* * *
Была ли музыка? Наверное, была.
Но так давно, что я уже не верю
И воздухом в бессмысленности вею,
Лишившись и опоры, и крыла.

Всего лишь ночь, всего лишь не спеша
Брожу один. Луна десятиватна.
Напишем пару строк, моя душа.
Бездарных строк. И повернем обратно.


* * *
Неспешно расцветают фонари,
И жизнь мне видится обыкновенным чудом.
С последними полосками зари...
С пронзительным шопеновским этюдом...

Москва-река и матовость воды,
Последних теплоходов перекличка,
Одной звезды холодная отмычка,
И сердце на ладонях темноты.

Я верю в полужизнь и в полусон
И рад, что их давно не различаю.
И потому с тобой плыву, Ясон,
Что одному куда мне плыть, не знаю.

Кончается последних летних дней,
Зеленых дней благословенный шепот.
Нисходит жизнь в элизиум теней,
Чтоб возвратиться в золоте лучей
И возрожденья подарить нам опыт.


* * *
Я учусь говорить об обычных вещах
В предрассветном холодном огне,
Как лежит небосвод на зеленых плечах
И кукушка поет в вышине.

Я хочу научиться величью у трав,
Бестелесности у облаков.
Я хочу научиться писать, переняв
Жар и трепет любимых стихов.

И пока не распята в последних лучах
Моя жизнь на сосновом столбе,
Я учусь говорить об обычных вещах,
Я учусь говорить о себе.


* * *
Так нежно, как помятая бумага,
Лежит река, а я пою из мрака
О прелести и горести земной.

Не уходи, побудь еще со мной
За крайнею строкой стихотворенья!

Где нету ни прощанья, ни прощенья,
А есть лишь спирт разлуки ледяной.


* * *
Облака проплывают низко.
Загораются облака.
И звучит что-то очень близко,
Слишком близко, из далека.

Вот и дождь пошел. Дождик вешний.
Я сижу у Москвы-реки.
И звучит что-то все безбрежней,
Все бессмысленней, вопреки.

И вот так же под этим небом
Жизнь коротким пройдет дождем.
И звучит что-то белым светом,
Вечным светом, над майским днем.


* * *
Я не первый, я и не последний:
Неразрывен сосен стройных ряд.
И звучит во тьме тысячелетней
Пенье их, пока другие спят.

Но беззвучны в том, каким же правом,
Болью чьей и дланью я рожден,
В бесконечный мир конечно малым
Семенем, упавшим в чернозем?

Помнишь ли свое былое платье
Легкой ткани инобытия
До неумолимого распятья
На кресте судьбы, душа моя?

А иначе как мне объясниться
С тем, что в неурочный час земной
Ты во тьме обязана молиться
Голосами музыки живой?