Да выдержат плечи

Наиль Радикович Ишмухаметов — поэт, прозаик, переводчик татарской прозы и поэзии. родился в 1964 году в г. Магнитогорске. Окончил Магнитогорский горно-металлургический институт им. Г.И. Носова.
Лауреат премий им. Марка Зарецкого и Сергея Малышева, участник семинара писателей и переводчиков Поволжья, фестиваля Аксенов-фест, неоднократный полуфиналист конкурса «Заблудившийся трамвай».
Стихи, рассказы и переводы печатались в журналах «Октябрь», «Дружба народов», «Север», «Казанский альманах», «Идель», «Казань», «Аргамак», «Салават купере», «Мадани жомга». Пишет на русском языке.
Член Союза писателей Республики Татарстан.

* * *

вот она, жизнь, малышок-голышок, посмотри —
свет — за спиной
впереди только память о нем
в поисках неба ты будешь пластаться внутри
душных тоннелей, что кончатся вечным огнем

вот она, жизнь — родниковым кристальным враньем
полнит хрусталь и пластмассу, и в пригоршни льет
пей, по-другому нельзя — заклюет воронье
пей, только в душу не лей золотое гнилье


* * *

тянут-потянут синицу за хвост из сини,
клин журавлиный всадили в каленую клетку.
— больно в неволе, погано в неволе? — спросили, —
будет еще нестерпимей, — сказали, — к лету,
будут птенцы, не познавшие силу крыльев,
дружно у них отрастут вместо лап копыта,
вместо изящного клюва — свиное рыло,
вот она — главная, самая главная пытка!
 

жернова

это когда над тобой под тобой заскрипят жернова
и загложет подошвы тоска по непройденным лужам
открываются истины главной простые слова
ты никому
кроме глины всеядной
не нужен
только она по тебе будет сохнуть
когда без тебя
только она поцелует взасос в обрамлении красных гвоздик
синие губы твои и в себя погребя
небу покажет злорадно гранитный язык


silentium

Не сделать ни шага навстречу,
Скулить на заточку Луны,
Фаланги отрубленной речи
Подбросить мышам тишины,

Молиться Евтерпиной тени
По-рыбьи, по-птичьи всю ночь,
Бежать неизбежности терний,
Когда примириться невмочь.

Ни шага, ни звука, ни вдоха,
Прикинуться жухлой листвой —
Борзыми стихами эпоха
Карман переполнила свой.


* * *

когда будущего на одну бессонную ночь
и уже ни плач твой
ни палач твой
ни врач твой
ни вой твой не сумеют помочь
остается вить из себя
сучить для себя
и самому намыливать итоги
и гадать на кофейной гуще допиваемой темноты
кто же вышибет по утру табуретку —
дьяволы или боги
которых вполглаза боялся
или в которых вполсердца верил ты


* * *

Буду в капусте ли, в клюве, как все — тривиален,
Буду как солнце, как черный в подпалинах челн,
Чуждый заплаканным чарам под черной вуалью,
Выпитым морем просолен, смолой прокопчен.

Городом буду пустым, словно сорное слово,
Весью, бессмысленно топчущей бисера взвесь,
Буду орехом с начинкой — Эзоповым пловом,
Горьким, как всякая, впрочем, прискорбная весть.

В клинче сойдутся козлищи и нищие овцы,
Некому будет разнять, разорвать, отделить...
Будет и скучно, и грустно с тобою бороться,
Жми на «delete», пустоглазая, жми на «delete».


* * *

Посол суверенного рая,
Пророк в суеверном аду,
О чем ты щебечешь, сгорая
В чужбинном гееннском саду?

В какие оглохшие уши
Вливаешь, как в прорву, нектар?
Горохом стены не разрушишь,
Совочком не вспашешь гектар.

Божественной жертвенной трели
Нельзя ни купить, ни украсть —
Молчанья златым ожерельем
Болтливое горло укрась!

И будем безмолвьем богаты,
Беременны всклень тишиной...
Стихов наведенные гати
Не выдюжат ноши иной,
Чем ржавая дудочка Божья.

Не знаю другого пути —
Асфальтовым ложнодорожьем
К себе никогда не прийти.


* * *

сердце мое — магадан колыма оймякон
зыбкие мысли — кромешный соленый эльтон
шило — душа
отражение — дверь на балкон
тело мое — отсыревший тяжелый картон
дело мое — карандаш белоснежный листок
жизнь — долгота широта суета маета
быстрая смерть — беспощадный по пятницам ток
памятник мне — глаукомный зрачок маяка


* * *

мы живем на запястьях не чуя оков
под собою земли
над собою небес
присягаем на верность стране дураков
целину поднимаем до поля чудес

мы тетешкаем пешек —
гуль-гули
торк-торк
обращаем в ферзи —
голосуй
выбирай
все равно приведут все дороженьки в морг
здесь и Рим
здесь и Крым
здесь и Сочи
и Рай

пусть натужно живем
кто-то должен тужить
кто-то должен тут жить
хлеб тяжелый жевать
по ночам сотрясать вековую кровать
..............................................................................
свет включенный не нами — не нам и тушить


* * *

непослушные пряди волос
намекали — вот бог вот порог
обмануться хотел
удалось
обогреться хотелось
продрог

паутинкою мятной слюны
затянулись морские узлы
полнолунием накалены
прогорали слова до золы

не взошло из золы ни одно
да и ты мне не снишься
и пусть
впереди беспробудное дно
где забуду тебя наизусть


* * *

шар исполненный скорбей
катит черный скарабей
мелко-звездный абразив
на загривок водрузив

жук на кнопочку нажал
правит лезвие ножа
брызжут искры с наждака
на потеху дуракам

будет знатная резня
ярко-красная мазня
то ли краска то ли ртуть
привкус гвоздика во рту

красный синий голубой
не найдем себе другой
катит хрупкий эксклюзив
по орбите жук-сизиф


* * *

Прошу — покинь, покинь меня,
Душа болезна,
Я весь — колючая стерня
И тьма железна.

Молю — храни, храни меня,
Душа крылата,
От медных труб, воды, огня,
От звона злата,

И от серебряных висков,
И от колтунных,
Храни от бронзовых оков
И от латунных.

Даруй в последние деньки
Кусочек неба.
Не надо зрелищ никаких,
Не надо хлеба.

Изыди, призрачная, тать,
Змеюка скользка!
Доколе выдюжишь пытать?
Терпеть мне сколько?


* * *

Ты на той стороне дождя,
Я — на этой,
Бросим, полем чудес бредя,
По монете.

Здесь родятся тоска и хмарь,
Боль за болью...
Всходит солнца алтын, эхма,
Над тобою.

Значит, время ломать зонты,
Горизонты.
Жить, не ведая высоты,
Есть резон-то?

Только, знаешь, забыть дожди,
равно — Бога...
Я приду, только ты не жди
Смерть-дотрога...


* * *

Где-то там, за черешневой радужкой глаз,
Вызревает диктат азиатских кровей,
Из булатных желез вырывается глас,
Рассекающий надвое колос бровей.

Типографским клише пустоты — темнотой
Проштампованы орды воинственных лиц...
Бредит степью акын, пьет полынный настой
В пику триумвирату верижных столиц.

За лесистым бугром, за облезлым плетнем,
За кровавой войной созревает страна —
Зуб за зуб, глаз за глаз, боль за боль день за днем —
Созревает страна, непонятна, странна.

На ажурных подвязках ее фонарей —
Обгорелые коды заоблачных мечт...
Бередят синеву аппликаторы рей...
И над венчиком розог — полуночный меч...

Для нее для одной ловим жемчуг со дна,
Для нее мы сбиваем алмазы с небес...
Созревает страна, ни к чему не годна...
С нею Бог, с нею черт, с нею ангел и бес.

 

Комментарии







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0