День России: что за ним?

Наталья Яковлевна Лактионова — кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Центра внешней политики Института экономики  РАН.
Автор работ по историко-культурологической, социально­-политической и международной проблематике.
В журнале «Москва» печатается с 2002 г. (статья «Уготован ли России “либеральный рай”?» и другие).

В череде праздников современной России есть странный, смысл которого непонятен большинству населения страны. О дне этом необходимо задуматься, так как он прямо противоположен тому, что объединяет нацию 9 мая. Смыслы, символы, праздники — важнейшая часть формирования духа нации. Что же мы имеем 12 июня? На эту дату приходится принятие Декларации о суверенитете РФ. И именно этот день был объявлен разрушителями СССР Днем независимости России. Дальше возникает резонный вопрос: независимости от чего? От тысячелетней истории российской государственности? От страны, ставшей единым домом и защитой для множества народов, которая почти не знала национальной розни? От уважения и авторитета, который имела наша держава на международной арене? От деяний наших предков, собиравших большую Россию и проливавших кровь за нее? Чтобы не отвечать на этот серьезный вопрос, но сохранить этот день как памятный и праздничный (для выигравших в смуте 90х), было решено объявить его Днем России.

В этот день много суеты: раздают награды, приуроченные к празднику, салютуют, устраивают массовые гулянья, в Ульяновске, например, даже ежегодно проводились розыгрыши автомобилей и прочих утех среди рожденных в этот день младенцев. Однако, несмотря на нарочитую шумиху вокруг, суть стоящих за этой датой событий не меняется. Это день трагедии России. И объявление его праздником страны напоминает о том, что мы попрежнему живем в перевернутом мире.

12 июня 1990 года I съезд народных депутатов РСФСР принял Декларацию о государственном суверенитете Российской Федерации. Статья 5 этого документа устанавливает «верховенство Конституции РСФСР и Законов РСФСР на всей территории РСФСР; действие актов Союза ССР, вступающих в противоречие с суверенными правами РСФСР, приостанавливается Респуб­ликой на своей территории».

Обратим внимание на характерную деталь: в декларации подчеркивается, что I съезд народных депутатов РСФСР провозгласил «государственный суверенитет» России, «выражая волю народов РСФСР», однако, как известно, никакого республиканского референдума о суверенитете РСФСР не проводилось. «Воля народов» в этом случае оказалась мифической.

Как известно, незадолго до принятия декларации Борис Ельцин стал председателем Верховного Совета РСФСР. Через год (знаменательно совпадение дат — все то же 12 июня, но уже 1991 года) он будет избран президентом того усеченного остатка большой страны, которым стала современная Россия. Со дня принятия декларации начинается открытый, целенаправленный развал союзного Центра. Был инициирован так называемый «парад суверенитетов». Фактически объявлялся суверенитет РФ от остальной, большой России. Главная республика выходила из союзного поля. Вся государственная конструкция лишалась главного стержня — дальше могло быть только обрушение.

Принятием декларации Российская Федерация инициировала так называемый «парад суверенитетов». Здесь требуются пояснения. Свои декларации о независимости к тому времени приняли республики Прибалтики, Азербайджан и Молдавия. Это менее 7% населения СССР. А дальше двинулась тяжелая артиллерия — сама РФ. Причем известные полновластные фигуры союзного Центра и подвластные им СМИ задолго до начала процесса уже работали на дезинтеграцию страны, в которой центростремительные силы всегда превалировали над центробежными.

Настроения устремленной во власть формирующейся национальной элиты, ориентированной на свою долю союзного пирога, были прямо противоположны общегражданским запросам. Референдум, проведенный перед «распадом» СССР, 17 марта 1991 года, несмотря на мощную идеологическую обработку нашего народа, показал почти единодушное голосование в пользу Советского Союза. 76,4% из 80% (!) населения, участвовавшего в голосовании, выразили свое желание оставаться гражданами СССР. Подобный результат — явное свидетельство целенаправленного разрушения страны — исторической России. Только референдум был вправе решать судьбу государства, но результаты его были проигнорированы.

При попустительстве (отнюдь не утверждаем, что умышленном) союзного президента российский президент использовал неудачную попытку государственников остановить надвигающуюся драму расчленения СССР (объявленную путчем) и издал указы о переподчинении себе всех органов исполнительной власти СССР, включая и силовые структуры. В нарушение союзной и российской конституций, в течение короткого времени президенту РФ были переподчинены органы союзной прокуратуры, Госбанк СССР и другие союзные ведомства*.Что оставалось делать рес­публикам?

Еще до подписания беловежских соглашений узурпация полномочий союзных органов российской властью подготовила базу для расчленения страны. Союзные республики вынудили играть по правилам Москвы, разрушая множественные скрепы и выдавливая их из единого общегосударственного пространства. Президент Казахстана Н.Назарбаев резко выступил на заседании Верховного Совета СССР 26 августа 1991 года против передачи союзных функций российскому руководству. Позднее в своем интервью «Независимой газете» Н.Назарбаев заявил, что «без России не было бы беловежского документа и не распался бы Союз».

Организация «парада суверенитетов» была крайне непростой, так как задача выхода республик из состава Советского Союза на уровне массового сознания воспринималась как надуманная. Вот свидетельство, несомненно, осведомленного человека — председателя КГБ СССР Владимира Крючкова о настроениях в таком регионе, как Прибалтика, который всегда преподносился демократической прессой как антироссийски настроенный: «Не только иноязычные выступали за сохранение Союза... Такие же настроения были характерны и для большей части коренного населения. Сепаратистские настроения возникали не в массах, они инициировались сверху, представителями определенных элитарных групп...» Разного рода политтехнологии, пропаганда, построенная на демонизации Советского Союза как «империи зла», а также ряд известных провокаций работали на разделение государственного организма.

Беловежский сговор президентов трех славянских республик стал лишь заключительным этапом в этой спланированной, небывалой по масштабам трагедии великой страны. С ликвидацией СССР как субъекта международного права произошло расчленение политикоправового, военностратегического, экономического и инфор­мационнокультурного пространства единого государства. Было разрушено тысячелетнее творение русской истории.

Характер рукотворности российской катастрофы со временем становится все более очевидным. Распад СССР вовсе не был предопределен. Он оказался спровоцированным неправомерными действиями со стороны первых лиц государства, искусно поддержанных геополитическим противником Советской России в «холодной войне» — Западом.

С гибелью Советского Союза была ликвидирована главная основа правового положения личности — институт гражданства. Двадцать пять миллионов русских, никуда не эмигрировавших, превратились в иностранцев и по большей части изгоев на своей земле, оказавшись заложниками невиданных ранее по масштабам и последствиям политических игр. Русский народ оказался разделенным народом. Началось новое русское рассеяние, в определенном смысле даже более драматичное, чем первое, так как в 90е годы оказавшаяся у власти бывших советских республик национальная элита начала разнузданную травлю русского языка и русской культуры*. Стал набирать обороты процесс девальвации культурной идентичности русских, их принудительной ассимиляции и во многом маргинализации. Характерно, что постсоветские русские не покидали Родину, не эмигрировали, а оказались заложниками невиданных ранее по масштабам и последствиям политических игр.

Кроме того, важно помнить, что широко раскрученный демократами миф о бескровном распаде Советского Союза не выдерживает никакой критики. Только в первые годы дезинтеграции около миллиона наших сограждан погибло в межэтнических конфликтах, двенадцать с половиной миллионов стали беженцами.

Искусственно организованные «суверенитеты» привели к масштабному уничтожению потенциала провозглашенных новых государств и нанесли тяжелейший удар по каждой из бывших союзных республик. Ни один из народов СССР не выиграл от содеянного в Беловежье. Вот слова одного из самых ярких представителей ученого мира — Александра Панарина: «...этносепаратизм и этноцентризм готовят народам откат от Просвещения в варварство, из единых больших пространств, благоприятствующих личностному развитию и выбору, — в малые, жестко котролируемые пространства авторитарного и псевдообщинного типа».

Мы потеряли 5 миллионов квадратных километров территории. Погиб мощнейший экономический комплекс Советского Союза. Новая Россия, унаследовавшая одну лишь Российскую Федерацию с половинным от СССР населением, получила полуколониальную структуру хозяйства, основу которой составляют сырьевые отрасли, работающие пре­имущест­венно на западный рынок. Олицетворением созданного в стране уклада стали «олигархи», присвоившие национальные богатства страны. Огромное большинство населения, которое не выбирало навязанный им способ существования, оказалось на грани или за гранью социального и физического выживания. Поражают воображение и результаты культурной оккупации России; с уничтожением СССР и открытой вестернизацией она стала утрачивать важнейшие цивилизационные ориентиры, которыми живет нация. Таковым был важнейший этап на нашем пути в «цивилизованный», «свободный» мир.

После крушения СССР Евразия превратилась в зыбкий, раздираемый противоречиями регион с целым набором «недосуверенитетов» — государственных образований, которые принципиально не в состоянии жить обособленно от России. При этом политический климат на планете резко изменился. Сегодняшняя перспектива человечества — глобальный фашизм — уже открыто проявляется в государственном терроризме Вашингтона и вынужденных подыгрывать безальтернативному лидеру старо­новых членов НАТО.

Началом конца великой страны с последующими разрушительными процессами стал день принятия Декларации о государственном суверенитете России — 12 июня. Так что мы празднуем, гос­пода?







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0