Перечитывая классику

Связь и столкновение поколений в «Тарасе Бульбе» Николая Гоголя.

«Столкновение» поколений мы видим уже буквально на первой странице произведения. Два сына полковника Бульбы прибывают на побывку  в дом своего отца, и уже при первой встрече между ними возникает настоящая драка. Отец задирает сыновей, и они, переборов естественную почтительность, отвечают ему такими же тумаками, какими он награждает их.

Конечно, все это не просто так, не бессмысленный эпизод дикой средневековой жизни. Сыновья отсутствовали долго, проходили «образование», то есть видоизменялись, и теперь надо проверить, что они из себя представляют, может ли отец рассчитывать на них в своих планах на будущее.

Выяснив, что может, Тарас Бульба решает тут же вместе с повзрослевшими сыновьями отправиться на Сечь. Он не собирается приспосабливать их к хозяйственной жизни, или отдавать в писцы, он мыслит для них только один способ существования – военный. Сечь – это глобальный военно-спортивный  лагерь того времени для Южной Руси, и потребность в его существовании велика, из текста речей Тараса понятно, что потребность в воинах в то время в тех местах, выше, чем менеджерах, адвокатах и агентах по продажам, хотя и такие надобны, достаточно указать на яркий образ торговца Янкеля.

Едва лишь переночевав в родном доме после длительной разлуки, три богатыря отправляются на поиски великих приключений.

Тут писатель дает образ матери Остапа и Андрия, супруги буйного Тараса, и сердце рвется, когда читаешь: «Бедная старушка, привыкшая уже к таким поступкам своего мужа, печально глядела, сидя на лавке. Она не смела ничего говорить; но услышав о таком страшном для нее решении, она не могла удержаться от слез; взглянула на детей своих, с которыми угрожала ей такая скорая разлука, = и никто не мог описать всей безмолвной силы ее горести, которая казалось трепетала в глазах ее и в судорожно сжатых губах».

Тот век был не только жесток по отношению к  мужчинам, он и по отношению к женщинам был суров. Но обращает внимание как сильно, сострадательно пишет  Гоголь о матери  двух сыновей Бульбы, сколько сильного, искреннего чувства он вкладывает в эти слова, как внимателен и сотрадателен он. Век жесток, но не Гоголь.

Кстати, автор с самыъх первых страниц повествования показывает различие характеров Остапа и Андрия. Даже вспоминая годы их обучения в Киевской академии, он говорит что учились они по-разному, Остапа учение томило, а Андрий, наоборот, выказывал живость ума, и способность к наукам. То есть на Сечь прибывают две совершенно не сходных «человеческих заготовки».

Как и положено гениальному писателю Гоголь одной

картиной дает понять, что за место такое Запорожская сечь»

«В самом деле, это была картина довольно смелая: запорожец как лев растянулся на дороге. Закинутый гордо чуб захватывал его на пол-аршина земли. Щаровары алого сукна были запачканы дегтем, для показания полного к ним презрения».

 Пришлось объезжать красавца.

Первое впечатление было необманчиво – любила  здешняя вольница погулять, да так, что не только пропивали многие все до гроша, но даже и одежду, и коня, и вообще начинали воровать, крушить  все вокруг, в основном лавки тех, кто доставлял им еду, питье и одежду.

 С точки делового, трудолюбивого человека, все эти запорожцы были наглыми, пьяными дармоедами..

Но все менялось, когда вдруг выяснялось, что в них есть нужда, где-то обманули православных людей, и тогда вся эта банда в срочном порядке трезвела, организовывалась и шла в поход, показывая чудеса не только храбрости, но и высочайшей дисциплины.

Это глобальная метафора Сечи: жизнь для себя – неизбежное в конце концов скотство, самопожертвование – возвышает. Патриотизм настолько великая вещь, что возвышает даже негодяя.

Тарас Бульба, надо сказать, проявив немалый  талант кулуарного политиканства, свергает кошевого атамана, президента Сечи, которому очень нравилась почетная должность, и не нравились превратности походной жизни. Собственно говоря, перед нами картина современного майдана. Громкий крик главный избирательный инструмент. Но тут, надо сказать, запорожцы все же проявляют и известную. Осмотрительность. Кто-то хотел выбрать новым атаманом Мосея Шило, но раздались трезвые голоса – нет, не надо, воин Шило великий, жизнь положит за православное дело, но замечен в воровстве, такому нельзя в атаманы. Для современного майдана такой аргумент все же не аргумент.

Андрий Остап оба смелы, умелы, великолепно воюют, отец не может не нарадоваться на парней. В этом смысле светское образование не отразилось никак на Андрии, он сохранил в себе воина.

Попутно Гоголь очень откровенно, ничуть не щадя  запорожского самолюбия, показывает картины страшных зверств, которые устраивают запорожны над поляками. Именно с ними, католиками и притеснителями православных и идет война.

И вот центральный момент композиции. Осажденный город Дубно. В городе вместе с  отцом-градоправителем его дочь, та самая панночка, к которой Андрий однажды во время киевской учебы запрыгнул в окно, и между ними что-то возникло. Нет, ничего серьезного, с ее стороны, а с его стороны как раз очень серьезно. Влюбился. Очень красивая полька, и не просто красавица девушка, а образ другой, католической культуры.

Посланная из страшно голодающего в осаде города татарка подземным ходом добирается до Андрия, и зовет к своей госпоже. Андрий решительно отправляется.  Татарка  и влюбленный казак по подземному ходу попадают в город, и, тут Гоголь превосходит самого себя глубиною образа, Андрий попадает сразу в костел на католическое богослужение, и он потрясен его величественным благородством.

Обычная влюбленность теперь оборачивается полным духовным перерождением.

Любовь это да, но вот вера!

Что выше?

Андрий не раздумывает. Он обнажает меч против своих братьев, во имя рыцарственной любви к католичке.

Кончено, Остап не может этого простить ему. «Я тебя породил, я тебя и убью!» Можно было бы и не цитировать эти слова, но тут важным видится слово «породил». В те времена религиозных войн и простая смена веры вырывала человека из семьи, из рода.

Можно сказать, что католицизм оказался для Андрия просто привлекательней, и что тут такого. Человек выбирает то место, где ему лучше. Это философия торговца Янкеля и казалось бы вполне резонная философия. Почему человек должен тупо сидеть там, где ему не нравится, там, где не живет его возлюбленная, где царят звериные нравы. Могут сказать, что вот, он получил образование, и ему захотелось в более просвещенную цивилизацию.

Но во-первых, как выясняется в реалиях того времени, такой переход можно совершить только путем истребления своих родственников, по-другому никак. Если бы простое бегство с полькой Тарас, скорей всего, не приняв категорически, не стал наказывать смертью, просто проклял  бы. То кровавое преступление против рода, он как человек мыслящий такими понятиями простить не мог.

И во вторых, католическая Польша чем принципиально отличается от православной Сечи?

И Остап и Андрий простодушны. Один еще и простоват, а Андрий гибче умом и живее в эмоционально, но они выбирают всем сердце. Пусть один - Сечь, а другой - Польшу, но до конца искренне.

Что же возлюбленная Андрия. Он ей нужен не только как возлюбленный, она им увлечена, еще бы, красавец и орел, но он ей нужен еще и как воин за католичество, как спаситель города и ее собственной жизни. Она, может, и увлечена, но она одновременно его еще и использует.

Манипуляция налицо. Но как Джон Леннон, перефразируя Гамлета: «вы можете  меня убить, но вы не смеете мной манипулировать!»

Да и отец девушки хорош. То он воротил нос от низкопородных хохлов, которые для него «пся крев», собачья кровь, а когда припекло, и дочке позволил лечь в казацкую постель.

Это к вопросу о том, в каком виде и на каких условиях  Европа, и в частности Польша, гтовы принять Украину в свои объятия.

Могут сказать, что Католическая Польша значительно более просвещенная страна, чем полуварварская Сечь. Одежды, культурный обиход, костелы а полевые церквушки. Это да, но  нравы.

Достаточно вспомнить сцену истязания пленных казаков во время которой  состоялся душераздирающий  обмен возгласами Тараса и с сыном.

«-Батько! Где ты! Слышишь ли ты?

- Слышу! – раздался среди всеобще, и весь миллион народа в одно время вздрогнул»

Одна из самых  сносящих голову сцен в мировой литературе. Но я хотел бы обратить внимание на слово «миллион». У гениев не бывает лишних слов. Идя на сознательное преувеличение, Николай Васильевич Гоголь знал что делает. Да, он подробно и трезво описал зверства казаков во время войны, он понимал, что воины за православную веру жестоки. Но это война, порыв, злоба боя, несдержанность  мести. Но тут-то в польской столице, публичная казнь, и не просто казнь, а тщательно продуманное истязание, длительное, профессиональное, проводимое искусным палачом, мастером своего дела.

И «миллион» просвещенных католиков жадно всем эти любуются. Те католики, культурой которых соблазнился Андрий. Кстати, рассказывая о  жизни на Запорожье, Гоголь нигде не упоминает о палаче, жизнь  этих людей такова, что профессиональный убийца беззащитных им не нужен. 

Как великий писатель Гоголь не только ухватил важнейший, волнующий момент: как сталкиваются, каждый век и каждый день отцовский род, и сыновнее желание свободного выбора своего пути. Он еще показал, что  если и  за отцом и за сыновьями стоит нечто большее личных страстей, стоит вера, родина и любовь, то трагедии не избежать.

Не надо  делать примитивный вывод – Бульба прав. Что ему от этой правоты, даже если он и прав. Он потерял и второго сына. Он пережил трагедию, как античный герой. Гоголь не на его стороне, он выразил трагизм существования. И это уже наше дело понять, на чьем месте мы хотели бы оказаться, на месте Андрия или Остапа. Место Тараса навсегда занято.