Геннадий Зенков. Фишер



Поэма

1
Над доской пятно нависло
Удлинённого лица.
Сколько внутреннего смысла
В неподвижности бойца!

Исподлобья взгляд упрямый,
Рот тревожно приоткрыт...
Был у Бобби, скажем прямо,
Не интеллигентный вид.

И в характере, в сложенье
Диспропорции одни.
Его длинных ног колени
Из-под столика видны.

Про него кричали: "Гений!"
И сейчас ещё кричат.
Вот на несколько мгновений
От доски оторван взгляд.

Сдвинув брови, взглянет хмуро,
И противник вздрогнет: "Ах!"
Только клетки и фигуры
Отражаются в зрачках!

Был ярлык удобный найден:
"Он — фанатик, ясно всем!"
Говорили: "Фишер жаден!"
Может, так, да не совсем.

Ведь его на матч в Маниле
Миллионами манили.
В тот момент и миллиона
Не принял он. Отчего?

Я о нём, сошедшем с трона,
Сдавшем званье чемпиона,
Разочаровавшем Землю,
Лишь такой вопрос приемлю:
В ЧЁМ ТРАГЕДИЯ ЕГО?

2
Лет в пятнадцать "в люди" вышел,
И не раз, закончив тур,
Как ребёнок, плакал Фишер
От ЖЕСТОКОСТИ фигур.

Били долго, били люто.
Но познал он шахмат суть,
Что важнее всех дебютов
Дух игры в себя вдохнуть!

К чёрту школы и колледжи!
Ни к чему Бальзак и Бах.
Лишь единственной надеждой
Пешки светятся в глазах!

Сверхупорства ли, труда ли
Столько в них вложить он смог,
Что вдруг шахматы признали:
Фишер — дьявол их и бог!

Обыграть его кому-то
Сразу стало не дано,
Потому что, потому что
С ним фигуры заодно!..

3
Я не верю в его сухость.
Ото всех себя укрыв,
Плакал он, постигнув СУЩНОСТЬ
И ГАРМОНИЮ игры.

Но он, эти откровенья
Вынося на строгий суд,
Знал: лишь крылья вдохновеньч
На вершину вознесут!

Но капризно вдохновенье,
Что ведёт на пьедестал.
За его гоняясь тенью,
Фишер сам капризным стал.

Вот он нервничает, злится,
Странным кажется. С чего?
Вдохновение, как птица,
Улетает от него.

Ставит тысячу условий:
Освещенье, гонорар...
А я вижу: птицу ловит,
Да не просто птицу — Жар!

Он в исландскую столицу
То летел, то не летел...
Всё же здесь поймал Жар-птицу,
Но, поймав её, сгорел...

4
Вышла пешка проходная,
Фронт прорвав, на край доски,
Но осталась как простая,
Всем законам вопреки.

Злых сенсаций, слухов вздорных
Мутный плещется прибой:
"Фишер судится упорно
Чуть ли вдруг не сам с собой!"

"Фишер с женщиной на вилле!"
"Фишер с рыжей бородой!"
Но никто его не видел
На турнире за доской.

Отступились все, кто верил
И поддерживал везде.
И в конце своей карьеры
Он отрёкся от ФИДЕ...

5
Съев конфету, бросил фантик
И остался не у дел.
Почему такой фанатик
Вдруг к фигурам охладел?

Может, он, не чуя краха,
Продолжал победный пир,
Вдруг открыв, что и без шахмат
"Так прекрасен этот мир"?

Или, может быть, жестокость
Мира золота и зла,
Подавив в нём волю, стойкость,
К Богу "бога" привела?

Все вопросы и сомненья
Разрешит он только сам.
Вдохновенье, вдохновенье
Улетело к небесам...

Жалок гений, закопавший
Свой недюжинный талант.
А Земле, Земле не страшно:
Новый вырастет Атлант!

6
Вот уж Фишер битой картой
Стал и в собственных глазах.
И пришло небесной карой
Любопытство (или страх?):
Что за рыба — этот Карпов —
Рыщет в шахматных морях?

Он спокоен и улыбчив,
С виду прост. Но он не прост!
Мир признал его величье
Несмотря на малый рост...

И, тревогою пронизан,
Горделивый спрятав щит,
Фишер тайно, словно призрак,
Встретить Карпова спешит.

Океаны и кордоны
Не страшась перемахнуть,
После Токио в Кордову
Он нелёгкий держит путь...

Возвращается, подавлен.
И, наверное, в тоске
Вдруг достанет и поставит
Он фигуры на доске.

Эй, готовься, неприятель!
Фишер жив, и он силён!
Только страшное: "Предатель!"
От фигур услышит он.

Поражённый — что услышал?! —
Побледнеет, зол и хмур...
В третий раз заплачет Фишер
От ПРЕЗРЕНИЯ фигур...








Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0