студентов университета, отличаясь лишь тем, что студенты носили на своих воротниках по две золоченые петлицы, а пансионеры по одной. Преподаватели же ходили в синих фраках с малиновыми суконными воротниками.

«Миша учился прекрасно, — отмечает Зиновьев, — вел себя благородно, особенные успехи оказывал в русской словесности. Первым его стихотворным опытом был перевод Шиллеровой “Перчатки”, к сожалению утратившийся... Он и прекрасно рисовал, любил фехтованье, верховую езду, танцы, и ничего в нем не было неуклюжего: это был коренастый юноша, обещавший сильного и крепкого мужа в зрелых летах».

Лермонтов любил учиться, недаром весной 1829 года он отметил: «Вакации (каникулы. — А.В.) приближаются и... прости! достопочтенный пансион. Но не думайте, чтобы я был рад оставить его, потому учение прекратится. Нет! Дома я заниматься буду еще более, нежели там».

Именно в лермонтовское время произошло памятное посещение пансиона императором Николаем I, после которого последовал указ от 29 марта 1830 года, преобразовывавший Университетский благородный пансион во вполне рядовую гимназию. Лермонтов в такой гимназии учиться не захотел, получив по прошению увольнение от 16 апреля 1830 года, удостоверявшее «в том, что он в 1828 году был принят в пансион, обучался в старшем отделении высшего класса разным языкам, искусствам и преподаваемым в оном нравственным, математическим и словесным наукам, с отличным прилежанием, с похвальным поведением и с весьма хорошими успехами».

Уйдя из пансиона в апреле 1830 года, Лермонтов получил возможность целиком посвятить себя «маранию стихов», именно так он обозначит свое основное и любимое занятие, записав в тетради в том же году: «Когда я начал марать стихи в 1828 году (зачеркнуто: в пансионе. — А.В.), я как бы по инстинкту переписывал и прибирал их, они еще теперь у меня».

К тому времени Лермонтовы уже переехали с Поварской на Малую Молчановку, в дом купчихи Ф.И. Черновой. Здесь Михаилу Юрьевичу предстояло пережить самый плодотворный этап своего поэтического творчества, создав более половины всех стихотворений из написанных им. Поэт жил в мезонине купеческого дома (сегодня на Малой Молчановке дом-музей Лермонтова).

По соседству, на углу Большой Молчановки и Серебряного переулка, жили знакомые — Лопухины: «В соседстве с нами жило семейство Лопухиных, старик отец, три дочери-девицы и сын; они были с нами как родные и очень дружны с Мишелем, который редкий день там не бывал. Были также у нас родственницы со взрослыми дочерьми, часто навещавшие нас, так что первое общество, в которое попал Мишель, было преимущественно женское, и оно непременно должно было иметь влияние на его впечатлительную натуру», — вспоминал Аким Шан-Гирей.

Семья Лопухиных принадлежала к старому дворянскому роду. В Москве они были хорошо известны — Александр Николаевич, который тогда был отнюдь не стариком — ему едва перевалило за полвека, — его жена Екатерина Петровна, их дочери — Елизавета, Мария и Варвара, и сын Алексей.

Алексей Лопухин и Мишель стали друзьями. Они вместе учились в Московском университете, переписывались (сохранилось, по крайней мере, четыре письма поэта к Лопухину).

Не менее искренними были и отношения с сестрой Алексея Лопухина, Марией. Будучи на двенадцать лет старше Лермонтова, она испытывала к нему скорее чувства старшей сестры, нежели просто подруги. Детская привязанность их развилась в нечто большее и вышла далеко за пределы Малой Молчановки. Поэтому Лермонтов называл Марию Лопухину не иначе как «Милым другом», подчеркивая: «...что бы ни случилось, я никогда не назову вас иначе...» В одном из девяти сохранившихся писем к Марии Лопухиной (от 2 сентября 1832 года) есть очень важные для нас строки: «Москва — моя родина, и такою будет для меня всегда: там я родился, там много страдал и там же был слишком счастлив».

А Варенькой Лопухиной поэт очень увлекся в этот «малый молчановский» период жизни. «Будучи студентом, он был страстно влюблен в молоденькую, милую, умную, как день, и в полном смысле восхитительную В.А. Лопухину... Чувство к ней Лермонтова было безотчетно, но истинно и сильно, и едва ли не сохранил он его до самой смерти своей», — писал А. Шан-Гирей.

В приведенной цитате о Лермонтове говорится уже как о студенте — в этом качестве он предстал в сентябре 1830 года, поступив в Московский университет, — так начался новый период жизни поэта в родном городе.

Александр Васькин

Продолжение следует.







Сообщение (*):

Людмила Максимчук

04.05.2014

Людмила Максимчук, поэтесса, писательница, художница, Член Союза писателей России, Московской городской организации * * * E–mail: ludmila@maksimchuk.ru Персональный сайт: http://www.maksimchuk.ru/ * * * Из сборника «ЛЕПЕСТКИ» – стихотворений, посвящённых великим и любимым поэтам… * * * Русскому поэту Михаилу Лермонтову (1814 – 1841) * * * «Выхожу один я на дорогу…» Михаил Лермонтов * * * Он слышал: ангелы трубили, Часы небесные пробили. Он знал: его уже убили. Кавказ... Трагедия... Дуэль... ...Душа и вечность неразлучны. Фонтаны слёзны. Небо тучно. Вдохнуть – и выдохнуть беззвучно... Нельзя идти, не видя цель! Ноябрь 1999 г.

Артур

13.07.2014

Вы знаете кем был в прошлой жизни Виктор Цой?! Михаилом Лермонтовым! А Путин?! Не знаете?! Тогда читайте статьи святорусского пророка Михаила - "Алые Паруса - 2014"!

Комментарии 1 - 2 из 2