Зубы, селфи и воробьи

Наталья Владимировна Варламова. Москва.

На вечный вопрос «быть или казаться?» в наше время определённо получен ответ . Вопроса больше нет. Казаться! Улыбаться! Производить впечатление! А насчёт «быть» это какие-то зануды когда-то там давно придумали.

Некогда в институтах благородных девиц, согласно правилам хорошего тона, полагалось не говорить громко, слушать, не перебивая, улыбаться сдержанно, не выставлять чувства напоказ. Перечисленное входило в разряд само собой разумеющегося. Институтов таких давно нет, а словосочетание «благородные девицы» вызывает, к сожалению, у большинства саркастические улыбки.

Тиражируемые СМИ американские улыбки во весь рот с демонстрацией стоматологических достижений 21-го века внутри «искусства» селфи есть непременный атрибут современной массовой культуры. Начиналось всё с официальной рекламы: зубы, растянутые губы и рты до ушей у девиц и парней, детей, дам среднего возраста и старушек, мужчин и дедушек бело-пластмассово сверкали с баннеров и экранов, этикеток и наклеек, фирменных знаков и афиш. Эти рты и зубы призваны были, по мнению фотографов и рекламщиков, рождать в нас неуёмную радость и  сподвигать покупать, покупать, покупать! И мы покупали, покупали, покупали. Зубы чуть ли не клацали, а рты всё улыбались и улыбались.

Функция улыбки как знака вежливости на Западе в большой степени уже утрачена, достаточно вспомнить фальшивую улыбку Хиллари К. или Луи де Фюнеса. В нашей стране улыбка всегда означала большее, чем просто вежливость, она выражала особый знак расположения, который не «вываливают» на всех встречных-поперечных. Однако надо признать, что иногда нас справедливо упрекают за мрачные выражения лиц, что ж, это тоже, конечно, перегиб, но ведь бывает сдержанная улыбка, полуулыбка, наконец.

Не говорим здесь о панибратской манере похлопывания по плечу, охоту к которой у янки гениально и, похоже, надолго отбил Рауль Кастро, резко отведя от себя лианистую руку фатоватого Обамы.

В последние годы  как-то незаметно, но прочно произошло массовое превращение самих потребителей в доморощенных рекламщиков.

 Повальная эпидемия селфи с выгибанием и выкручиванием шейно-спинных позвонков, манерных поз и вымученного веселья тайфуном накрыла массы людей разных возрастов во всех уголках планеты. И вот уже сами потребители, копируя профессионалов рекламы, засевают виртуальное пространство своими зубами, вклеенными в разнообразные улыбки.

 Если лет сорок назад единичные надписи на заборах выдавали в их авторах незатейливое желание хоть таким образом остаться в памяти потомков, то теперь такие авторы и выглядят вполне презентабельно, и образование у них поразносторонней, однако, проявляют они себя во внешнем мире почти также, как те, кто писал на заборах «здесь был Вася».  Подростки и дамы, парни и мужи наряжаются в нечто, придумывают позы, ищут фон, чтобы запечатлеть то, как они успешны, как состоялось вокруг них то, о чём мечталось, как они раскованны и непосредственны. Можно ли валять дурака на видео? Нужно! Без этого какое селфи? Чем зацепить, если не выпендриться?

Яростная забота о внешнем, желание запечатлеть это внешнее убивает потребность хотя бы обращения к внутреннему миру, не говоря уже о сосредоточении на нём. Человек – мыслящий. Мыслящий? Или демонстрирующий? Интересно, если бы сегодня Роден ваял своего мыслителя, он, наверное, по требованию медийных персон был вынужден «приклеить» ему завлекающую улыбку.

Когда- то лет 25 назад мой мудрый учитель Сергеев В.В. задавался вопросом: «А когда на воробьёв смотреть?» Этот вопрос возникал в связи с нарастающей суетой жизни, в которой мы начинали терять самое важное: переставали слышать сердце другого и своё. И тогда, и сейчас были и есть люди, которые дружно восклицают, услышав такой вопрос «А зачем?!! Чё на воробьёв смотреть-то?»

«Человек – это созерцатель в огромной степени», - отвечал Сергеев. Любуясь природой, всем живым, красотой, видя и чувствуя в людях и их лицах гармонию или умиляясь птахам, мы думаем о бытии и своём месте в нём, о том, как быть, как состояться, как не ожесточиться. Примерно так отвечал он. Обратный показатель – постановочная демонстрация по теме – «смотрите, вот я! У меня всё класс! Видите мою улыбку?  Точнее – улыбищу? Мои зубы? Вот я здесь. А вот уже там! На первом плане всегда – я».

Существует такая метка: о духовном состоянии того или иного общества можно вполне определённо судить по тому, насколько часто ставится в театрах этого общества «Гамлет», то есть, насколько необходимы современникам ответы на вечные вопросы бытия. Если взглянуть на репертуар российских театров, столичных и провинциальных, то, к сожалению, названную пьесу великого английского драматурга мы встретим нечасто.

Есть о чём поразмышлять, если принять во внимание тот факт, что не только в столице, но и других городах ныне почему-то активно ставится «Вий»… К сожалению, в гоголевском произведении в связи с потребой современной публики  режиссёрами актуализируется мистическая составляющая, страшилки, и на первый план выводится язычески понимаемая «религиозность», на самом деле состряпанная постановщиками оккультная окрошка. Эта окрошка подаётся с модным словом-определением «эзотерическая», претендующим на элитарность тех, кто его произносит. А на самом деле попросту создаётся культ бесовского ведьмачества, гоголевская христианская мысль или лишь упомянута, или скороговорена на втором плане.

Элементы зрительных шоу всё больше проникают в драматические постановки, демонстрируя, что современному зрителю важнее оттянуться и расслабиться, чем задуматься и сосредоточиться.

Спор о том, является ли фотография искусством так и не закончен. Впрочем, если обращаться к работам профессионалов, в особенности конца 20 века, когда ещё не было правилом гордиться нравственной разнузданностью, то спора и нет: настолько содержательно глубоки их работы, они ведь заставляли ЗАДУМАТЬСЯ.

Сегодня настоящими раритетами со всё возрастающей моральной ценностью становятся чёрно-белые старые фотографии, приобрётшие жёлто-серые оттенки. Исчёрканные пунктирами времён, с туманным подобием резкости, интересны они нам не по форме, а по содержанию: хочется всматриваться в дорогие лица с «необщим выражением».

Нынешние повальные фотоотчёты в соцсетях - где, когда, с кем, сколько, насколько отвязанно или прикольно, ничего общего с желанием задуматься и всматриваться не имеют. Девочек с неизвестно от чего распухшими губищами спрашивают, что им нужно для хорошего снимка.

- А-а…Свет. Да, свет.

- А что ещё?

- Ну, техника хорошая.

А о том, что необходимо знать законы перспективы, нужно уметь мыслить ассоциативно, понимать, что в снимаемом объекте зачастую следует искать символ, встраивающий его в культурную парадигму, они понятия не имеют. А зачем? Главное, поменьше одежды, повычурней поза и зубы! Белые зубы!

Как точно уловил Н.С.Михалков ещё в конце 20 века в своём «Сибирском Цирюльнике» эту чуждую русским американскую улыбку! Недаром главную героиню играет именно американка, которая весь фильм и сияет своей белозубостью, а русские барышни из пансионов сдержанны и скромны. Какое слово – «скромны»…Исчезающее. Скромность – антипод современных манер, бурных, капризных, нацеленных на привлечение преувеличенного внимания к своей персоне.

Масс-медиа, соцсети, стимулирующие стадные селфи-инстинкты, решают не только коммерческие задачи. Фонтанирующие мещанство и пошлость бесконечных селфи с бесконечных развлекаловок, реклам и агиток зашкаливают, чувство меры, кажется, исчезло вовсе. Достаточно вспомнить скандал с подростками в Карелии, которым вздумалось поскакать на памятнике погибшим воинам в Великой Отечественной войне и выложить снимки в сеть. Понятие о подлинной красоте, в создание которой люди всегда вкладывали труд, много труда, размывается таким образом, нивелируя подлинную культуру. В связи с этим, в частности, важно поддержать инициативу московских властей, периодически устраивающих на бульварах выставки профессиональных фоторабот, от которых дух захватывает и думается не только о том, как же они это сделали, а также и о том, как прекрасно Божие творение, как надо беречь красоту мира.

Недавно в Сокольниках профессиональные художники работали вместе с подростками, которые любительски занимаются граффити, причём в определённой тематике – вот это действительно два в одном, если воспользоваться лексикой зазывал: и педагогический ход, и знакомство с основами мастерства.

Борис Пастернак замечал, что культуру надо навязывать, как картошку при Екатерине II, однако, ныне навязывается антикультура, антинорма через своих проводниц – «светских львиц», в рифму ложится, вероятно, весьма кстати – неистовых блудниц.

Ясно, что пятнадцатилетняя девочка, манерно изгибаясь перед камерой и принимая неестественное выражение лица, не понимает того, что она ведь попросту дёшево КРИВЛЯЕТСЯ…Но почему этого не понимает и огромная армия родителей таких же девочек и мальчиков, и даже бабушек и дедушек, ведь они-то принадлежат отчасти и другой, отечественной культуре…? 







Сообщение (*):

Комментарии 1 - 0 из 0    


Читайте также:

<?=Бумеранг амазонок?>
Наталья Варламова
Бумеранг амазонок
Подробнее...