Пятая колонка

Эдит Уортон

Лето

С чего начинается большая литература?

С простых историй.

Иной автор тщится создать нетленку, крутит и вертит сюжет так и сяк, нагромождает фантастику и философию, радеет о стиле и форме. В итоге получается куча-мала. А другой не тянет одеяло на себя, возьмет случай из жизни и запечатлеет его в книге как есть, в простоте и безыскусности. И ничего вроде нет такого особенного, литературного, мастеровитого. История развивается сама собой без натуги, герои яркие, убедительные, и все настолько правдоподобно, что трогает сердце, заставляет задуматься. Много таких историй осталось в нашей памяти. Про старика, который роздал свое королевство дочерям, а те отплатили ему неблагодарностью, все кроме одной, которую он считал недостойной. Про молодого человека, романтика, приехавшего к дяде в столицу, с возвышенными намерениями, и подошедшего к финалу книги циником и прагматиком. Про мальчика, который едет по степи и видит вокруг себя громадный живой, яркий мир.

«Лето» Эдит Уортон (она известна у нас, в основном, по книге «Эпоха невинности») – роман, впервые переведенный у нас, из числа таких же историй. Жила-была девушка по имени Черити Ройалл в маленьком захолустном поселении. Для нее соседний, чуть больший по размерам провинциальный город - необъятный мир, играющий красками. А тут заезжий молодой человек, умен, хорош собой и не без средств. Первая любовь, в которой мечты о несбыточном, об иной жизни оказываются связаны с другим человеком. Любовь романтическая, безразличная к мнению света, и одновременно прагматичная, эгоистичная. Любовь для себя и наперекор всем, в которой субъективный, не то придуманный, не то, напротив, недодуманный образ возлюбленного имеет большую ценность, чем его истинное Я.

Любовь первая и последняя. В этом смысле название романа не только метафора поры молодого цветения, но и печальное напоминание о грядущей осени. Короткое лето девушки перед долгой осенью женщины. Книга Уортон, написанная сто лет назад, по-прежнему актуальна своим размышлением о том, сколь печальна судьба женщины в современном обществе. Власть отца, мужчины, власть денег, власть естества. Нежная девочка, которая столько лет росла подобно цветку в оранжерее, становится девушкой и внезапно ощущает собственную несвободу. Долг, налагаемый возрастом и полом. Отсюда мечта - заработать и уехать, стать самостоятельной, самой решать свою жизнь и судьбу.

Желание есть, но нет возможности. На дворе конец XIX века, а женщина все еще остается приложением к мужчине. Его игрушкой.  Рабыней без поводка. Образ проститутки как концентрированного выражения отношения общества к женщине, не выдумка Маркса. Джулия Хоуз, девушка легкого поведения, которая мелькает на страницах «Лета» – словно зловещее предвестие будущего для Черити, напоминание  ей о том, что она женщина, она - не исключение.

И все же получить свободу можно. Но какова цена ее, героиня поймет лишь у смертного одра, отказавшейся от нее еще во младенчестве матери.

Уортон не пишет об унизительном и безвыходном положении женщины напрямую, отпугивая читателя пафосом борьбы за женские права. Она действует мягче. Мелкие детали позволяют увидеть общую картину невероятного стеснения. Устроиться библиотекарем можно только по протекции отца, прекрасно провести вечер лишь на деньги возлюбленного. За каждым твоим шагом следит жадное до пересуд и поспешного осуждения общество. Но сильнее всего тебя тянет на дно жизни главная ее радость, основной ее смысл – ребенок.

Всю книгу Черити стоит на перепутье. С одной стороны – цивилизация, город, с другой природа. Бороться или терпеть?

Большие города делают человека сильным – уверена она. Мы знаем, что это заблуждение.  Современница  Черити Дженни Герхардт из одноименного романа Теодора Драйзера черпает свою силу из мужских слабостей, из пристрастия мужчин к хорошенькому личику, фигурке, из удивления мужчины: оказывается, эта прекрасная мартышка, предмет для утех, еще умеет думать и разговаривать. Героиня Драйзера не становится сильной, она просто находит общественно приемлемый аналог занятию Джулии Хоуз – духовную проституцию, актерское дело. Кто не продал себя подороже, становится бесполым придатком заводского станка. Черити настолько лишена средств, что даже не будет иметь возможности узнать об этом.

Но и «жизнь в лесу», которую героиня готова выбрать, тоже не выход. Да, «нет безобразья в природе», но в природе нет и морали, человечности. Она беспощадна. Вечный вопрос выживания, встающий при столкновении с  действительностью, развеивает последние иллюзии. Эстетическая составляющая природы тускнеет, и открывается ужас животного существования.

Мелодраматический сюжет первой любви трансформируется в жесткое реалистическое повествование. Романтическая пелена спадает с глаз, и читатель, как и героиня книги, осознает трагическую неизбежность очевидного и не самого приятного жизненного выбора. Подлинная реальная любовь оказывается далека от выдуманной, фантастической. Лето подходит к концу. Хорошо это или нет, в данном случае, право судить Уортон оставляет за читателем. Но, закрывая книгу, не можешь избавиться от чувства глобальной несправедливости, вселенской ошибки, ощущения общественного нездоровья.

Да, конечно, в чем-то времена изменились. И тема финансовой несвободы женщины не так актуальна. Шанс заработать и уехать повысился. Но природа и траектория женской судьбы принципиально не отличается от обрисованной в романе. Не потеряла своей актуальности и тема конфликта мечты и действительности, отрезвления, пробуждения от романтических грез.

«Лето» - одна из самых необычных книг о первой любви. Свет и наивность пробудившегося чувства смешивается в этом маленьком шедевре с горечью и правдой жизни.

Сергей Морозов