Простые труды...

Ярослав Валерьевич Кауров — доктор медицинских наук. Один из создателей «Теат­ра поэтов».
Автор 13 стихотворных сборников. Печатался в газетах, журналах и альманахах «Наш современник», «Правда», «Москва», «Молодая гвардия», «Роман-журнал XXI век» и многих других.
Член Союза писателей России, член Литературного фонда России, член Международного литературного фонда.
Живет в Нижнем Новгороде.

* * *
В лесных студеных, чистых реках
От торфа темная вода.
Она в тени течет от века
И в летний зной, и в холода.

Но нет ее на свете слаще,
Когда в солдатских сапогах
Пройдешь болотистые чащи
И вдоволь выспишься в стогах.

Когда в мешке твоем заплечном
Есть только соль и сухари,
Когда в тебе бушует вечность,
И солнце светится внутри.

Оно вошло в тебя сквозь кожу,
С еловым запахом вошло.
И ты становишься моложе,
И в сердце плещется тепло.

Кто не полюбит эти склоны?
Любовь во всем растворена.
Здесь все — любовь, ее законы.
Россия — это же она.

Поешь с куста малины дикой,
Раскусишь щавеля листы
И губы вымажешь в чернике —
Нет в мире большей чистоты.


* * *
В трубе избушки воет ветер,
В печурке тлеют угольки,
Свечами пахнет зимний вечер,
Но тёмны горниц уголки.

А на столе — блины, сметана,
Икра, варенье, чай и мед.
Кто жил работой неустанной,
Тот эти праздники поймет.

Зимой деревня отдыхает
Да ложки режет, да прядет.
Судьба крестьянская такая.
Проходит так славянский год.

Течет неспешная беседа
Из былей, сказов, небылиц,
И лишь котенок-непоседа
Гоняется за тенью спиц.

Зевнул, усатым лег клубочком,
Колени старые пригрев,
И замурлыкал как лубочный
С картинки убежавший лев.

Я в старых избах вижу лица:
Хранят полуночную тишь
Сосулек нежные ресницы
И веки занесенных крыш.


* * *
Случайно спутав электрички
И остановку пропустив,
Как потерявшиеся птички,
Мы оказались в царстве слив

И яблонь, и травы душистой.
Нам незнакомое село
В садах, цветах, прудах искристых
Благоухало и цвело.

Нас только двое — я и мама,
А мир огромен и высок,
И так волшебна панорама,
Что дышит каждый колосок.

Сперва смутились мы немного.
Потом спросили о пути,
И по проселочным дорогам
Пешком решили побрести.

Мы шли по теплой, мягкой пыли,
По нежной, ласковой траве.
О, как же счастливы мы были,
И взгляд терялся в синеве.

А утомившись, под березкой
Лежали, землю ощутив,
Смотрели на стрижей-подростков
И ветра слушали мотив.

Когда же в нас проникли дали
И ветви шепчущих берез,
Из сумки книгу мы достали
И окунулись в царство грез.

Вдвоем нам было не до скуки,
Вилась, как жизнь, сюжета вязь,
И мы «Хождение по мукам»
Читали, плача и смеясь.


* * *
Темно. По снегу голубому,
Мерцающему изнутри,
Из непроснувшегося дома
Иду к молитве до зари.

И постепенно вырастает
Навстречу православный храм,
И радость чуткая, святая,
Как голубь, рвется к небесам.

Тяжелые резные двери
Откроются передо мной.
Все, чем живу, во что я верю
Проявится в судьбе земной.

Во храме свет, благоуханье
И святость русская, своя.
И прерывается дыханье
От ощущенья бытия.

Я грешен. Я, конечно, грешен,
И слезы жгут мои глаза,
Но в церкви я не безутешен,
Мне сострадают образа.

Не дай мне, Бог, свершить такое,
Что не простится никогда.
Веди меня своей рукою
До предрешенного суда.

Прими мои труды простые,
Пошли смиренья благодать,
И смогут на суде святые
Меня под руки поддержать.

 

Комментарии







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0