Пятая колонка

С.Ю. Рыбас

Василий Шульгин: судьба русского националиста

Герой этой книги заслужил много прозвищ, например таких: человек длинною в век. Это правда, он прожил без двух годков столетие, и это была жизнь густо насыщенная событиями, особенно в первой ее половине. Достаточно сказать, что Василий Витальевич Шульгин принимал отречение императора Николая 2. Кстати, об участии в этом историческом акте он жалел потом всю жизнь. Умер на родине, прожив длинную эмигрантскую биографию.

Книга Святослава Рыбаса пример основательности и серьезности, достаточно посмотреть на список использованной литературы, там не одна сотня названий. И это понятно, все же герой участник узловых событий русской истории, а к родине и к истории родины С. Рыбас относится в высшей степени серьезно.

Одно важное достоинство бросается в глаза при чтении данного произведения - отсутствие какой-то ощутимой тенденции в изложении и группировке материала. Автор не спешит встать на какую-то одну, отчетливую точку зрения, он не монархист, не большевик, не белогвардеец. Впрочем, один вид тенденции, но питательной при таких работах, можно разглядеть – объективность. Стремление предъявить читателю как можно больше материала, не окрашенного страстным или пристрастным комментарием.

Достается всем, если заслужили. И красным и белым и иностранцам. И в основном автор работает не формулировками собственного изготовления, а с цитатами.

«В результате действий лондонского комитета война для России стала непосильно дорогим удовольствием: если в 1914 году день войны стоил российской казне 9,5 млн. руб., то после начала работы комитета эта цифра выросла до 60-65 млн. руб. Пулеметы Кольта, например, Россия вынуждена была закупать по 1250 долл. При себестоимости 200 долл., и средней рыночной цене 700 дол..» П. Жаворонков «День согласия».

Но если надо автор формулирует и сам вполне убедительно.

«Положение новой власти (Деникина – М.П.) усугублялось тем, что у добровольцев практически отсутствовало армейское снабжение – такова особенность Гражданской войны. Все обращения командования к населению с просьбами помочь продовольствием, сапогами, подковами и так далее не встречали даже мало-мальского отклика».

Книга основательная, убедительная, доказательная, трезвая. Немного легкомыслия ей бы не помешало, все же не чисто научный труд. В 34 главе возникают имена Ильфа и Петрова, как авторов которые, пожалуй что, поживились мотивами и сценками из книги Шульгина «Три столицы», написанной по итогам поездки Василия Витальевича в СССР. В литературных кругах циркулируют упорные слухи, что дело круче и глубже. Вообще «12 стульев» прямо-таки писались как ответ Шульгину, на не понравившуюся властям СССР книгу. Предлагалась эта работа Катаеву, но он увильнул, сбросив тему младшим товарищам. Так что Воробьянинов списан с Шульгина – бывший депутат государственной думы и т.д. Группа «Трест» пародируется в сцене сборища, где Бендер собирает деньги для «несчастных детей», и еще куча прямых отсылок к Шульгину. Версия вроде как не доказанная, и, видимо, поэтому не развернутая широко автором.