Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации

На золотистый этот свет...

Николай Алексеевич Ивеншев родился в 1949 году в селе Верхняя Маза Ульяновской области. Окончил Волгоградский государственный педагогический институт имени А.Серафимовича. Поэт, прозаик, публицист. Работал учителем в Поволжье и Дагестане, потом занимался журналистикой. В настоящее время работает режиссером поэтического театра «Мельпомена» на Кубани. Печатался в журналах «Москва», «Наш современник», «Дон», «Родная Кубань». Собкор газеты «Литературная Россия» в Краснодарском крае. Автор 30 книг стихов, прозы, публицистики. Лауреат премии имени А.Дельвига («Литгазета»), «Литературной России», журнала «Москва» и др. В 2005 году получил диплом «Серебряное перо Руси». Член Союза писателей России. Живет в станице Полтавской в Краснодарском крае.

Чукча

Ты относись ко мне чутко,
С нежным комком у горла.
Я ведь с тобой как чукча,
Въехавший в чудный город.

Как все кругом высоко,
Нет ни врага, ни друга
В сладких сетях восторга,
Смешанного с испугом.


* * *
Нас обеспечивают эти
Луга, и жила родника,
И сонной женщины рука,
Откинутая в лунном свете.

Нас кормит, как из ложки, лес,
И даже пес, нырнувший в будку,
Нас кормит всё, а мы как будто
Живем без глаз, ушей и без...

Бессовестно на мир шумим,
Смартфоны тупо пальцем гладим,
Жуем крикливый, лживый мир,
Как пережаренный оладий.

Глядите, солнце поднялось
И все обсыпало, как в детстве.
И никогда не наглядеться
На вязь и кружево берез,

На золотистый этот свет
В кустах беременной сирени,
На кисти ив, что отсырели,
Блестят, как фантики конфет.


Молча

На нем моя из детства маечка,
Мои дырявые носки.
Зачем от этого мне маяться
И задыхаться от тоски?!

И воду пить живую, мертвую,
Не возвратишься же назад,
Когда низал рыбешку верткую,
Плотву. На усике слеза.

Не возвратишься к той обидчивой
Девчонке, легонькой, как пух.
Все так обыденно, обычно так
Средь поражений и разрух.

Как много в мире всякой сонности
И залихватской похвальбы.
Но все ж сквозят волокна совести
И вздулись жилочки мольбы.

Зачем, зачем, зачем молчишь ты?
И все гадает так и сяк
Похожий на меня мальчишка,
Вспотевший, мокрый после драк.


Пескарик

Она, как детская кроватка,
Еще не застлана с утра.
Ручей. Песчинка. Песковатка
У кадыкастого Хопра.

Я знаю, в ней живет пескарик,
Такой, как раньше, молодой.
Он помнит. Он не отпускает
Мою озябшую ладонь.

Пескарик — скудная поклёвка,
На волю пущенный улов,
Хвостом взмахнувшая подковка,
Коровка божья меж коров.

Как больно вспоминать, как сладко.
Прошло как будто лет пятьсот.
Но тот пескарик в Песковатке
Живет, живет, живет, живет.


Велосипед

Жизнь любая куда-то денется,
Хоть король, хоть Иван-дурак,
Эта Богом даренная денежка
Затеряется, как пятак.

Кувыркайся в поту, усердствуй,
Жри икру, пирамиду строй —
Не найдешь никакого средства
От вьюнка на земле сырой.

Кто-то верит в душ воскресение,
Кто-то дьяволу шлет привет.
Существует одно спасение:
Это выкатить велосипед.

Жать педали, лететь сквозь облако,
Колокольцем на кочках звеня.
Остальное все — чушь, все — побоку,
Ну и что, что там нет меня.

Там сверкает в весеннем воздухе
Вверх подброшенный мной пятак
И мальчишечьи чистые возгласы
Разрывают вселенский мрак.





Сообщение (*):
Комментарии 1 - 0 из 0