Посмотрел старинные фотографии...

Александр Владимирович Носков (сетевой псевдоним, под которым известны все стихи и все остальные тексты, — Чен Ким) родился в 1958 году в «закрытом» городе Свердловск-45 (нынче г. Лесной). Окончил школу в городе Рыбинске, на Волге.
Работал на заводе. Потом ушел в программирование.
Первые стихи написал в 2005 году. Публикуется в сети.
Живет в Москве.

Посмотрел старинные фотографии
Закрыт альбом с картонными страницами...
И думается: «Господи, прости,
Как мы – с такими нынешними лицами, –
Вобще cмогли от них произойти?..»
2012


Аэропорт
Без чемоданов и поклажи
В красивой форме темно-синей
Проходят мимо экипажи
Таинственных авиалиний.
Тех линий, что нанесены
На человеческой ладони,
Что спят пока и видят сны
В снаряженном судьбой патроне.
2013


Мой город
Бывает так, что в шуме городском
Свою простую музыку услышишь.
Она твоя, ты с ней давно знаком –
Ну разве что тональностью повыше...
Снимаю шапку с бритой головы,
На солнце греясь по пути с работы.
Конечно, я не «виртуоз Москвы»,
Но видит бог, я попадаю в ноты.
2011


Круговорот
У вас бывает? У меня бывает –
живешь-живешь а жизнь не убывает,
а только прибывает как вода
в пруду весною. Правда, иногда
бывают сложности. Когда уж через край
как долбанёт... И старенький сарай,
штакетник ветхий, грядки с огурцами
смывает полностью, практически с концами...
И снова строить с чистого листа -
Сарай, штакетник, грядки... красота!
2007


Кем быть?
А я не терзаюсь этим вопросом.
Я знаю: в конце концов,
В следущей жизни я стану матросом.
Как Николай Рубцов.
Буду ходить на барже-сухогрузе
Большою русской рекой.
Рек до хрена в Советском Союзе
Мне все равно какой...
По берегам огоньки жилья,
Дизель работает тяжко.
И на корме, средь людского белья
Сохнет моя тельняшка.
2009


Ходячий больной
Грустно ночью в лазарете.
Хоть тошнит от табака –
К пятой за ночь сигарете
Снова тянется рука.
В освещенную луною
часть больничного двора
я спускаюсь. Там со мною
медицинская сестра
из приемного покоя
выйдет рядом постоять,
что-то стало с ней такое
ночью – сразу не понять.
Может тени под глазами
глубже стали и темней?..
 
Я смешно смотрюсь в пижаме –
И не заигрываю с ней...
2009


Про больницу. Новый год
Как хорошо-то после перевязки...
У батареи – будто у костра.
И белый цвет бинтов из зимней сказки,
И елкой пахнет Света-медсестра.

Наш доктор в чистом, праздничном халате
Поздравит нас, пока не напились.
В конце попросит не курить в палате
И меньше ржать. Чтоб швы не разошлись...
2011


Дорога
Чем дальше от столицы,
Тем больше «жигулей».
И безнадежней лица,
И водка как-то злей.
 
Жизнь тут людей не балует
Подарками судьбы.
(Ну разве что рыбалкою
Да к осени грибы.)
Работают, покуда
Не выбьются из сил.
Их дети верят в чудо.

Я здесь когда-то жил...
2016


Апрель
Вот туннель, по которому души
Под давлением в пять атмосфер
В рай летят, что не очень-то нужен
Нам, родившимся в СССР.
Мы мелком на просохшей дороге
Проведем роковую черту,
За которой советские боги
Будут ждать нас в аэропорту.
Там, где праздничный гул самолетов,
Чистый холод хрустальных небес,
Золотые шевроны пилотов,
Голубые глаза стюардесс...
2015


Конец фильма
Не греет больше старенькая печка,
Не бьется в ней веселого огня.
«Эй, на пароме! Захватите человечка!
Вот этого»... И смотрит на меня...
2008

Смерть одинокого инженера
Оркестр нестройный, гроб, венки...
В углу тихонько плачет кто-то,
Молчат угрюмые станки
И с черной ленточкою фото
Висит. Где ты удачно снят
В венгерской импортной рубашке
Лет двадцать пять тому назад
Для заводской многотиражки.

Чтоб помянуть хватило мест,
Сколотят грубые скамейки...
И от завода сварят крест.
Хороший крест. Из нержавейки.
2009


Утро светлого дня
«Ночь, улица, фонарь, аптека»...
И вдруг свободный шум морской –
Художник Александр Дейнека
Раздвинул шторы в мастерской.

Роса последней чистой каплей
Сверкает в городской траве,
И тени белых дирижаблей
Скользят по утренней Москве

Они так схожи с облаками
И отличаются от них
Лишь бортовыми номерами
На легких корпусах льняных.
2014


Коногон
Мужчина моется в реке.
Наколот якорь на руке.
Он трёт и трёт остервенело
Работой скомканное тело...

Так драит палубу матрос
Эсминца северного флота.
А в лёгких зверский силикоз
И, может быть, похуже что-то.
Пропитан угольною пылью,
Мужчина молится реке...
Раскрыв свои стальные крылья,
Выходит ангел из пике.
2014


Белое солнце
Скоро финиш. До конца сеанса
Никого, пожалуй, не спасти...
«Верещагин! Уходи с баркаса!»
Не уйдет. Нам тоже не уйти.
2012


Сижу у окошка. Смотрю как гуляют вечерние люди
Я совсем не понимаю,
Что случается потом,
После достиженья краю
Человечьим существом.

И от этого, признаться,
Я испытываю страх.
А монахи не боятся
На Тибетcких на горах

Их ни капли не пугает
Жизнью выданный билет.
На Тибете каждый знает
Что вообще-то смерти нет.

Впрочем, как и жизни тоже...
Из окошек и дверей
Тихо льется на прохожих
Свет волшебных фонарей.

Люди входят в пятна света
И уходят в темноту.
Вроде были... Бац – и нету –
Заступили за черту.
2008


Герой
Да, понедельник, как всегда, не весел...
В маршрутке смрад и нет свободных мест.
Ты тихо умираешь между кресел,
Передавая деньги за проезд.

Поставив разом крест на всех проблемах,
Лежишь, убитый собственной судьбой, –
Дурацких комиссаров в пыльных шлемах
Не будет, чтоб склониться над тобой.

Вот так лежать и никого не трогать.
И чтоб тебя не трогал бы никто...
Но на работе без тебя не могут.
И ты встаешь. В испачканном пальто.
2011
 


Хочу на море
Белеет парус одинокий
Чернеют люди на пляжу
Мужчина пьяный в караоке
Поет «Таганку». Я гляжу
На женщин, что лежат, сгорая
Для пущей тела красоты,
Да! – Это что-то вроде рая
осуществившейся мечты.
Коробку папирос в одежде
Найти. Валяясь на песке
Курить и знать, что как и прежде
Белеет парус вдалеке
2007
 


Утро-2
За окном светлеет.
Притворюсь что сплю.
Она меня жалеет.
Я ее люблю.
2005


Общежитие. Фотка про уборку помещенья
Курим на кроватях и болтаем.
Ждем, когда просохнет мытый пол.
Стол накрыт (пока недосягаем),
Два портвейна украшают стол.

Дышит все любовью и покоем,
Чистота тогдашних наших лиц
Кажется сравнимой с чистотою
Освещенных солнцем половиц...
2011


Мишка на Севере
Раздернешь зимней ночью шторы...
Ах, как же в северной глуши
Высоковольтные опоры
На фоне неба хороши!

Они скрепляют неба своды
Со снежным саваном земли.
На случай ветреной погоды,
Чтоб оторваться не могли.

Упали звезды и зависли,
Морозом скован ход планет...
Мешают спать Луна и мысли, -
Что год не плочено за свет...
2010


Зимняя теория механизмов и машин. Детский стишок
Вот москвичи бегут не глядя
По сторонам. И пусть спешат!
А ты стоишь – не взрослый дядя
А прям какой-то детский сад...

Есть в странных механизмах тайна,
Что на морозе битый час
Снегоуборочным комбайном
Заставит любоваться вас.
2010
 


Туловище Дориана Грея
Меня стыдится собственное тело -
того, что дряхлым дедушкой помру.
оно бы (тело) очень бы хотело
чтоб как Гастелло-летчик на миру
я принял смерть. Скользя по дымным струнам,
моё бы тело, рухнувши с небес,
на фотографии осталось вечно юным
в шикарной форме русских ВВС.
2010


Моряк
Он крепко спит. Не надо, не буди.
Часы идут бесшумно в тихой спальне.
Наколка «Не забуду...» на груди,
Как эпитафия, – прекрасна и печальна...
2012


Мы
я люблю целовать твою кожу
что чуть-чуть холоднее моей
стали мы друг на дружку похожи
очень сильно с течением дней.
я умею, как ты, улыбаться,
и видать, наступила пора,
чтобы людям на нас удивляться,
что мы стали как брат и сестра.
2005


Дурацкое счастье дурака
Мне ничего не надо, кроме
Того, что есть уж в сердце глупом.
Я счастлив тем, что пахнет в доме
Детьми, собаками и супом.
2006


Ангел
В слепом окошке в тихом коридоре
За кабинетом старшей медсестры
На небесах в ночном степном просторе
Горят монгольских воинов костры.

Больных луна тревожит, им не спится,
Я замедляю плавный свой полет:
«Спокойно! В этой маленькой больнице
Никто сегодня ночью не умрет».
2012


Стишок про рабочий район
Среди жилых построек
В семнадцать этажей
В районе автомоек
И шиномонтажей
Живут простые люди,
И жизнь у них проста.
Мир наших серых буден
Спасает красота
Бетонного забора,
Что инея белей,
И легкий звук мотора
Любимых жигулей.
Грехов на нас немного –
Два пишем, три в уме.
Мы вспоминаем Бога
На Пасху и в тюрьме.
2012


Нить
В подъезде дым от легких сигарет
Он будто ладан – пахнет чем-то сладким...
Привычно «здрассьте» говорю в ответ
Трем женщинам на лестничной площадке.

Их призрачными сделал тусклый свет.
Я прохожу сквозь них неторопливо.
Они печально смотрят мне вослед
И пепел стряхивают в банку из-под пива...
2013


Моя Москва. Рассвет
Солнце из-за крыш коротким всполохом
Вдруг блеснет, и понимаешь, что
До тебя чудесным этим воздухом
Не дышал пока еще никто.
Ветер дымку с набережной сдует,
Бред ночной и пьяное вранье...
Нежная Москва меня целует, -
Я сегодня первый у нее.
2012


Зеленая ветка
Вагон метро как будто шире
И можно где угодно сесть.
Ночная жизнь в подземном мире
Не то что утренняя жесть.

Мы с двойниками отражений
Делить привыкли пополам
Усталость транспортных сражений,
В которых бьемся по утрам.
 
Спасибо этой передышке
За черно-белое кино,
Где светом электронной книжки
Твое лицо озарено.
2014


Небо
Дача, ночь, начало лета...
На скамейке у крыльца
Куришь. Тлеет сигарета,
Освещая часть лица.
Спят в домах собаки, люди.
И такая тишина...
Утром или дождик будет,
Или с немцами война.
2011


Здравствуй, школа!
Все окончено. Осень без боя
Захватила последний редут.
Под немецко-фашистским конвоем
К парикмахеру нас отведут...
А наутро влачишь словно инок,
Выражая покорность судьбе,
Кандалы этих новых ботинок
И одежду, чужую тебе.
Вот по имени кто-то окликнул,
Предложив напоследок курнуть...

До ближайших осенних каникул
Дай нам, Господи, сил дотянуть.
2010


Из цикла «Каникулы детства»

Зимние каникулы. Хоккей
Сидишь расхристанный в прихожей,
Тепло, разлитое вокруг,
Слегка покалывает кожу
Отогревающихся рук.

Такая в этой боли нега...
Коньки усталые в углу
Лежат. И три комочка снега
Тихонько тают на полу...
2013


Летние каникулы детства
Какое это наслажденье –
Болячку на ноге сдирать!
Свое последнее движенье
Сопровождая тихим: «бл...»
И удивляться нежной коже,
Пока что не привыкшей жить
И бабке крикнуть из прихожей:
«Я на минуточку, попить...» –
И вниз по лестнице. И снова
Во двор, где солнце и друзья,
И много всякого другого
Для счастья внутреннего «я».
2007


Летние каникулы детства. Истребитель
кусок батона съесть с вареньем
и после сидя на траве
курить и с удовлетвореньем
разглядывать на небе две
инверсионные полоски,
в которых летчитцкий привет:
«Спокойно, парень! Я – Дубровский!
Все чики-пуки. Смерти нет».
2009


Летние каникулы детства. Настольный теннис
Стол поделила старенькая сетка,
и слава богу, ветра вроде нет...
любимая вьетнамская ракетка
в ладонь ложится, словно пистолет.

Все замерли. Лишь в воздухе натужно
Движком гудит невозмутимый шмель,
Я собран. Витька тоже. Все как нужно...
Картина, блин... практически дуэль...
2009


Летние каникулы детства. Велосипед
Уронишь гаечку ничтожную
И шаришь по траве рукой.
И с каждым мигом безнадежнее
Поездка к лесу за рекой.
И вдруг увидишь! – чуть заметно
Совсем не там, где ты искал,
Огранкою инопланетной
Блеснет на солнышке металл!..

Лети, пацан, на полной скорости
и будь как пионер готов
всю жизнь купаться в благосклонности
беспечных греческих богов
2013
 


Летние каникулы детства. В кино
В зале клуба сумрачно и чисто.
Мы уселись, тихо свет погас.
Щас мущщина в роли Монте Кристо
Отомстит за каждого из нас...
2010