Пятая колонка

Донна Тартт

Щегол

Книга очень толстая, больше восьмисот страниц, на эту тему я еще выскажусь. Толстая, да, но ее читают в мире. Это вторая книга молодой американской писательницы. Первая, «Тайная история», была чуть менее объемна и тоже обратила на себя внимание литературного мира. И там и в новом романе писательница занята решением одной, заведомо нерешаемой задачи – она пытается выяснить в каком соотношении, в конце концов, находятся жизнь и искусство. Что на что влияет, или это влияние взаимообразно.

Главный герой романа «Щегол» американский подросток Тео Декер. Он попадает, прямо скажем, в совершенно нестандартную ситуацию. Пошел с матерью на выставку, а там случился страшный взрыв. Погибло много народа, но главное - погибла мать героя. Он остается совершенно одиноким. Нет, о нем пытаются заботиться, пристраивают в одну семью, в другую, но надо ли объяснять, как трудно войти в чужой мир, какое это болезненное дело, и каким чудом является подлинное, полнокровное усыновление, обретение новых родственников.

Тео не везет, его носит по стране от Нью-Йорка до Лас-Вегаса и мы наблюдаем за жизнью его души в очень большой степени приближения, автор подробно описывает мельчайшие движения психики и детали окружающей реальности.

Да, кстати, надо сказать, что в романе есть и второй герой, неодушевленный, хотя, как сказать, предмет. Картина старого голландского мастера, на которой изображен щегол. Мальчик находится в постоянном невербальном диалоге с этой картиной, он украл ее на взорванной выставке, и она становится спутником его жизни. Картина единственное его утешение, картина единственная, кто его не подводит и дает точку опоры, но, по правде сказать, чуть не приводит его к гибели.

Роман оценен критикой и читателями, в прошлом году автору была вручена Пулитцеровская премия, а жюри этой премии, хочется верить отличается большей объективностью, чем известное стокгольмское. Но все же невозможно удержаться от претензий. Самого, казалось бы, низкопробного пошиба, но они возникают у всякого, кто берется за чтение Донны Тартт. Эта слабость была весьма заметна еще в романе «Тайная история», но в «Щегле» она приняла, на мой взгляд, уже опасную форму. Книга сильно выиграла бы, когда бы автору удалось сократить ее в три раза, ну, или хотя бы в два. Текст сам по себе вполне качественный, подробности, детали, все вроде бы к месту, но всего этого так много, что начинаешь тонуть, пролистывать, стараясь только не потерять нить повествования. Я излагаю не свою только лишь точку зрения, таково мнение значительной части читающей общественности.

Поскольку автор еще молод, сил невпроворот, желание высказаться распирает – мне даже страшно представить себе, какого объема будет следующий роман. Правда, в аннотации сказано, что этот был написан за десять лет. Так что новый читательский подвиг в честь этого автора нам выпадет совершать лет через двадцать.