Стихи

Ханин Дмитрий Игоревич - ростовчанин, член Союза писателей России и литобъединения «Дон». Лауреат  международной литературной премии имени Сергея Есенина  «О Русь, взмахни крылами…» в номинации «Русская надежда» (поэзия молодых) за 2012 год. 

Брусчатка

Люблю, отвергнув крик вокзальный,
Забыв о бреднях рядовых,
Блуждать по городу печально
Маршрутом старых мостовых:

Россия в них, как боль, упряма.
И я, пройдя свою черту,
В брусчатку, лёгшую у храма,
Немым булыжником врасту.

А после – может, на рассвете –
Среди сомнений и теней
Прохожий, горбясь, не заметит
Неровность уличных камней...

Позволь, Господь, мне быть негладким,
Но упаси – в часы обид
Стать камнем, поднятым с брусчатки,
Который в Родину летит.



Зима

Я бы вечером дома остался,
Но пургу обижать – не к добру.
Фонари, как озябшие пальцы,
Раскраснелись на зимнем ветру.

Заблужусь ли сегодня в потёмках?
Заслужу ли покладистый быт?
Расстилается в сердце позёмкой
Или снег,
               или страх,
                               или стыд.             

Стыдно мне за угрюмую наледь,
Под которой душа не видна.
Страшно помнить, как хлопьями валит,
Заметает мой дом тишина…

Я спешу вопреки снегопаду
На весенний беспечный привал.
Мне дождаться б автобуса надо,
Но впотьмах он маршрут потерял.

Стынут мысли от каждого вдоха.
У дорог коченеют столбы.
И в сугробах буксует эпоха,
Как попутка для пешей судьбы…



Улица Бога

…а я бы назвал эту улицу – улицей Бога.
Хоть ангелов, даже на Пасху, пока не встречал.
Здесь церковь снесли, а пивная – грешна и убога.
Но первый фонарь от угла – как начало начал.
 
…и я бы развесил таблички – «Вот улица Бога».
Пусть редким прохожим не так будет страшно идти…
Пусть между акаций священною станет дорога
И каждый бредущий почувствует ценность пути…
 
А если в безумье отвергну наивность прогулок,
То в паре кварталов отсюда куплю себе дом
И жизнь проведу, ощущая, что мой переулок
На улицу Бога выходит последним окном…



Оладьи

Мы сидим в тоскующей прохладе,
Тишина бредёт по этажу.
Я доем горячие оладьи
И тебе о прошлом расскажу –

Как, мечты тревогами окутав,
Приходил я осенью туда,
Где оладьи с привкусом уюта
Ожидали странника всегда.

Исчезали годы в листопаде,
Кочевали бури за окном…
Будто в детстве, жаркие оладьи
Добротою пахли и теплом.

Жизнь, конечно, ветреная штука,
Встретить можно всякое в пути.
Не держу я счастье на поруках –
Ты мои сомнения прости.

Если мы под натиском обмана
Потеряем истину и дом –
Приготовь оладьи со сметаной…
Остальное как-нибудь найдём.



Термос

Сонный город – не Лас-Вегас.
Лишь луна едва светла.
Не огонь душа, а термос
Для вселенского тепла.

Он в груди. Его бандитам
Не отнять, как серебро.
С детства в термос этот влито
Материнское добро.

Усмехается эпоха,
Вьюгой мечется беда.
Но не всё, пожалуй, плохо,
Если термос – хоть куда!

Я озябшими ночами
В парке ветреном стою.
Подходите, выпьем чая –
Всем из термоса налью.

Жить с оглядкой на ненастье
В одиночку – холодней…
Я наполню термос счастьем
Отогревшихся людей.



Фонари
 
Данко умер. И ночи голодные
Чернотой упиваются всласть.
Слишком часто сердца путеводные
Погибают, наивно светясь…
Тем – кто, бросив инстинкты и правила,
Заключил с темнотою пари,
Я не бюсты гранитные ставил бы,
А в садах зажигал фонари…



* * *
 
Опять я в жизни что-то перепутал,
Опять себя в себе не удержал:
Кичился добротою и уютом,
Но искренность любимым задолжал.
 
По совести – оправдываться нечем:
Мой голос тишину не удивит.
На долгие размашистые речи
Не хочется транжирить алфавит.
 
Блуждаю по вечернему базару –
Размениваю осень на тоску,
Надежду – на потёртую гитару
И душу – на дешёвую строку.
 
Брожу, как запоздалый покупатель,
И счастье выбираю наугад,
Пока ещё до точки не растратил
Полученный авансом листопад.

О голубях

Ко мне под окно опускались счастливые птицы,
Готовые истиной неба со всеми делиться.
А я, усмехаясь, твердил отчуждённое «кыш»,
Поскольку считал их рассказы придумками крыш.

Балкон, точно памятник, был голубиным насестом,
Хоть вешай плакаты,
                    что здесь воркованью не место.
И я ненавидел тот вкрадчиво-трепетный гам,
Который до срока меня поднимал по утрам.

…в заботах о вечном досада утихла с годами.
Гляжу на карниз и любуюсь теперь голубями.
В душе нарастает осенне-тревожная грусть –
А вдруг не разбудят?  
А вдруг я тогда не проснусь?



* * *

Снова эìхнее настроенье –
Настроенье от слова «эх»,
Словно эхо преодоленья
Неизбежных в судьбе помех.
 
Всюду – тени моих просчётов
И запрятанных в стол тревог…
Будто, выучив боль по нотам,
Я усталостью занемог.
 
Осязает душа границу,
Мне на грани стоять – невмочь.
Остаётся всю ночь молиться
И, крестясь, пересилить ночь.



* * *
 
Бессилие – горше всего.
Утрачено чувство полёта.
Душа, привыкая к заботам,
Теряет с мечтою родство.
 
Мне вешняя радость чужда.
В дождях прозябают дороги.
И, словно усталые ноги,
Бредут по-над речкой года.
 
Попробую жизнь возродить –
Успеть при осенней погоде
Ростки огрубевших мелодий,
Как саженцы, пересадить…

Книжная лавка Перейти в каталог